Женихи счастью не помеха (СИ)

— Кхе, кхе, — громко кашлянул сэр Ратиш и требовательно протянул руку. Получил желаемое, высыпал из кошеля деньги и протянул.
— Но это много. Стандартная стоимость один тал.
— За срочность и доставку. Бери, я сказал! — он нахмурился, пришлось смириться и сунуть деньги в сумку. — Да, слышал, у тебя кулон интересный. Покажешь?
Я расстегнула цепочку и протянула её ректору. От кого слышал — даже спрашивать не стала, неинтересно. Он долго рассматривал рисунок, покачал головой и вернул реликвию мне.
— Интересная штучка. Говоришь, с рождения с тобой? Иди, надо время ещё собраться. Да, и письма писать не забывай.
— Спасибо, сэр Ратиш!
Я обняла ректора на прощание, чем вызвала у него довольную улыбку и побежала домой. Настроение не то, чтобы улучшилось, просто я смирилась с необходимостью покинуть Альтиру и очень надеялась, что это не навсегда.
С собой взяла только самое необходимое, лишнюю одежду и вещи перетащила к соседке. Тины в комнате не оказалось, оно и к лучшему, а то она своим траурным видом и слезами ввергла бы меня в истерику. Подхватив сумку и сняв ключ со специального крючка у двери, плотно захлопнула дверь Цветочной комнаты. И опять прошёл почти год, и в комнате поменяется хозяин, вернее, хозяйка. Мистика.
— Герд! Я уезжаю! — громко крикнула я, спустившись в подвал.
— Приветствую, — Герд в форменном сером костюме появился из-за стеллажей и равнодушно протянул руку. Я вложила в неё ключ, положила на стол бельё и расписку и выскочила из подвала на свежий воздух. Зомби в последнее время вновь потерял живость и напоминал ожившего мертвеца, коим и являлся. Нет, мы по-прежнему иногда с ним играли в карты и болтали, но улыбки я больше не видела. После того, как артефакт «Сосуд Нора» перекочевал в мои руки, Герд потерял магический источник и заклинание оживления, что он использовал, начало угасать. Именно так мне как-то объяснил ректор, когда я пристала к нему с вопросами.
Больше я в эту тему не лезла, да и вообще, стоило услышать про непосредственное участие придворного мага в проводимых с зомби допросах, перевела тему и больше к ней не прикасалась. Отчего-то было больно и стыдно, будто я подставила Герда, а ведь он настоятельно просил не делать этого.
Как бы там ни было, теперь я была совершенно свободна от всех обязательств и с чистой совестью и камнем на душе торопилась на стоянку карет, расположенную у городских ворот. Вряд ли Леон не слышал о приказе, а значит, ждал, не попрощаться с ним я не могла.
— Душа моя, прости, — он отобрал сумку, поставил её на землю и порывисто меня обнял.
— За что? — поинтересовалась я, нежась в крепких объятиях.
— Что не могу последовать за тобой. Этот не приказ, это глупость какая-то.
— С чем он связан, не знаешь? — прищурилась я.
— Откуда, — огорчённо махнул он рукой. — Нас отправляют на контролирование улиц, чтобы ни один анимаг не остался в столице. Пойдём, хоть что-то для тебя сделаю полезного.
Он потащил меня мимо длинной очереди в самое её начало.
— Леон!
— Да, сэр Роден! — вытянулся гвардеец.
— Почему не в строю? А, это ты? — сотенный мне улыбнулся и погрозил пальцем. — Хорошо, даю десять минут. Но потом…
— Так точно! — рявкнул Леон.
— Строго у вас, — присвистнула я, продолжая идти за уверенным провожатым.
— Нормально. Оформи, — меня подтолкнули к столу, я сняла и положила жетон и протянула документы. На начавшую было возмущаться очередь, Леон посмотрел так, что они замолчали, некоторые почтительно поклонились. Вот это да, я восхитилась. — Ой, служанка Зили, я не успела с ней попрощаться.
— Не волнуйся, — меня поцеловали на прощание в висок.
На всё ушло несколько минут, вскоре я стояла с той стороны городской стены и с тоской смотрела на закрытые ворота.
— Пора, — приказала сама себе и залезла в ближайшую карету. Заполнилась она быстро, путь до переправы через Юрлию прошёл в тоскливом молчании. Каждый пассажир погрузился в невесёлые мысли, даже дети, и те сидели тихо. Широкая река в этот раз вела себя спокойно, будто грустила вместе с нами.
   
