Убежище в горах (ЛП)

— Тебя дразнили?
— А? — Аспен бросил на меня вопросительный взгляд, прежде чем снова сосредоточиться на дороге.
— Твои запястья. Дети тебя дразнили?
Аспен усмехнулся.
— Ты даже не представляешь. Крис на полдня онемел от шока, но к ужину в субботу готов был разорваться. Так что я велел ему высказаться и сказал, что после этого не хочу слышать ни слова. И предупредил, что иначе его труп будет валяться в горах.
— Грубо.
— Проведи с ним пять секунд, и тебе захочется поступить так же.
Я представил подростков, которых видел, и задумался, который из них Крис.
— Это тот парень с ирокезом?
Аспен рассмеялся.
— С неудавшимся ирокезом, да.
В тот день возле магазина этот парень открыто флиртовал с Аспеном. При воспоминании об их взаимодействии, у меня внутри начало расти раздражение.
— Он ревнует.
— Он засранец.
— Он к тебе приставал?
Аспен поморщился и бросил на меня вопросительный взгляд.
— Он флиртовал, но знал, что я не заинтересован.
— Разве?
— Прошу прощения?
— Кажется, тебе с ним было весело. В тот день возле магазина, ты флиртовал в ответ.
Внезапный взрыв хохота Аспена заставил меня нахмуриться.
— Уверяю тебя, я не флиртовал.
Я наблюдал за Аспеном, пока он вёл машину, изучал его лицо и ничего больше не говорил на эту тему. Он защищался ужасно настойчиво. Из-за Криса он был не особо уверен, что хочет больше разобраться в наших отношениях по возвращению домой? Я играл с этой мыслью в голове и преуспел в увеличении своего раздражения, думая, играл ли Аспен с нами обоими всё это время.
После четырёх часов езды я был готов распсиховаться. Я беспокоился из-за того, что так долго сидел в машине, и ворчал из-за того, что был так ослеплён похотью, что не заметил всей картины раньше. Аспен предложил остановиться на заправке и перекусить.
Возле автозаправки/закусочной Аспен съехал с дороги и припарковался на маленькой парковке рядом с витриной закусочной. Мы зашли внутрь, чтобы купить немного еды, но обнаружили, что это место было довольно популярной остановкой на шоссе, и большинство столиков были заняты.
Аспен не казался шокированным. Это была маленькая закусочная, которая обслуживала путешественников, и он объяснил, что она заполнена практически всегда. Краска обсыпалась, и столы и стулья из тёмного дерева видали дни получше. Через комнату тянулся длинный прилавок с прикрученными к полу барными стульями. Две официантки в белых передниках разливали кофе и разносили еду посетителям, вбегая и выбегая через двойные двери, которые вели на кухню.
— Давай просто возьмём еду с собой? — предложил Аспен после того, как мы оглядели закусочную. — Мне не особо хочется ждать, пока освободится место.
Мне не хотелось тоже, плюс, уровень шума давил мне на мозг и заставлял меня щуриться от давления.
Мы заказали сэндвичи и картошку и встали на свободное место у прилавка, ожидая. Аспен молчал, и его взгляд был сосредоточен на улице за окном, где люди выстроились у насосов, чтобы заправиться. Через пятнадцать минут официантка сообщила нам, что ждать осталось недолго, так что Аспен хлопнул меня по плечу и встал.
— Ты забери еду, а я заправлю машину. Встретимся на улице?
— Да.
Я наблюдал, как он вышел за дверь и сел в джип. Он подъехал к свободному насосу и заглушил двигатель. Как только вставил шланг, Аспен на мгновение прислонился спиной к джипу, а затем помахал кому-то рукой и подмигнул, тепло улыбаясь.
Молодой парень в чёрных свободных штанах и в обтягивающей белой футболке подошёл с такой же яркой улыбкой. Слишком яркой. Парень оперся рукой на насос, который использовал Аспен, и у них завязался разговор. Беседа продолжалась какое-то время, и Аспен один раз взглянул на цифры на насосе, но быстро вернул внимание к слишком самодовольному парню перед собой.
Должно быть, вскоре бак заполнился, потому что внимание обоих мужчин переключилось на насос. Аспен вынул шланг и вернул его на насос, после чего закрыл бензобак. Он достал из заднего кармана бумажник и попытался протянуть парню пару купюр, но работник отмахнулся от них и позвал Аспена за собой в маленькое здание, которое располагалось между насосов.
