Вагант (СИ)

Камень, сопровождаемый моим вниманием, зависает в поле сразу же, как вылетает из руки мага. И так же сохраняет импульс. Перемещаю его в сторону и отпускаю. В общем, то же самое, что и с магическими снарядами.
— Вы контролируете часть пространства теперь? Как себя? — очень точно формулирует Кошкин мои ощущения.
— Да, а откуда вы знаете? — удивляюсь.
— Мы с вами об этом уже говорили, впрочем, давайте небольшой эксперимент. — Отходит от меня метров на десять. Как раз там я перестаю его ощущать, как дыру в своем Аспекте. — Думаю, как раз здесь заканчивается радиус вашего пространства. Не так ли?
  
— Да, Борис Васильевич. А как вы это поняли?
— Минуту, мы с вами поговорим об этом. Это продолжение, в принципе, прошлой лекции. — Делает еще пару шагов. — Остановите вот этот мой каст.
Наставник медленно поднимает руку и из нее, чуть в сторону от меня, вылетают виденные уже мною «черные осы». Их «рой» наставник использовал для пробоя щитов как-то.
Количество «ос» никакого влияния не оказывает. Но это ожидалось. А вот динамика… Рой застывает в паре метров от границы моего восприятия. Внутри.
Вообще, именно с этой целью я жду Кошкина, а не заказываю големов у арены. Монстры у Хозяина Лабиринта получаются хоть и опасные, но все же довольно прямолинейные. Тут я спокойно могу остановить бой, если что-то пойдет не так, или не сработает абсолютный щит, или еще десяток причин.
А вот люди у него получались довольно похожими на прототипы, с хитрыми атаками, и пока я себя не собрал — считал это все же риском. Причем зряшным.
Поэтому припрячь учителя к дальнейшему, пусть и поверхностному тестированию, мне кажется отличной идеей.
И это оказывается именно так.
— А теперь, попробуйте вытянуть магию из «ос», думаю, вы должны справиться. — показывает глазами маг на застывшие черные конструкты.
Киваю, и «прислушиваюсь» к «осам». Вытянуть магию получается на удивление сложно. Но получается. «Осы» слегка пшикают, и исчезают.
Кошкин, судя по фону, несколько удивлен. Но продолжает:
— Теперь вот это. — С рук мага срывается знакомое веретено.
Оно тоже спокойно проходит путь в пару метров, но затем останавливается. От «веретена» чувствую какую-то злобную жажду разрушать и изменять. Что удивительно — оно же неразумно.
— Секунду, Макс, — останавливает мои вопросы наставник. — Сейчас обсудим. Но еще один момент, давайте проверим?
— Конечно. — С интересом соглашаюсь.
Кошкин кивает, и подо мной начинает гореть земля. В прямом смысле. По песку Арены словно расходится круг огня, в центре которого стоит наставник. Огонь касается моей сферы и… почти спокойно начинает движение дальше. Затормаживая только в непосредственной близости от меня. В той паре метров, где уже есть непосредственная опасность для тела. Там огонь уменьшается, чтобы почти полностью исчезнуть поблизости от моего тела.
— Ну и хватит. — спокойно говорит Кошкин и огонь исчезает, будто его и не было. — Теперь можно задавать вопросы. — Говорит Кошкин создавая себе магией диван.
— Что это было, и почему… — вспоминаю конструкт для организации лагеря и создаю себе похожее сидение.
— Почему, — продолжает за мной маг, — мои конструкты смогли так углубиться, почему из них сложно выкачать магию, и что это было в конце? Правильно, Максим?
— Точно! — киваю головой. — Именно на эти вопросы очень хочу ответы.
— Конечно, Макс. Именно для этого я и устроился поудобнее. — Усмехается Кошкин. — Это, как я уже говорил, ты уже в сильно кратком изложении уже слышал. Помнишь мини-разговор про внутренний космос Повелителей Стихий? Ну и до кучи, чем моя и Анатолия Филофеевича теория магии отличается от общепринятой?
— Да, помню. Вы еще сказали, что постепенно мы к этому придем.
Кошкин довольно кивает.
— Именно. Видимо сегодня, это как раз еще кусочек того разговора, Максим. О том, что вы стали плотно контролировать ваше ближайшее пространство, как себя, я почувствовал еще в первое посещение. Когда ушел вам за обезболивающим. Вы сами этого наверное не поняли, но в тот момент ни один из чужих кастов, в том числе и целебных на вас не подействовал бы. В отличие от эликсира, а вот его я с собой не брал.
