Не допивай ближнего своего (СИ)
Вампиры присосались к кофе и забылись на следующие пять минут. Коп маленькими глотками поглощал горячий напиток и, отодвинув бутылку от себя, решил завязывать с пьянством. К тому же надраться так и не получилось. Мысли упрямо лезли в голову.
— Какое сегодня число? — ни к кому конкретно не обращаясь, спросил в пространство Стас.
Лимир оторвался от чашки, ответил.
Коп задумался и проговорил:
— Получается сегодня продают партию наркотиков.
— Тебя это беспокоит? — поинтересовалась Тая. Командор уже допила свой кофе и теперь косилась на чашку Лимира, в которой была почти половина. Техник сделал вид, что не заметил взгляда.
— Да, есть шанс взять основного поставщика. От него по городу наркота идет на улицы и в клубы. Те, к кому меня внедрили — мелкие сошки, одна из групп распространителей, в свою очередь толкающих порошок нескольким уличным бандам. Но пару месяцев назад расклад немного изменился, появилась возможность принять участие в сходке и перекрыть один из каналов поставок.
Лимир сдался под взглядом Таи и отдал ей свою чашку, сказал:
— Так в чем проблема? Мы ведь еще успеваем, если возьмем капсулу, то будем на складе как раз к началу.
Женщина опрокинула в себя остатки кофе и довольно улыбнулась. Правда улыбка быстро сменилась хищным оскалом, а глаза блеснули азартом.
— Тогда чего мы ждем? По коням, банда, и в галоп!
Мужчины уставились на Таю, та пожала плечами и объяснилась:
— А что? Я смотрела земное кино, и мне понравилась фраза.
========== Глава 30 ==========
Глава 30
Приморский город вечером заметно преображался, наполнялся людьми. Отдыхающие, тратившие целые дни на загар и купание в море, заполняли улицы, неспешно прогуливаясь, шатаясь от кафе к бару или ночному клубу. Рома уже успел пару раз пожалеть о своем предложении. Высокий и отчего-то совсем молчаливый Бриссор воспринимался скорее охранником, чем спутником. Навыков общения с подобными личностями у охотника не было абсолютно, да и как вести себя на свидании Рома тоже не знал. Все же, это было лишь третье в его жизни. На первые два он ходил с болтливой, неугомонной девчонкой и вынужденно молчал.
— И куда пойдем? — спросив, Рома остановился.
— А куда бы тебе хотелось? — Бриссор отвлекся от разглядывания окрестных домов и повернулся к Роме.
Тяжело вздохнув, Рома на мгновение задумался и начал размышлять вслух:
— Бар, ресторан, кино, кафе — скучно. Что ж… Как у тебя с вестибулярным аппаратом?
— Уже интересно, — на лице едва обозначилась улыбка, но тут же скрылась. — Веди.
Бриссор снова отвлекся, ленивым взглядом проводил парочку молодых людей. Парень неловко держал девушку за руку. Наверное, первое свидание. Совсем как и у него. Воин задумался. С супругом если они и выбирались куда-то, то это давно стало нормой, естественным, но Рома не Лен. К тому же донор заметно нервничал, хотя и старался сохранить лицо.
—Хорошо, — отозвался Рома и мысленно представил карту города, быстро соображая, куда идти.
Резко свернув направо, охотник уверенно пошел вниз по улице.
Метров через сто Рома заметил невысокий каменный забор и легко запрыгнул на него. Балансируя, пошел по нему, глядя на людей сверху вниз и чему-то улыбаясь.
Бриссор хмыкнул и последовал примеру, забравшись, пристроился сзади. Парень ступал уверено, быстро переставлял ноги, хотя ширина забора была едва больше ширины его кроссовка. Ландшафт был неровным, земля вела под наклоном, вампир и донор шли теперь на высоте полутора метров. Впереди показались деревья, их ветви сплелись по обе стороны забора, но Рома уверено нащупывал дорогу. Уворачивался, прикрывал лицо руками, пока какая-то палка не попала под ногу. Бриссор обхватил чуть не упавшего человека со спины и крепко обнял, прижал к груди, чувствуя под ладонями, как бешено заколотилось сердце донора.
