Без пощады (ЛП)

Но только не Закнафейн До'Урден. В Мили-Магтир учили, что нужно уйти в глухую оборону — опустить кнут, достать второй меч и сражаться в технике быстрых разворотов и отступлений, чтобы отвоевать себе немного места.
Вместо этого он блокировал ведущий меч дроу слева, затем укол дроу справа быстрым рубящим движением и обратным ударом. Он уклонился от второго меча слева, принял жалящий укол в левое бедро, затем пригнулся под брошенный кинжал, поднимая руку с мечом, чтобы отразить вращающийся клинок прежде, чем тот успел повернуться остриём — и снова принял жалящий укол, на сей раз в запястье.
Однако эти два удара позволили ему сделать шаг назад, и когда враги двинулись следом, их встретил не меч Зака, а кнут. В этом небольшом пространстве он умело привёл кнут в движение, быстро щёлкнув им слева и справа в воздухе перед дроу. Одних лишь щелчков хватило, чтобы противницы промедлили, и более того — кнут оставил крохотные прорехи между материальным и огненным планами бытия, и с неба посыпались огненные капли.
Он не задел дроу кнутом — цель была другая.
Зак привлёк их внимание к кнуту, а не к своим ногам.
Лёгкий поворот и толчок бросили Закнафейна вперёд, последний удар кнутом на сей раз был направлен вперёд, рассёк воздух перед двумя дроу и с силой хлестнул по полу.
Дроу слева взглянула на этот последний щелчок кнута и отреагировала, шагнув в сторону. Она поняла свою ошибку и качнулась назад, подняв мечи в защитную позицию.
Слишком поздно.
Меч Зака ударил над ними, лязгнув по её изящным доспехам и поднявшись, чтобы впиться в её ключицу и шею сбоку. Она упала на спину, споткнувшись, а Закнафейн рванулся вперёд.
Он не окончил рывок, быстро укоротив шаг, рубанув наотмашь, широко и сильно, чтобы отразить единственный меч второй женщины, ударив её в грудь как раз тогда, когда она тянулась за другим кинжалом. Она сделала неверный шаг влево, потом упала на колено и прижала свободную руку к рассечённому туловищу.
Она посмотрела на Зака и рухнула ничком.
Зак едва обратил внимание, уже помчавшись по лабиринту коридоров, пытаясь как можно быстрее увеличить расстояние между собой и Ханцринами.
Однако вскоре оружейник оказался на развилке, и все его мысли кричали поворачивать направо.
Слишком сильно, понял он, а ещё осознал, что источник этого побуждения был не инстинктивным и даже не внутренним.
Кто-то пытался им манипулировать, повести по этому правому коридору, чтобы проскользнуть мимо него в другую сторону. А справа, скорее всего, ожидали стражники.
Зак зарычал и шагнул направо, но резко остановился, не сделав второй шаг.
Нарушитель разгневал его, взбесил.
Нарушитель был слева.
Закнафейн, слишком злой и слишком сильный, чтобы поддаться на принуждение, пошёл налево.
Он увидел спину глубинного гнома, стоящего с поднятыми руками и умоляющего жрицу Ду'Келв Ханцрин. Гном пытался отвлечь её от желания заставить его полностью предать его народ и отправить других гномов на бойню, на каждое требование отвечая вопросом о том, что только что случилось.
— Что это за мужчина-дроу, который только что пробежал здесь?
Ду'Келв сказала гному, что это не его дело.
— Как я могу выполнить такое требование, если город вас не поддерживает? — попытался возразить гном.
Ду'Келв дала знак двум воинам рядом взять его.
— Ты скажешь нам всё, что мы хотим знать, — предупредила она гнома. — Так или иначе.
Бедняга завопил и попытался сбежать, но перегнать ловких и грациозных дроу не мог.
В потрясённого гнома полетел шар. Тот пригнулся, но прицел был безупречен и аморфный зелёный пузырь всё равно прошёл бы у него над головой. Над головой, но не над головами его двух преследователей, которые были слишком заняты попыткой поймать маленького гнома, чтобы увидеть летящий в них густой шар.
С приглушёнными стеной липкой слизи возгласами оба замерли на месте и попятились, а слизь, сочившаяся между и вокруг них, прилипла к каменному полу — а также к их лицам, удерживая обоих на месте.
 