Глава 17
 
В Вороньем гнезде первым делом я забежала к Главе города, чтобы отметиться. Обменявшись с ним любезностями и поставив отметку о прибытии, поспешила домой.
Заколоченный дом ждал. Он тяжело вздохнул, когда я отодрала доски с окон, скрипнул, когда я распахнула ставни, и радостно свистнул половицами. Дом, милый дом. Внутри всё сияло чистотой, даже печка лишилась привычной сажи вокруг топки. Поблагодарив домового и оставив ему пригоршню конфет, поторопилась к соседям.
— Ур-р-ра! — провозгласил Урий, стоило мне переступить ворота тётушки Ульмиры. Ворон спланировал откуда-то сверху, приземлился мне на плечо и начал тереться головой.
— Хороший мой, — млела я, поглаживая чёрную голову птицы.
— Ну чисто котёнок, — рассмеялась соседка. — Милена, рада видеть. Ну, как ты, рассказывай. Надолго вернулась? Слышала, в столице несладко. Кавалера не завела?
Вопросы сыпались с такой скоростью, что я не успевала отвечать. Наконец соседка взмахнула руками и потащила меня в дом, усадила за стол и поставила тарелку с кашей. Вовремя, желудок уже урчал так, что даже Урий задумчиво косился единственным глазом.
Постепенно за ужином собралась вся семья пожарного, мой рассказ слушали, затаив дыхание. А я, наконец, расслабилась. Выкинула из головы лишние проблемы и рассказывала, лихо сдабривая правду неопасным вымыслом. Хозяева ахали, охали и смотрели с искренним обожанием. Они, в свою очередь, рассказали о подозрительных личностях, что шастают по лесам. То ли разбойники, то ли бандиты, насилуют и убивают. Нет, никто пока не пострадал, но дело времени, иначе, что им там делать. Я прониклась и клятвенно пообещала не ходить одной в лес. Расстались поздно вечером, когда звёзды вовсю заняли небосклон. Семья пожарных слушала бы ещё, но я отчаянно зевала, путь с утра проделала неблизкий, а полученные впечатления порядком утомили.
Давно я не спала так глубоко и безмятежно, без сновидений. Конечно, кровать не такая мягкая, а покрывало не такое красивое, но я чувствовала себя на удивление хорошо. Мечта о будущем поскреблась в душу и свернулась в уголке до лучших времён. Иногда надо отпустить ситуацию, переждать неприятный момент и просто жить дальше, приспосабливаясь к новым условиям.
— Пор-р-ра! — категорично заявил Урий с первыми лучами солнца. Он прошествовал до двери и важно поскрёбся клювом. Пришлось вставать и выпускать неугомонную птицу. Ложиться обратно было глупо, впереди куча дел. Заброшенный огород требовал уборки и немногочисленных, но посадок. Порядок в доме поддерживал домовой, но вот перемыть и почистить посуду, постирать бельё — моя прямая обязанность. А ещё у меня совершенно закончились зелья, последние продала ректору Академии. Ой, мамочка! Дел то сколько!
Спохватившись, выскочила во двор, принесла воды, умылась и поспешила в огород, пока солнце не начало припекать. Смогла передохнуть только к обеду, но результат мне понравился — прошлогодняя трава лежала огромной кучей, пара грядок вспахана, дорожки вычищены.
— Пр-р-ривет! — ворон взлетел мне на плечо и потёрся головой. — Жр-р-рать!
— Прожора, — улыбнулась я и пошла в дом. Печально оглядела пустые полки, отсчитала несколько монет и подхватила сумку. Как ни хотелось выходить в город, а еды купить надо. Крупы, и те закончились, заодно заскочу в травяную лавку и пополню запасы. Строго приказав ворону ждать меня внутри, поторопилась прочь. Входная дверь жалобно скрипнула и повисла на одной петле, ну вот, опять непредвиденные расходы.
— Кузнец! Пор-р-ра! — заявил всё знающий Урий, внимательно рассмотревший покосившееся дверное полотно.
Вот что бы я без него делала! Улыбнувшись, погрозила птице пальцем. Сама разберусь, но в чём-то он прав, без посещения кузни тут не обойтись, без помощи я дверь починить не смогу.
Идти в кузню категорически не хотелось, а всё из-за её хозяина. Мощный, как и полагается кузнецу, и уверенный в себе Арташ давно пытался заслать сватов. Но я упорно отказывалась, и как-то до сих пор умудрялась избегать нежелательно с ним замужества. Ну не видела я себя, сидящей в деревенском доме, и вяжущей носки многочисленным детям. А кузнец именно на такую совместную жизнь и рассчитывал, и чем скорее, тем лучше.