Только ты можешь спасти человечество

– Тогда пусть Бигмак займет место между тобой и Холодцом, – быстро сказал Джонни. – Нельзя рисковать столкновением!
– Хрясь, трресь, фабабабаБУМММ! – выпалил Бигмак.
– А мы будем это помнить, когда проснемся? – спросил Холодец.
– С чего бы? – фыркнул Ноу Йоу. – Это же не нам снится.
– Ладно, ладно. Гм. Итак: мы будем это помнить, когда он проснется?
– Вряд ли. Я думаю, мы сейчас только проекции его подсознания, – сказал Ноу Йоу. – Он нас видит во сне.
– Ты хочешь сказать, мы не настоящие? – спросил Бигмак.
– Мне кажется, я и сам ненастоящий, – вздохнул Джонни.
– А так вроде все нормальное, – заметил Холодец. – На ощупь. И на запах тоже.
– И на вкус, – добавил Бигмак.
– Это только кажется, – сказал Ноу Йоу. – А на самом деле он просто воображает, будто мы здесь. На самом деле это не мы. Это те мы, которые у него в голове.
Чего тогда было меня спрашивать, раздраженно подумал Джонни. Ты же у нас специалист по этой части.
– И я только что сообразил, – продолжал Ноу Йоу, – что если мы отошлем на фирму купоны от всех пакетиков, то получим шесть тысяч наборов кастрюль. И двадцать тысяч альбомов для футбольных карточек, и пятьдесят семь тысяч шансов выиграть Элегантный Пятидверный «Форд Сьерра».
Три корабля грузно летели к далекому флоту. Истребителю ничего не стоило обогнать танкеры, и Джонни выписывал вокруг них широкие круги, следя за экраном радара.
Со стороны танкера Холодца время от времени доносились какие-то трески и шипение – Холодец пытался разобрать бортовой компьютер: вдруг там есть какие-нибудь дизайнерские новшества, которые Джонни вспомнит после пробуждения.
На экране появились корабли: крупная точка (флот) и по краям экрана – зеленые крапинки (игроки).
Джонни поразила страшная мысль.
– Ноу Йоу!
– Что?
– На ваших драндулетах есть хоть какое-нибудь оружие?
– Хм… а как оно должно выглядеть?
– Наверное, красная кнопка на джойстике.
– На моем такой нет.
– Холодец, а у тебя? Бигмак?
– Не-а.
– Которая хреновина тут джойстик? – спросил Бигмак.
– Которой рулишь.
– Ясно? Сотри горчицу и глянь, – велел Ноу Йоу.
– Ничё тут нету.
Безоружны, подумал Джонни. И еле плетутся. Одно попадание ракеты, и Холодец окажется внутри самой большой во Вселенной головки сыра. Интересно, что происходит в моих снах с людьми?
Почему все всегда выходит наперекосяк?
– Я сейчас, – предупредил он друзей и дал «полный вперед».
Скррииийский флот атаковали три игрока. Вскоре их осталось двое; держа одного в поле зрения, Джонни по широкой дуге ушел от места взрыва, где расплывалось дымовое кольцо, и наперегонки с собственными ракетами устремился к следующему агрессору.
Игрок нацелился на флагман и в пылу погони не смотрел на радар. Когда полыхнул новый взрыв, Джонни уже летел к третьему врагу.
И вдруг понял, что проделывает все это совершенно бездумно. Работали исключительно его глаза и руки. Он лишь наблюдал изнутри.
Третий игрок засек танкеры, потом увидел Джонни и сумел уйти от выстрелов.
Ну нет. В голове у Джонни зажужжало и защелкало – невидимый арифмометр подсчитывал скорости и расстояния…
Истребитель артачился и вставал на дыбы, но Джонни твердой рукой не давал ему сбиться с курса до тех пор, пока перекрестья прицелов не совместились.
Тогда он вдавил кнопку гашетки и опомнился, лишь когда отрывистый писк сигнала оповестил его, что стрелять нечем.
Через некоторое время красный туман рассеялся. Джонни вновь обрел способность думать. Мысли возвращались медленно, робко, ворочались неуклюже, словно сомневаясь, туда ли попали, – так беженцы, возвращаясь в разбомбленный город, пытаются увидеть в развалинах прежние знакомые очертания.
Во рту держался металлический привкус. Локоть болел – наверное, при развороте Джонни обо что-то ударился.
Он подумал: ничего удивительного, что мы устанавливаем правила. Капитану это кажется странным, а нам нет. Мы знаем, что с нами стало бы без этих правил.
