Жена с татуировкой дракона (СИ)

Открыв дверь, я вошла в комнату, слыша, как храпит бабушка. Немного успокоившись, я выдохнула и дернула веревочку.
- Ась! – послышался сонный голос бабушки.
- Ба, у тебя выпало, - прошептала я, протягивая зелье. Мне было ужасно стыдно смотреть ей в глаза, поэтому я делала вид, что осматривалась по сторонам. Как я могу так обманывать ее? Вот сейчас мне хотелось все рассказать ей! Но я прикусила язык. Взяв с себя обещание, что это было в последний раз, и больше такого я не допущу, я успокоила свою совесть.
- А ты че не спишь? – буркнула бабушка. – А ну быстро спать ложись!
- Да вот, не спится, - пожала я плечами.
  
Глава восемьдесят шестая
 
Я старалась вести себя, как обычно, пока бабушка прятала флакон обратно в декольте.
- Ой, - внезапно воскликнула бабушка. – Мамочки! Это кабздец какой-то! Убери от меня это чудовище!
Бабушка метнулась в сторону и зазвенела хрустальной люстрой.
- Убери его! Он пришел про мою душу! Сгинь, тварь проклятая! Вернись обратно в пекло, адская тварь! Кабздохни где-нибудь! – паниковала бабушка, тыча пальцем в угол.
Я перепугалась ни на шутку, вглядываясь в угол, на который мне указывал дрожащий палец.
- Он там, - прошептала бабушка, трясясь вместе с люстрой.
Я вспомнила страницу гримуара, в которой было сказано, что на магию часто притягиваются разные магические твари и чудовища. Поэтому много неопытных магов и ведьм погибают в первые дни обучения, если рядом нет более опытного чародея или чародейки. И мне стало страшно. Может, и правда?
- Где бабушка? – прошептала я, вглядываясь в угол. Может, он умеет притворяться невидимым? Ой, а вдруг его наслал дракон? Хотя, вряд ли…
- Он смотрит на меня, - произнесла бабушка, дрогнувшим голосом. – Гляди, как смотрит… Словно убить хочет… И лапами шевелит, кабздух проклятый….
Я присмотрелась, видя, как по паутине ползает малюсенький паучок. И выдохнула с облегчением. Бабушка, хоть и была ведьмой, до ужаса боялась пауков. Стоило ей увидеть паука в какой-то комнате, она в нее потом неделями не заходила. Или требовала, чтобы я, вооружившись палкой, книгой и бумагой зашла и разведала обстановку, чтобы тут же сообщить ей.
- Он там еще есть? –с подозрительным прищуром спрашивала бабушка, словно я скрываю от нее страшную правду. – Сидит, небось, где-нибудь…. Затаился. Вот только я влечу, как он на меня бросится и…
- Бабушка, это всего-лишь паучок, - пыталась успокоить ее я, показывая на пальцах размеры. – Крохотный. Вот такусенький.
- Все! Все! Все! – отмахивалась бабушка, бледнея. – Убей его! И покажи мне его труп! Но только издалека!
- Хорошо, - вздыхала я и шла за пауком. Обычно я карабкалась на стол, осторожно снимала паукана вместе с паутинкой, делала вид, что зверски забиваю его книгой, пока трусливая бабушка подсматривала в дверную щель. Потом топтала ногами, обзывала словами нехорошими, а сама украдкой выпускала его в окно.
Раньше пауками занимался дедушка. Но потом он был пойман с поличным на акте милосердия, за что его предали анафеме.
- Паучок? – спросила я, видя едва заметную черную точечеку на фоне золотого потолка.
- Паучище! – возразила бабушка, ежась и растирая себя руками. – Убери его! Я умоляю! Испепели его! Сожги!
Мне было жалко паучков, поэтому я решила снять его руками. Осторожно придвигая стол к тому месту, где был замечен чудовищный монстр, я поняла, что потолки у дракона намного выше, чем у нас дома. Поэтому даже со стола я не достаю до паука.
Бабушка нервно тряслась вместе с люстрой, спрятавшись за нее. Я осмотрелась по сторонам, видя стул. Стул взгромоздился на стол. Я пошатала конструкцию для надежности.
- Ты там не упади, - занервничала бабушка, звеня люстрой.
Я разулась и встала на стол, чтобы осторожно встать на стул. Эх! Не дотягиваюсь! Нужно еще что-то! Кто виноват, что здесь такие потолки, что дракон помещается!
Я спустилась, гремя стулом, и спрыгнула на пол, расправляя юбку.
Неподалеку стоял пуфик. Вот! Как раз он мне и нужен! Я поставила его на стул. Получилась пирамида.
 
