Без пощады (ЛП)

Болифена злобно уставилась на него своими дровскими глазами — может быть, хотела сказать что-то ещё, но Киммуриэль прекратил разговор, полностью закрыв свой разум. Так что она просто смотрела на него. Затем она снова приняла истинную форму йоклол — вид полурасплавленной огромной свечи из грязи, бешено размахивающей отростками. После этого она исчезла.
Киммуриэль обдумал её последний приказ — оставить Джарлакса и Закнафейна.
Нет, решил он.
Он направился в Мензоберранзан.
Закнафейн бежал по изгибающемуся тоннелю, не сбавляя шаг. Она была здесь, другая жрица из первой комнаты — глаза закрыты, правая рука поднята, пальцы согнуты, — продолжала свои попытки подчинить его телепатически, и судя по виду, считала, что у неё всё получается.
Как и мужчина, солдат Ханцрин рядом с ней. Он заметил Закнафейна лишь в самый последний момент. Он крикнул и поднял свой ручной арбалет на оружейника.
Щёлкнувший кнут выбил у него оружие и захлестнул руку достаточно сильно, чтобы Зак сумел дёрнуть его на себя, прежде чем убрать кнут.
Это был не особенно сильный рывок — но его хватило, чтобы мужчина немного подался вперёд, и угол его обороны слегка изменился. Для большинства это ничего не означало, но для Закнафейна брешь была огромна, и он ею воспользовался.
Его меч пронзил живот противника. Тот распростёрся в стороне, хватаясь за рану. В ближайшее время в бой он не вернётся.
— Как ты смеешь! — воскликнула жрица. — Ты знаешь, кто я такая?
— Мёртвая жрица, — ответил Зак. — Не имеет значения, кем ты была до этого.
— Ты обрёк себя! — зарычала на него жрица. — Узри же перед собой прислужницу Богини Хаоса!
Она продолжала читать грозные речи, пока Зак не оборвал её, воспользовавшись кнутом как восклицательным знаком в ответ, вытянув оружие в его полную восьмифутовую длину, чтобы хлестнуть жрицу по лицу. Он воспользовался силой кнута, прочертив полосу экстрапланарного пламени прямо по её щеке ко рту.
Она завопила и отшатнулась, струйка крови ударила с левой стороны её разорванного лица.
Или не крови?
Изумление Зака по поводу густой субстанции, вытекающей из щеки женщины, не заставило его остановиться — как раз наоборот. За годы битв он понял, что мгновение нерешительности может стать фатальным, поэтому рефлексы ответили на его спутавшиеся мысли, бросив оружейника вперёд.
Но он резко остановился, ведь дроу перед ним уже не была дроу. Йоклол показала себя во всём своём ужасном великолепии. Её жреческая мантия разорвалась на части, когда носительница раздулась и приняла свою демоническую форму.
— Обречён, глупый мужчина, — булькающим возгласом, похожим на лопающиеся пузыри в горячей луже грязи, сказало создание. — Я…
Зак прыгнул на чудовище, нырнув между качающимися отростками, и глубоко вонзил свой меч в мерзкое туловище. Он увернулся от рвоты из жидкой грязи, вырвал свой меч и воткнул его снова.
Йоклол задрожала и закачалась, махая своими восемью щупальцами, промахиваясь почти каждым ударом, но всё-таки тяжело задев несколько раз оружейника.
Закнафейн игнорировал эти попадания, принимал их. Он бил снова и снова, полный решимости одолеть демоническую тварь за счёт голой свирепости.
Внезапно она снова стала дроу, обнажённой, по-прежнему с разорванной щекой. Прислужница отпрыгнула назад, выпрямилась и ткнула пальцем в Закнафейна, швырнув в него мощную псионическую атаку и приказ: «Стой!»
И он остановился, как будто получив удар огромным булыжником.
Йоклол сощурила свои красные глаза.
— Я заберу тебя с собой, — пообещала она. — Госпожа Ллос…
Зак прекратил свой обман — он почувствовал телепатический натиск, но его это не остановило! — и снова хлестнул её кнутом, по лицу, затем подскочил, чтобы добить.
Но она пропала, оставив облако бурлящего зелёного дыма и вони. Зак задохнулся, ему обожгло глаза. Он знал, что надо убираться, знал, что нужно найти этого демона, пока тот не сыграл ещё какую-нибудь штуку.
Он споткнулся и сглотнул поднявшуюся к горлу рвоту.
 
