Поймать хамелеона (СИ)

Котов коротко рассказ об этом напарнику, тем удовлетворив его любопытство, а после произнес:
— Еще один вопрос, и я вытащу доклад из твоей головы сам. Полномочия имеются.
— Оставь, пожалуйста, мою голову в покое, — отпрянул Стёпа и заверил: — Вопросов больше нет. Рассказываю. Явились мы, стало быть, с Цепом в Лесной…
— Подчистил ему снова память?
Степан ответил возмущением во взгляде:
  
— Разумеется! Он не вспомнит ни что был в Лесном, ни с кем там был. Еще немного, и Васенька себя самого не вспомнит, — усмехнулся он и продолжил уже иным тоном: — Прогулялись мы с ним, значит, со сторожем опять поболтали. Хамелеон к нему Дарьей подходил. Говорит, Дарья руку обварила, бинтом замотана.
— Стало быть, ранение в кисть?
— Левое запястье, — кивнул Стёпа. — Потом прошлись до Малой Кушелевки, Она же там совсем рядом, — теперь кивнул Олег, соглашаясь. — Дом Дарьи стоит за Лесным рестораном. Не сразу, разумеется, но один из первых домов. Развалюху из его окон скорей всего не видно, мешают деревья, да и Муринский проспект тоже. Но! Очень хорошо виден Антоновский переулок, и подойти к нему можно через луг, он как раз расположен между деревней и переулком. Три дурня так и поперлись, и хамелеон мог их увидеть, потому они никого и не застали.
— Они не знали, с кем имеют дело, — ответил Котов. — Исходили из моего предупреждения, что приближаться опасно, правда, к тому, кто будет в развалюхе. А в деревню они шли ночью, потому и выбрали такой путь, чтобы их не заметили.
Котов поднялся со стула и поманил за собой напарника. Тот послушно последовал за приятелем. Вопросов не задавал, знал, куда и зачем идут. В кабинет. Там и устроились над очередной картой, но уже не всего Петербурга, а Лесного.
— Показывай, — велел Олег.
Взяв карандаш, Стёпа посмотрел на карту, а затем уверенно пометил крестиком место, где стоял дом Дарьи.
— А где хамелеон напал на Гаврюшу?
— На выходе в Антоновский переулок. Вот, видишь? Недалеко от перекрестка, где Муринский проспект переходит в Малую Спасскую.
— Недалеко от деревни, — отметил Олег.
— Да, — согласился Стёпа. — А пролетка их ждала на пустыре… почти. Между деревьев пряталась. Туда Гаврюшу дотащили и уже рванули к Бакалейщику.
— Пока гуляли, кого-нибудь встретили?
Стёпа напустил на себя таинственный вид, возвел глаза к потолку и вздохнул.
— Степан Ильич, голубчик, — ласково позвал его Котов.
Тот опустил взгляд и увидел, что Олег смотрит на свою ладонь, на которой между кончиками пальцев проскакивали искры. Старший розыскник собрал пальцы щепотью, и искры слились в едином свечении, из которого вытянулся тонкий жгут…
— Да я же шучу! — воскликнул Степан и выставил перед собой ладонь.
— Ты же знаешь, я твой щит прошью и не замечу, — усмехнулся Котов и, сжав кулак, погасил магический выплеск. — Говори и не испытывай моего терпения. Нам вскоре отправляться в Лесной. Кого видели?
— Мужика видели, — проворчал младший розыскник. — Рука перевязана. На одной ножке прыгал и песню горланил. Явно Цепу себя показал. Тот и шарахнулся, как на нас «Федот Афонин» из-за деревьев выскочил. Мы там для порядка к дому Дарьи подошли, повертелись, даже людей поспрашивали, дома ли Дарья. Мужик какой-то сказал, что видел ее утром, но из дома никто не вышел. Потом вот в Антоновский переулок пошли, а хамелеон на нас выпрыгнул. Не приближался. Показался просто, Васеньку моего перепугал и опять за деревья юркнул.
— Хорошо, что не полез к нему, — заметил Олег.
— Да хотелось, конечно… — почесал в затылке Стёпа. — Прямо ведь в руках был. Но людей было много, день еще все-таки. Ресторан работает, еще и Васенька мой, смотрю, за револьвером полез. У самого глаза из орбит, будто его хамелеон глотнул, одной рукой в поглотителя тычет, второй по карману шарит. Ну я его под руку, угомонил и потащил подальше. Тварь за нами не пошла. Только показалась.
— Обозначил, что он там, — кивнул Котов. — И хорошо, что у тебя разум лучше рвения и дури сработал. Хамелеон хоть и лишен магии, но для тебя опасен. Так что, как и говорили: работаю я, ты на подхвате. Держишься в стороне, понял?
