Дипмиссия (СИ)
— Да… таким можно и без мотора.
— Так и есть. В этих диких землях любая встреченная мотолодка наверняка окажется бандитской, — уверенно заявил Отто.
— Разве здесь есть возможности для подобного промысла? — усомнился я, чуть наклонившись к стакану с ещё прохладным чаем.
— Для прямого речного бандитизма, пожалуй, нет, — немного подумав, ответил швейцарец, поправив на носу солнцезащитные очки. — Местные злодеи чаще всего являются жителями прибрежных деревень. Заслышав шум паровой машины или дизеля, на берег выходят деревенские мальчишки, которые только и ждут, что судно сломается, разобьется в тумане или сядет на мель. Вот тогда экипажу и пассажирам не позавидуешь. В лучшем случае вынудят покинуть борт на лодках и уйти вниз по течению. Ну а темнота действует на островитян, как красная тряпка, могут напасть жестоко. Наверное, их боги в темноте не замечают прегрешений.
— Да-да, и у нас на Волге, севернее Тортуги, встречается пассивное береговое пиратство… — вспомнил я. — Вот только не видно что-то этих деревень.
— Ещё рано, мистер Горнаго, на этом участке сплошные речные пустоши, — пояснил он, делая рукой широкий размах. — Да и ниже по течению дома не всегда заметишь, некоторые поселения стоят на притоках, где есть охотничьи угодья и легче ловить рыбу, особенно на нересте. Часов через пять можете начинать поиски на берегах жилья. С биноклем, конечно.
— Правильно ли я понял, что и за проходом «Савойи» будут наблюдать эти опасные островитяне из саванны?
Старпом охотно кивнул.
— Обязательно! Если увидите ребёнка на берегу, помашите ему рукой!
Что-то слишком безмятежно всё у них тут, как-то несерьезно.
— Уважаемый Отто, вы не будете против, если я осмотрю ваш бортовой пулемёт? Механику всегда интересно познакомиться с такими штуками.
— Пожалуйста, Макс, только не стреляйте по берегам, ха-ха!
Шутник, блин… Тут пираты на стрёме, дети-шпионы на берегу, а ему хоть бы хны.
Как я и предполагал, под грубым брезентовым чехлом на достаточно сложном станке-треноге прятался австрийский ручной пулемет Steyr-Solothurn S2–200, он же MG 30, как мне сказал Кастет.
Долго изучать нехитрое устройство не пришлось, всё просто и надёжно. Воздушное охлаждение, кожух с множеством круглых отверстий, быстрая смена ствола. Вот только второго ствола я не вижу… Автоматика за счёт отдачи ствола при коротком ходе. Питание осуществляется из расположенного слева коробчатого магазина на тридцать патронов, выброс стреляных гильз направо. Есть выбор режима огня. В целом неплохо. Ещё бы ухаживал кто за оружием…
Заглянул в жестяной ящик для боеприпасов. Грёбаные вы папуасы, целых два магазина! То есть, мы плывём по потенциально бандитским водам, имея такой куцый боезапас?
— Отто, а почему к палубному пулемёту всего шестьдесят патронов?
— Ты считаешь, что этого мало, Макс? Не припомню, чтобы мы его применяли. Впрочем, наш капитан приобрёл эту штуку у гвардейцев совсем недавно.
— Очень мало! — констатировал я.
— Хм-м… Мы честно платим триадам водный взнос, они не тронут «Савойю». Хорошо, я скажу боцману, чтобы пополнил запас в Маниле.
Вид сверху просто замечательный, круговая панорама. Жаль, что она пустынная, жизнь заметна только на палубе. Вот стихийный кружок судовых эзотериков, они опять что-то записывают. Кое-кто из привыкших к такому климату пассажиров загорает, а рыбаков со спиннингами уже пятеро. Ловится у них что-нибудь?
Таинственная мадам из первого класса сидит под большим зонтом, попивает свежевыжатый апельсиновый сок и читает. Знаю я, что это за книжечка, правило в этих детективах прописано железно: где миссис Марпл, там трупы.
Так что надо за ней поглядывать.
А это кто у нас тут на корме такой одухотворённый? Джинсы на Катеньке всё те же, богемный берет тоже, а вот эту эффектно облегающую художественные формы футболку я ещё не видел!