Гном оглянулся, и любое испытанное им облегчение испарилось, сменившись ещё одним пронзительным воплем, ведь позади него Ду'Келв подняла руки, качая головой и шевеля губами в волшебном речитативе, а вокруг её пальцев зажглась огненная энергия.
Гном повернулся и изумлённо охнул, поскольку пол перед ним пропал, и он полетел вверх тормашками в почти непроницаемую тьму. Он тяжело приземлился и перевернулся, выглянув из неожиданной пропасти наверх, чтобы увидеть ползающих высоко на своде мерцающих червей.
Но вокруг сомкнулся мрак, когда края дыры сошлись, и осталась только тьма, полная и абсолютная.
Долго это не продлилось — синеватый свет открыл его нового пленителя, мужчину-дроу в смехотворно широкой шляпе.
— Расслабься, Симвин, — сказал Джарлакс на языке свирфнеблинов вместо грубого и менее точного подземного всеобщего, которым пользовались разумные народы Подземья, общаясь с представителями других рас. Наёмник говорил на нём с таким безупречным произношением, что не смотри Симвин прямо на дроу, он бы подумал, что к нему обращается хранитель тоннелей.
— Теперь ты в безопасности и свободен от волшебного принуждения, которое привело тебя сюда.
— Ты понимаешь, что дом Облодра живёт лишь благодаря попустительству госпожи Ллос? — спросила Киммуриэля йоклол. — Вы еретики, все до единого, и всё же К'йорл Одран сидит на почётном месте среди правящего совета города Ллос.
— Не еретики, — телепатически ответил Киммуриэль. — Мы не поклоняемся другим богиням.
— Атеизм — это ересь, как и агностицизм.
— Мы верим в Ллос, разумеется. Разве ты — не доказательство её существования? Разве магические плетения старших жриц — не доказательство её существования? — заметил Киммуриэль.
— Ты играешь в опасную игру, Одран.
— Облодра, — поправил Киммуриэль. — Это почему же? Я здесь с Бреган Д'эрт, отрядом, который тайно — и даже публично — работает на верховную мать Ивоннель Бэнр, как тебе прекрасно известно, прислужница Болифена.
— А я служу самой Ллос, — заявила йоклол, пребывающая в облике жрицы дроу — и на сей раз обнажённой, поскольку она только что вернулась из формы скользкого чёрного желе. — Как и моя сестра, Йиккарда…
— Это не моя забота, — сказал Киммуриэль, прерывая её. — У меня нет полномочий игнорировать приказы Джарлакса, который говорит от имени верховной матери Бэнр в том, что касается Бреган Д'эрт.
— И они превосходят приказы прислужницы? — спросила Болифена. Её телепатия передавала явное чувство бешенства.
— Вы не объявили нам о своём присутствии, как не объявили и верховной матери Бэнр о своих намерениях по поводу младшего дома Ханцрин. А если и объявили, она сочла это недостаточно важным, чтобы запрещать нам наши действия, — парировал Киммуриэль, не собираясь уступать. — Я не знал, что имею дело с прислужницами, а даже если бы и знал, мать К'йорл приказала мне служить Бреган Д'эрт, как самому дому Облодра, и я связан этим обязательством. Зачем вы это делаете?
— Это не твоя забота, — отрезала прислужница Болифена, и Киммуриэль почувствовал перемену в её тоне. Он застал её врасплох и вынудил обороняться.
— Только Ллос будет судить это дерзкое вмешательство, так что не будь так уверен по поводу своей правоты. В остальном — предупреждаю, если для моей сестры это закончится плохо, я буду считать Киммуриэля в ответе.
Киммуриэль не стал отвечать на угрозу, как и скрывать своё изумление. Он понимал прислужниц достаточно хорошо, чтобы заметить, что она ему не ровня. Их величайшие силы заключались в ментальном обмане и подчинении, а в этом отношении Киммуриэль намного их превзошёл.
 
— Найди Джарлакса и воина и отзови их, — приказала Болифена.
— Возвращайся домой, — парировал Киммуриэль. — Предатель-свирфнеблин свободен от твоего влияния. Ты потерпела неудачу. Дом Ханцрин проиграл.