Женихи счастью не помеха (СИ)

— Я дурак, — обречённо сказал он, с явной неохотой выпуская меня из объятий и протягивая одежду. — Накрутил себе, домыслил. Увидел твою одинокую фигуру и в голове помутилось. Еще и Бора подговорил. Прости меня, прости, прости…
— Дурак, — согласилась я, натягивая блузку и юбку и закутываясь в плащ. Зла я на гвардейца не держала, сильно испугаться не успела, а он раскаивался искренне. — Я ведь тебя искала. Ой, простите, вас искала.
— Не начинай, — поморщился он.
— Как прикажите, ваше высочество.
— Милена! — он несколько раз глубоко вдохнул и потёр виски пальцами. — Почести неуместны. Зачем искала?
— Граф Кейрос пропал.
  
Глава 16
 
Мы вышли из переулка, тихо переговариваясь и практически в обнимку. Бор попытался что-то сказать, но наткнувшись на колючий взгляд, махнул рукой и ретировался. Как и прежде, мы расположились на уютных диванах в «Крабе», заказали закуски и горячего отвара. Спиртное я отвергла категорически, Леон пострадал немного, что зря использовал отрезвляющее заклинание, но последовал моему примеру.
Он выслушал скудную информацию, не перебивая. Пожал плечами и сказал, что не в курсе. Но совсем не удивлён, придворный маг и раньше исчезал, никого не предупредив. Работа, мол, у него такая, нервная и ответственная. Я немного успокоилась и решила вытащить из гвардейца всю возможную информацию, пока он в благодушном настроении.
Узнала много интересного, но мало полезного. Знакомы они с графом давно, учились на одном потоке в Академии жизни и жили в одной комнате. В Призападной низменности магов слишком мало, поэтому там для них нет хороших учебных заведений. То, что принцу инкогнито позволили учиться в соседнем Межгорье — ничего удивительного, мирный договор между королевствами от этого стал только прочнее. Об истинной личности Леона Тайшета знали несколько человек, в том числе сосед по комнате. Соперничество между однокурсниками тоже давняя история. Игрой они развлекались ещё во время учёбы.
Мою кандидатуру предложил придворный маг, я тогда действительно сильно возмутила его своим поведением, когда вломилась не вовремя в кабинет ректора. Леон, не понимая, о ком речь, заключил пари. И поначалу оба играли свои привычные роли, пока он внезапно не понял, что ему меня отчаянно не хватает.
На этом рассказчик замолчал и погрузился в свои мысли.
— Только сейчас осознал, — усмехнулся он вскоре и расслабленно откинулся на спинку дивана. — Я видел в тебе сестру, мою маленькую Лину. Хотел оберегать и защищать, потому и давал обещания с лёгкостью, что не относился к ним серьёзно.
— А я верила, — грустно вздохнула я.
— Начнём всё сначала?
— Зачем? Ты своё отношение не изменишь, да и я повзрослела.
— Без вариантов? — прищурился он.
— Абсолютно!
— Странная ты девушка, Милена, — неожиданно серьёзно сказал гвардеец. — В твоих руках была власть, деньги, влюблённый в тебя мужчина. И я снова готов всё это дать, но ты отказываешь.
— Влюблённый не в меня, в идеал, — уточнила я. — Поверь, я не твоя сестра, и не смогла бы сидеть всю жизнь под твоим неусыпным вниманием, без права на личную жизнь и счастье.
— Я бы попытался.
— Ваше высочество, — мрачно выдавила я, — сыта я вашими экспериментами.
— Умолкаю, — рассмеялся он. — В твоих устах «ваше высочество» звучит как угроза.
Подцепив со стола пирожное, отправила его в рот. Беготня в ночи и тяжёлый разговор вполне закономерно вызвали чувство голода. Вот только Леон не ел, он не спускал с меня виноватого взгляда. Надо было с этим что-то делать.
— Расскажи, как практика с Тиной прошла?
— Нормально, — пожал он плечами. — Тина с головой погрязла в опытах, а я застрял у родителей. Благо, единственная приличная лаборатория располагается в подвале родового замка в память о Лине.
— Ругались? — я сочувственно погладила Леона по руке. Я бы на месте родителей голову оторвала нерадивому отпрыску, который исчез из отчего дома.
— Нет, не посмели, — он усмехнулся. — Милена, поехали со мной? Дам всё, что ты захочешь.
 