— У меня была не физическая боль.
— Тем лучше. Но подобное состояние обнаженного нерва мне довольно знакомо. Правда в моем случае — боль была все же больше физическая, или приближенная к тому.
— Интересно.
— Да. Когда вы настраиваете под себя свое пространство, мозг очень затейливым способом привыкает к новым для себя ощущениям. Так что да, знакомо. Только в моем случае данное пространство всего десяток сантиметров от тела. Тут я очень хорошо контролирую чего бы то ни было. Так что в некотором смысле, я вам немного завидую. Вы идете по пути Повелителей Стихий, они примерно так же взаимодействуют с окружающим. Только в зависимости от стихии, чувствуют именно свою составляющую.
— Но я не сливаюсь ни с какой из Стихий.
— Да, и это безумно интересно. У вас нет этого характерного для них изменения сознания. Так что вы ближе к идеальной модели мага Анатолия Филафеевича, знаете ли. Ладно. Это пока не так, что бы важно. Настроитесь еще. Сразу совет.
— Конечно! — слушаю очень внимательно.
— Пробуйте уменьшить ваш радиус хотя бы до пары метров, иначе первое время вам будет сложно в обществе.
— Это не проблема. — На секунду обращаюсь к себе. Кажется справлюсь, все же это ощущение сильно подвержено моему желанию.
Кошкин кивает.
— Смотрите, Максим. Это ваше чувство пространства и управление им как собой имеет небольшой недостаток. Как вы думаете, какой?
Развожу руками.
— Вы не учитываете волю противника. Собственно из-за этого мои конструкты смогли преодолеть такое большое расстояние внутри вашего микрокосма. Тут расстояние преодолела не техника, а воля. Мое личное убеждение, что это отличный пробойник, в частности. Или убеждение как «веретено» меняет мир вокруг себя, и почему мой огонь смог спокойно преодолеть ваше, контролируемое вами пространство. У вас отличный результат. Я бы даже сказал феноменальный. По идее, мои конструкты должны были прошить вашу защиту. Но что есть, то есть. С чем я вас и поздравляю.
Я улыбаюсь.
— Максим, не радуйтесь раньше времени. Пока что, это ваше пространство в плане защиты проигрывает, скорее всего, обычному амулетному щиту. То есть, сейчас вы его используете не по назначению. Хотя даже так — очень эффективно. Внутренний космос предназначен для изменения законов Мира в контролируемом пространстве. Если воли хватит договориться с Миром, то внутри вашего космоса вы сможете почти все. Но в основном, по мелочи. Мы же не боги. Вот Великие маги могут навязать Миру крайне сложные изменения. Но нам с вами и этих мелочей будет достаточно, Максим.
— Что вы имеете ввиду?
— Ну например. Вам же скорее всего было сложно вытянуть магию из моих конструктов?
— Да. Очень.
— По идее, вы это сделать вообще не должны были. Вот это маленькое изменение законов Мира, например. Касты любых других магов, кроме Великих, и, может быть, Повелителей, у них там чуть другие законы, вы сможете разрушать походя. Или например сообщать им чужие свойства.
— Это как?
— Вот у моего первого конструкта было свойство пробивания щитов — это у «ос», и, дополнительно, устойчивости к различным защитам. Как раз из-за этого сложно из них было выкачать магию. Эти два свойства друг друга поддерживают. При этом, у кастов любых магов Академии таких свойств нет по определению. Они поэтому магов по силе и ранжируют, что в касты пихают магии пока он остается стабильным. То есть они изменяют Мир количеством, а мы — мастерством. Понимаете?
— Понимаю. — удивляюсь. Никогда к магическим конструктам не подходил с этой точки зрения.
— Но договор с Миром возможен только внутри своего пространства. Только там, где вы хозяин. Тогда ваш результат будет устойчивым. В обычном же мире вы используете уже выверенные конструкты. Они отличаются именно количеством вложенных сил, и не более того. Иногда, интересными вариантами интеграции с другими кастами. Но и все. А вы можете решить, то огненный шар, например имеет такое свойство воды, как текучесть. И тогда получите вариант «греческого огня» из обычного фаербола. — Кошкин иллюстрирует свои слова, запуская шар огня, который растекается по стене и продолжает на ней гореть. — Сил уйдет столько же, а вот стандартный щит уже может и не защитить от такого.