  
Аспен зашёл первым, и парень проводил его, осторожно положив руку на поясницу Аспена. Это действие заставило меня оттолкнуться от прилавка и подойти к окну, чтобы рассмотреть получше. Этот жест был слишком дружелюбным на мой вкус, и я не мог понять, почему Аспену понадобилось зайти внутрь, когда он был более чем готов расплатиться за бензин наличными.
Когда я подошёл к окну, угол обзора лучше не стал, и я собирался выйти на улицу, когда женщина за прилавком крикнула мне, что заказ готов. Нахмурившись, я отвернулся от окна и быстро расплатился за еду, чтобы выйти и разобраться, какого чёрта происходит.
Моё нетерпение увеличивалось, пока официантка не торопясь отсчитывала мне сдачу. В конце концов, я сказал ей оставить мелочь себе, взял пакеты с едой и вылетел за дверь. Пока я подходил к джипу, Аспен вышел из здания, с улыбкой на лице и зачарованным взглядом, посмеиваясь.
— Какого чёрта это было? — рявкнул я.
Он резко остановился и поднял голову, его улыбка сменилась замешательством.
— Что «это»?
— Это, — я кивнул подбородком на здание, внутри которого по-прежнему находился тот работник, и всучил пакеты с едой в руки Аспену.
Он оглянулся на здание, а затем посмотрел на меня, нахмурившись.
— О чём ты?
— Зачем ты ходил туда с ним?
— Чтобы расплатиться за бензин? — он произнёс это медленно и с интонацией, которая выставляла меня идиотом.
— Ты знаешь, что я имею в виду.
— На самом деле, Хаксли, не знаю. Просветишь меня?
В этот момент работник заправки решил вернуться на улицу, и я бросил на него убийственный взгляд, который заставил его передумать.
Аспен нахмурился и стал толкать меня в грудь, подвигая нас, пока мы не оказались за джипом, вне поля зрения, если вдруг этот засранец решит понаблюдать за нами из-за затемнённых окон.
— Какого чёрта происходит?
— Это мне и хотелось бы узнать. У тебя не было причин заходить с ним в это здание. Ты предложил ему за бензин наличку. Я это видел. Но нет, этому раскрепощённому мистеру ты понадобился внутри. Зачем?
Брови Аспена взлетели вверх, и он мгновение смотрел на меня, после чего открыл рот, закрыл, провёл рукой по своей щетине на подбородке, а затем наконец заговорил, тыкая пальцем мне в грудь.
— Я даже не буду обсуждать это. Садись в джип.
Он развернулся, чтобы подойти к своей стороне, но я поймал его за руку. Прежде чем я успел выплюнуть, что хочу получить ответ, он приблизился ко мне, понизив голос до опасно низкого тона.
— Встряхни свою чёртову голову. Я предложил парню наличку, да, но они не принимают купюры в пятьдесят или сто долларов. На витрине есть табличка, которой я не видел, пока он мне не сказал. Я зашёл внутрь, чтобы расплатиться карточкой.
Я открыл рот, чтобы нанести ответный удар, но он подошёл ближе и зарычал.
— Это уже не лезет ни в какие ворота. Садись. В. Джип.
Когда мы снова отправились в дорогу, тишина стала такой тяжёлой, будто превратилась в отдельное существо в салоне, которое давило и поглощало свободное пространство, пока я не почувствовал необходимость подвинуться ближе к окну и дать этому существу требуемое место. Чем дольше это тянулось, тем громче тишина кричала в моих ушах.
Наша еда давно закончилась, и километры оставались позади, пока мы приближались к Крикстоун-Вэлли. Я закрыл глаза, когда мой разум атаковали воспоминания в виде Натаниэля, который отчитывал меня за то, что я обвинял его в том, что по его заверениям не являлось правдой. Такое случалось часто.
— Покажи мне твёрдые улики, Хаксли! У тебя есть факты, или твоя голова просто снова придумывает истории?
— Я просто знаю.
— Детка, ты слишком много думаешь, и твоя умная голова просто рушит всё хорошее. Факты. Объективные мысли. Помнишь, что говорил доктор Кольер?