Возле экрана связи замигала красная лампочка. Кто-то хотел пообщаться. Джонни нажал кнопку.
  
Появилась Капитан.
– А, Джонни. Изумительно!
– Да. Но мне пришлось…
– Разумеется. И, я вижу, ты привел друзей.
– Вы сказали, вам нужна еда.
– Теперь больше прежнего. Последняя атака была очень жестокой.
– Вы вообще не отстреливаетесь?
– Нет. Напоминаю: мы сдались. Кроме того, нам нельзя останавливаться. Кто-нибудь из нас обязательно должен пересечь Границу.
– Границу? – переспросил Джонни. – Я думал, вы летите на какую-то планету…
– Сперва нужно пересечь Границу. За ней мы будем в безопасности. Даже ты не сможешь последовать за нами. Если мы ввяжемся в бой, то все погибнем. Если продолжим бегство – кто-нибудь да уцелеет.
– Это как-то не по-человечески, – протянул Джонни. Он на миг оторвал взгляд от экрана и огляделся. Танкеры были на подлете.
– Вы – млекопитающие. Быстрые. С горячей кровью. А мы амфибии. Холоднокровные. Неторопливые. Рассудительные. Кто-нибудь из нас все-таки попадет на ту сторону. Мы размножаемся быстро. С нашей точки зрения, это разумно. С моей точки зрения, это разумно.
Изображение Капитана переместилось в угол экрана. В трех остальных углах появились Холодец, Бигмак и Ноу Йоу.
– Классно ты их уделал! – выдохнул Бигмак. – Вот пойду в армию…
– У меня на экране лягушка, – перебил Холодец.
– Она Капитан, – с запинкой сказал Джонни.
– У них командует женщина? – изумился Ноу Йоу.
– Теперь понятно, почему пришельцы всегда проигрывают, – хмыкнул Холодец. – Видели бы вы, во что превратилась тачка моей мамули…
– Э… вообще-то она тебя слышит. Кончай сексистские разговорчики, – оборвал его Джонни.
Капитан улыбнулась.
– Может быть, твои друзья начнут разгрузку? Мы их очень ждали, – сказала она.
Они быстро разобрались, что к чему. Середина танкера отделялась как единый модуль. Крошечные скррииийские челноки – пузырьки пилотских кабин с мотором – затаскивали ее в чрево больших кораблей, и от танкера оставались только рубка, машинное отделение и большущая пустая клетка арматуры.
Джонни следил, как грузовой отсек корабля Ноу Йоу медленно вплывает в люк флагмана.
– Э… вот что… если вдруг вы станете высыпать хлопья и… э… вам в миску упадет такая пластмассовая штучка, – сказал он, – вы… в общем, это просто шутка. Не обижайтесь.
– Спасибо.
– А если вы сохраните все крышечки от упаковок, то можете выиграть «Форд Сьерру», – добавил Ноу Йоу. В его голосе слышалась дрожь, но он старался говорить как человек, который каждый день с утра до вечера общается с инопланетянами. – И вашу фотографию напечатают в журнале!
– Это было бы весьма кстати. На этом корабле очень длинные коридоры.
– Балда, – фыркнул Холодец. – Куда ему… ей!
– Вы полагаете? Тогда, пожалуй, стоит попробовать выиграть шесть тысяч наборов кастрюль, – усмехнулась Капитан.
– А как мы вернемся обратно? – спросил Холодец.
– А как вы попали сюда?
Холодец нахмурился.
– Правда, как? Сначала я был в… в… а потом оказался тут. Мы оказались тут.
– И откуда взялись молоко и гамбургеры? – вставил Бигмак.
– Как это откуда, – возмутился Ноу Йоу, – я же вам объяснял. На самом деле настоящие мы не здесь. Мы – просто проекция его тревожного состояния. Я знаю, я читал.
– Ну слава богу, что проекция, – вздохнул Холодец. – Когда летишь в космосе за миллиард миль от родной планеты, это утешает. Кстати… как нам вернуться?
– Не знаю, – сознался Джонни. – Я обычно погибаю.
– А другого способа нет? – после долгой задумчивой паузы спросил Ноу Йоу.
– Для меня, похоже, нет. Это ведь игровой космос. Чтобы выйти из него, надо погибнуть, – сказал Джонни. – А вы, наверное, можете просто улететь. Вряд ли с вами что-то случится. Вы же не играете… я хочу сказать, у себя в голове.