- Смотри, не упади! – заволновалась бабушка. – Смотри, куда ногу ставишь!
- Все хорошо, ба, - выдохнула я, расправив плечи и карабкаясь на самый верх. Я стояла на пуфике, видя, как на тонкой паутинке висит малюсенький паучок.
- Иди сюда! – зацепила я пальцами паутину. Паучок скользнул вниз, а стул зашатался. Я попыталась сохранить равновесие, но пуфик был слишком мягким.
- Ииииии! – послышался крик бабушки. Это последнее, что я помню.
***
(Дракон)
- Ты издеваешься? – прорычал я, пытаясь успокоиться. Я опирался на каминную полку, чувствуя, как она хрустит под пальцами. – Нет, ты издеваешься!
Чудовище внутри рычало и требовало, чтобы я вернул Корделию.
- Успокойся, - рявкнул я на него, делая глубокий вдох. Близость ее тела, запах ее волос, словно магическая аура окутывали меня. Я смотрел на свои руки, которые обнимали ее и помнили тепло ее тела под платьем. Дракон внутри урчал от блаженства.
Сжав пальцы, мне показалось, что это не воздух, а воздушное платье.
- Я кому сказал! – зарычал я на него. – У тебя мысли только о пещерах!
Я упал в кресло, обессиленный и злой на самого себя.
- Сколько это будет продолжаться? – строго спросил я. – В мире столько женщин! А ты выбрал эту!
Дракон не слушал. Он снова мечтал о ее губах, которые показались такими нежными и сладкими, что он расплылся в блаженной улыбке, напоминающей со стороны оскал.
- Нет, я согласен, она красивая, - начал я, понимая, что потихоньку сдаюсь. – И …
Мой взгляд скользнул по столику, где в свете камина отблескивало зелье.
- И она намного честнее своей бабки, - закатил я глаза. Осторожно протянув руку, я взял в руки флакон. – Как ты думаешь, почему она вернула флакон?
Дракон обрадовался, а я закатил глаза, понимая, что на все вопросы у него один ответ. Единственное, чего он хотел больше всего на свете – схватить ее, овладеть ею и спрятать, как самое большое сокровище, обвешав драгоценностями с ног до головы.
- Слышишь, чешуйчатый коврик, - усмехнулся я, пытаясь пристыдить щедрое чудовище, готовое бросить мир к ее ногам. – Ты долго еще будешь вести себя, как влюбленный мальчишка?
Меня снова охватила злость. Я закинул ноги на пуфик, рассматривая свои сапоги и сжимая в руке флакон.
- Нет, ну ладно бы тебе было лет сто, - начал я, хмурясь. – Это я понимаю. Но тебе почти две тысячи лет! В этом году юбилей! Тьфу ты! Позор! Ты еще хвостом вилять научись! Кому сказать, не поверил бы!
Я сидел и мрачно думал, о том, что если бы не чудовище внутри, то сейчас бы ее волосы были разбросаны по подушке, а завтра меня бы ждала корона!
- Послушай, друг мой влюбчивый, - заметил я, вздыхая. – Ты портишь мне все планы? Ты это понимаешь?
Меня охватила ярость на свое бессилие, я схватился руками за голову. Перед глазами была золотая корона. Казалось, протяни руку, и она твоя. Я видел свои портреты по всему дворцу, профиль на монетах и дам, которые кланялись так, что мне с трона прекрасно было видно все содержимое их декольте.
- Хоть бы с ней что-нибудь случилось, чтобы ты успокоился! – в сердцах прошипел я, досадуя на то, что все планы портит какая-то девчонка, в которую угораздило влюбиться дракону.
И тут послышался грохот и оглушительный визг. Я вскочил с кресла, перевернув его.
- Вальвазор!!! – визжала Вальпургия. – Внученька! Внученька!
Я вырвал дверь с петель, чувствуя, как на голову сыплется штукатурка.
- Что случилось? – послышался перепуганный голос Пшела.
- Не знаю! – рявкнул я, несясь к двери и слыша крики Вальпургии. Вырвав дверь вместе с щеколдой, я увидел парящую возле люстры Вальпургию, которая орала дурным голосом: «Внученька! Корделия! Милая!».
Опустив глаза, я увидел стул, лежащий на полу. Рядом с ним валялся пуфик, а на полу лежала Корделия с закрытыми глазами.