Нужно выбраться. Нужно выбраться.
Облако сопровождало его, окружало его, душило, и только тогда Зак понял правду — облако вони не было заклинанием. Облако было самой прислужницей.
Закнафейн бешено замахал мечом, но газ просто клубился вокруг.
Он не мог сбежать!
Он не мог её ударить!
Оружейник попытался крикнуть, и его вырвало.
Он попытался бежать, споткнулся и уронил меч. Он потянулся за ним, но внезапно передумал, выпрямился и взял обеими руками кнут, яростно размахивая им вперёд и назад, с каждым щелчком разрывая материальный план. Повсюду вокруг горели огненные полосы, части облака трещали и сверкали искрами. Газ протестующе шипел.
Чувства подводили его, глаза горели. Зак знал, что вдохнуть — значит лишиться сознания, и вместо этого испустил долгий и громкий вой протеста и злости. Всё это время его кнут продолжал хлестать, и воздух вокруг сочился пламенем.
Затем к его крику присоединился агонизирующий голос йоклол, снова облёкшейся в тело дроу. Зак лишь на миг взглянул на неё — достаточно, чтобы заметить, что она усеяна резкими пылающими разрывами; жестокие удары кнута иссекли её материальные тела.
Она повернулась к нему, словно для удара, но Зак, который так и не остановился, теперь взмахнул своим кнутом не вперёд или назад, а наискосок. На этот раз он не стал щёлкать, а обернул кнут вокруг её шеи.
Закнафейн повернулся, дёрнул и отпрыгнул от неё, потянув изо всей силы. Оплёвший шею кнут развернул её, потащил, вывел из равновесия, сбил с ног. В падении она продолжила разворачиваться и тяжело приземлилась на спину.
Зак отпустил свой кнут, выхватил оставшийся второй меч и набросился на неё сверху, вонзив клинок обеими руками в её грудь.
Йоклол взметнулась и завопила. Она на короткое время вернулась в своё настоящее обличье, прежде чем растечься чёрной слизью — от которой Закнафейн отскочил, опасаясь за свой меч, испугавшись за свой кнут, который оказался под слизью.
Но нет, эта слизь не была живой и не сражалась. Демоническая тварь просто расплавилась, дымом утекая с материального плана в свою родную Бездну.
Оружейник задыхался, горели глаза, горело горло. Он тяжело опустился на камни и едва не рухнул полностью.
Ему потребовалось какое-то время, чтобы осознать, что он не один. Он повернулся и увидел мужчину Ханцрина, которому пронзил живот, в нескольких шагах от себя.
Мужчина стоял ровно — или пытался, но не мог, по-прежнему прижимая руку к животу. Он бросил меч и поднял вторую руку, умоляя о пощаде.
Зак просто смотрел на него. Ему не хватало воздуха, чтобы ответить, не хватало сил, чтобы встать и встретить противника.
Ханцрин захромал прочь, взгляд Зака сопровождал его на каждом шагу.
Пока он не пропал из виду.
В этот момент Зак соскользнул на землю и лишился сознания.
  
ГЛАВА 18
 
Вино из гнилых ягод
 
— Он очнулся, — услышал Закнафейн, силясь поднять веки. Зрение медленно возвращалось, открывая небольшую фигуру перед ним…
Свирфнеблин.
Руки Зака рефлекторно устремились к мечам, но он расслабился, когда обнаружил, что оружие по-прежнему при нём, и когда появилась более знакомая фигура, нависшая над гномом.
Закнафейн сел, схватился за гудящую голову, и на миг зажмурился, чтобы прогнать боль. Открыв глаза, он обнаружил руку Джарлакса, протянутую, чтобы помочь ему встать.
— Ядовитый газ, — пробормотал Зак.
— И, судя по всему, хороший удар по голове, учитывая шишку над твоим левым глазом, — ответил Джарлакс на всеобщем подземном вместо языка дроу.
 
Зак принял руку и поднялся на ноги, чуть покачнувшись. Он оглядел пол, по-прежнему дымившийся от растворившейся демонической слизи.
— Думаю, мы можем согласиться, что это была не жрица дроу, — заметил Джарлакс.