— Да помню я всё, — проворчал Степан.
Олег задержал на нем взгляд.
— Или вызову кого-нибудь. Если у Полянского все заняты, то и другие Приемники есть.
— Я же сказал, что всё помню, — возмутился его напарник. — Не намереваюсь я лезть тебе под руку. Когда возьмешь, тогда и присоединюсь для доставки сюда.
— Умница, — усмехнулся Котов и посмотрел на часы. — Сейчас девять вечера. К десяти выйдем, возьмем извозчика и поедем. Передохни пока.
— Жрать хочется, — в более привычной ему манере сказал Степан. — Пока Цепа обрабатывал то в одну, то в другую сторону, подвыложился.
— Поешь и пополни ресурс, — велел ему Олег.
— Бусделано, барин, — широко улыбнулся напарник и вышел из кабинета.
Котов откинулся на спинку кресла, заложил руки за голову и медленно выдохнул. Пока всё шло так, как он и предполагал. Хамелеон «приглашал» их на окраину Петербурга, больше не желая прятаться. Финал истории настал, но кто выйдет победителем? Вторженец уже достаточно показал себя умным и коварным. Он всё время был впереди, именно он навязал розыску свою игру. И потому сейчас было важно не ошибиться.
Не желая более затягивать, Олег встал из-за стола и направился в портальную комнату. Сейчас, когда подтверждение местонахождения хамелеона было получено, нужно было предупредить «заставы» на случай, если поглотитель все-таки переиграет розыск. Его появление в портальном круге не должно было ни стать неожиданностью, ни ввести в заблуждение. Да и доклад о скором начале операции по задержанию вторженца тоже надо было отправить.
Степан появился на пороге портальной, когда его напарник уже успел разослать оповещение и заканчивал доклад Ведомству. Он привалился плечом к дверному откосу и доедал ломоть свежего хлеба, на котором лежал щедрый кусок сыра. Во второй руке Стёпа держал кружку с молоком. Всё это он купил по дороге домой. И когда Олег, закончив свое дело, развернулся к приятелю лицом, тот хлебнул из кружки и покачал головой.
— Как ты без меня тут продержался? Закрома пустые, а еще барышню в дом привел.
— Мы ели в ресторане, — ответил Котов, и Степан ухмыльнулся:
— Ну, разумеется, ресторан. Тебе б только деньги тратить, а мог бы приготовить. Заодно девушку бы поразил талантами.
— Одарить несварением от моего варева — не тот талант, которым мне бы хотелось козырять перед дамой, — усмехнулся Олег. — Ты у нас знатный кухарь, а я знатный ходок по ресторанам. Каждый хорош на своем месте.
— А вот это уже обидно, — ответил напарник и сунул в рот остаток хлеба с сыром. — Я вы тофа ховил фа фесафафанам.
— Какой тебе ресторан, когда ты говоришь с набитым ртом? — вопросил Котов. — Тоже бы он ходил по ресторанам, поглядите на него. Нет, дорогой мой, лучше приготовь завтра своих знаменитых щей и порадуй Глафиру Алексеевну. Я уже ей пообещал.
Стёпа допил молоко, утер рот рукавом и едко ответил:
— Ты обещал, ты и вари. А я пойду в ресторан, и поглядим, кто первым опозориться.
Приятели обменялись упрямыми взглядами и хмыкнули, тем обнаружив, что всё это время дурачились. Но вновь стали серьезными, и Степан спросил уже иным тоном:
— Думаешь, можем не справиться? Это же просто хамелеон. Да, хитрый, да, далеко не дурак, но он всего лишь поглотитель, а не маг вне категорий. Возьмем, я больше чем уверен.
— Я думал также, когда отправился за Бэлой, — усмехнулся Котов. — Магиня четвертой категории, я — шестой. Зачем мне кто-то, сам легко возьму. В результате, был прикован к месту обычными ружейными выстрелами, пока она давала деру.
  
— Но у хамелеона-то нет своры идолопоклонников, — улыбнулся Стёпа.
— А вот этого мы не знаем, — ответил Олег. — Мы вообще о нем ничего не знаем. Он может, как выманить нас из дома и проникнуть сюда, так и подготовить ловушку в Лесном. Мы ведь не знаем, встречался ли он на самом деле с Бэлой? С кем свел знакомство за это время в Петербурге. Что знает о порталах, нам тоже неизвестно.