— Ваше …
— Извини, я слишком настырен, ничего не могу с собой поделать. Но знай, Ренар не способен любить, не тот он человек.
— Да при чём тут он? — фыркнула я. — Мне до графа Кейроса нет никакого дела.
— Посмотри на меня. Врёшь. По глазам вижу — врёшь!
— Скажем так, меня беспокоит его исчезновение, служанка выглядела очень взволнованной.
— Хорошо, — страдальчески вздохнул Леон, — постараюсь что-нибудь выяснить.
Он осторожно сел поближе и обнял. Нежно, трепетно, будто боялся испугать или ждал от меня истерики. Но я лишь молча уткнулась лицом в рубашку на груди и закрыла глаза. И вновь спокойно, хорошо, давно забытые чувства.
— Друзья? — тихо спросил он.
— Друзья, — счастливо ответила я, на большее рассчитывать было глупо, а долго злиться на обладателя голубых глаз не могла. — Пора идти. Да, цветы были очень красивые.
— Какие цветы? — искренне удивился он.
— Забудь, — улыбнулась я. Если не он, то… я запуталась окончательно! Платье, должность, я подозревала, что это Куратор Академии таким образом пытался загладить свою вину, это вполне в его духе. Но цветы, это нечто иное.
— Что случилось? — обеспокоенно поинтересовался Леон. — Ты побледнела.
— Найди его, — выдохнула я.
— Душа моя, постараюсь. Только больше не грусти, — серьёзно ответил гвардеец, цепляя меня под руку и провожая до ворот Академии.
Нимфа поймала меня в подсобке, схватила за руку и потащила в ректорат.
— Тина, что случилось? — возмутилась я, пытаясь вырваться. — У меня урок начинается.
— Тс-с-с… тут такое дело… пришли.
В кабинете ректора собрался весь педагогический состав, если судить по занятым стульям. Все молча сидели и чего-то ждали.
— Теперь все в сборе, — из-за стола поднялся сэр Ратиш и вышел на середину кабинета. — Вынужден сообщить одну неприятную новость. Его величество Эдвард II выпустил сегодня утром указ об изгнании анимагов из Альтиры. К сожалению, я не знаю, с чем связано принятое решение, но времени выделили крайне мало. К завтрашнему утру все, кто носят знак, должны покинуть столицу, предварительно зарегистрировавшись о месте дальнейшего пребывания. Прошу донести до своих факультетов. Все свободны. Милена Травница, останься.
Преподаватели начали расходиться, тихо обсуждая случившееся и бросая на меня сочувственные взгляды. Я же сидела на стуле, придавленная полученной информацией. Очередная чёрная полоса подкралась медленно, но затянула безвозвратно. В голове послышался тихий звон, видимо, рушились мечты.
— Мне жаль, — сказал декан сэр Айтал Дакр. Он остановился рядом и похлопал по плечу. — Надеюсь, что приказ отменят.
— Я тоже надеюсь.
— Сэр Дарк, вы свободны, — настойчиво повторил ректор и устроился на соседнем стуле. — Милена, ты ведь понимаешь, что из всех преподавателей Академии запрет коснулся только тебя? Я пытался исправить ситуацию, добился личной аудиенции короля, но без поддержки графа Кейроса, меня даже слушать не стали.
— Спасибо за попытку. Надеюсь, у вас не возникнут из-за меня неприятности.
— Ай, брось, — усмехнулся ректор. — Меня тяжело чем-нибудь испугать, за свой долгий век выдел столько, что иному и не снилось. Место за тобой постараюсь сохранить. Скоро конец учёбы, я посмотрел расписание, вполне сможем выкрутиться, а там что-нибудь придумаем.
— Вы всегда так обо мне заботитесь, — попыталась улыбнуться я сквозь слёзы. Опять рушился привычный мир и осколки больно ранили, проникая в мечты и разрезая их на куски.
— Ну, ну, не плачь, ты всегда была сильной девушкой, — ректор поднялся и не спеша прошествовал за свой стол. — Да, чтобы хоть как-то компенсировать понесённые затраты, возьми.
Он протянул кошелёк, я отчаянно замотала головой.
— Не возьму! У меня есть деньги.
— Вот принципиальная, — тяжело вздохнул он. — А зелья продашь?
— Но у меня почти ничего не осталось, — я нырнула в сумку и вытащила на свет три бутылочки. — Успокоительное, от синяков и от кашля.