Как обаятельно, для тех, кто понимает.
Что это? Какое-то неясное движение в воде привлекло моё внимание. Я всмотрелся внимательней. Мужики со спиннингами тоже. Ага, начали куда-то показывать удочками и пальцами, загомонили!
Метрах в пятидесяти от борта на воде были заметны длинные усы, похоже, нечто быстрое и опасное целеустремленно плывёт к берегу.
Один из рыболовов зачем-то выстрелил несколько раз из револьвера вслед, вдали тут же вскипел водоворот, в центре которого мелькнуло какое-то сильное тело… Словно смерч кратчайшим путём пронесся по воде к левому берегу!
И всё успокоилось.
Буро-серая река вновь спокойно катила на запад свои воды. Только рыбаки с испуганными криками выстроились у лееров и замерли, показывая пальцами вслед неизвестному существу.
— Что это было⁈ — встревожился я, глянув на пулемёт.
Но долговязый Отто только пожал покатыми плечами.
— Не знаю, не рассмотрел, — всё так же безмятежно бросил он, и не подумав поднять бинокль.
Наши рыбаки продолжали что-то возбуждённо орать.
— Что они говорят?
— Как всегда. Одни увидели в воде огромного аллигатора-людоеда, другие речного дракона с длинной шеей и зубастой пастью…
— Господи, вы это серьёзно?
— Абсолютно! Именно это мужчины и будут рассказывать в семьях и друзьям! Как они чуть не поймали огромное чудовище, но оно в последний момент сломало отличный японский спиннинг и утащило его в бездну вместе с катушкой и самой дорогой блесной, которую невозможно изготовить самостоятельно — требуется квот и немного рисовой водки.
Разгадку принесла наблюдательность одного из рыболовов, который без всякого там бинокля заметил что-то на берегу, а затем показал всем остальным. Оказалось, что на берег выползла огромная, метров семи, змея!
— Это правда, Отто⁈
Приятная на вид тёплая речная вода сразу потеряла былую привлекательность, купаться расхотелось.
— Обычная речная анаконда, она не опасная, человека боится, местные её едят, — подтвердил он. — В Рейн эта змея не заходит, там ей слишком холодно. А вот с акулами наоборот! Большие белые изредка забредают из океана, порой поднимаясь до самого Шанхая! Но в Великий Ганг акулы не суются — вода слишком тёплая и мутная.
Лучше бы я этого не слышал!
— И что делают рыбаки?
— Как что? — удивился старпом. — Выходят на берега и начинают палить со всех стволов. Этих тварей хорошо видно на отмелях. Глубины небольшие, а шкура акулы не затягивает рану. Нахватает свинца и истечёт кровью.
На шум прибежала Селезнёва в сопровождении охраны.
— Не волнуйтесь, Екатерина Матвеевна, ничего страшного, просто рядом с бортом проплывала обычная речная анаконда! — злорадно объявил я в предвкушении взрывной реакции.
— Да? — остро глянула начальница. — Могла, могла… Ну, тогда слава богу, а то мы подумали, что кто-то из пассажиров упал за борт… Пойдем, Дино, здесь ничего интересного.
Несчастный adottato посмотрел на меня взором, полным мольбы, но я лишь пожал плечами.
Полчаса назад скромную неторопливую девочку «Савойю» на бешеной скорости обошёл, как стоячую, «четырёхтонник» во флотской шаровой окраске Zodiac Heavy Duty Mark VI HD, надувной монстр с двумя мощными подвесными «меркуриями». В лодке сидели трое суровых мужчин в синих яхтенных костюмах.
Выход на редан, глиссирование, позади адский бурун — всё как я люблю.
Все любят! Народ тут же облепил леера левого борта.
Молодцы, двигаются по правилам, хотя река безлюдна… На судовом ходу «маломерки» должны обгонять только по левому борту обгоняемого. За пределами судового хода, при его пересечении и на участках с кардинальной системой навигационного оборудования можно обгонять по любому борту. При расхождении и обгоне можно использовать звуковые сигналы, обычно все так и делают.
Пилот огромной мотолодки на пару секунд включил пронзительную тревожную сирену. «Савойя» дважды солидно ответила басовитым, с присвистом пароходным гудком.