— Все хорошо, Ром. Я тебя держу, — шепнул в макушку вампир.
— Я заметил, — весело констатировал донор. — Спасибо, но может, отпустишь, а то на нас уже люди смотрят.
— За листвой не видно, — отозвался Бриссор, объятия стали крепче. — Тебе не стоит беспокоиться, мы проведем время, как тебе захочется.
Ладони опустились ниже, легли на живот парня, и вампир ласково погладил его сквозь ткань и, немного смущаясь, поделился:
— Я рад, что ты меня пригласил, вот только я целую вечность не был на свидании. Тебе, наверное, со мной совсем скучно?..
— Вечность — это сколько? Нет, я до этого ходил на свидание только дважды, с одной девушкой, и мне казалось, что я пригласил на свидание сумасшедший радиоприемник, — признал Рома. — Просто я с трудом привыкаю к новым людям… ну, или вампирам.
Отцепив от себя руки вампира, парень чуть подпрыгнул, и, ухватившись за ветку, подтянулся, уселся, смотря на Бриссора сверху вниз продолжил:
— Так лучше. Так как долго длится вечность в твоем понимании?
Вампиру толщина ветки доверия не внушала, и он устроился, скрестив ноги на заборе, оказываясь ощутимо ниже Ромы, без труда удерживал равновесие.
— Ну, больше пяти веков. И кроме той девушки ни с кем не встречался? То есть ты девственник?
— Ну и вопросы! — возмутился Рома, покраснев до кончиков ушей. — Допустим, и что?
— Для ясности, — с удовольствием любовался смущением парня вампир. — И ты мило краснеешь. Тебе идет.
Бриссор ухватил Рому за ступню и пальцами надавил на голень, прошелся по икре, то ли гладя, то ли делая легкий массаж.
— Угу… И ты решил любоваться на это бесконечно? А почему вы с Леном решили вообще кого-то еще в свой брак впустить? Вы и так отлично ладите и смотритесь вместе весьма колоритно, — признал парень.
Мужчина пожал плечами, но Роме для понимания явно требовался ответ. Причем конкретный и сейчас. Вот только…
— Я и сам не знаю, — признался Бриссор. — Мы ладим, хотя чувства за века уже не такие всепоглощающие. В самом начале мы накидывались друг на друга словно оголодавшие, занимались сексом, где только получалось, и сколько могли, а вампиры весьма выносливые существа. Не скажу, что чувства исчезли или притупились, они просто изменились. Теперь мы можем дольше находиться порознь, хотя и начинаем скучать уже через пару дней, — мужчина задумался. — Если сравнить нашу любовь с деревом, то вначале это был хиленький саженец, но упертый и жизнестойкий. Его гнуло ветром, мы опасались, что расставшись надолго, потеряем почву под ногами. Сейчас мы настолько глубоко проросли друг в друга, что не уверены, найдется ли что-то способное нас разлучить помимо смерти. Так было веками, есть и сейчас. Потом Лен присмотрелся к тебе, поделился ощущениями и я задумался. Мне казалось, ты внесешь разнообразие, распалишь страсть по-новой, брак заиграет новыми красками. Я хотел тебя использовать, да и Лену радость, а потом… Я больше не думаю, просто вижу — ты наш. Останешься или нет, твое решение, но ты вписываешься в наш союз, словно всегда был его частью. Я даже не ревную Лена, как и Лен тебя ко мне. Но ревную тебя к Лайнелу и другим. Я не слишком хорошо умею говорить, мои мысли сбивчивы, но ты настолько свой, что дальше некуда.
Бриссор замолчал и серьезно посмотрел в глаза человеку.
— Мне решать? Ты ведь в браке с Леном уже столько лет… Так зачем врешь, — весело ответил Рома. — Он, если что-то решил, добьется желаемого, чего бы ему это не стоило. Так что не думаю, что решать мне. Максимум, я могу долго и упорно играть с ним в эту игру, но все равно сдамся.
Прищурившись, человек задумался на мгновение и спросил:
— Интересно, ты хоть сам осознаешь, что вступил в брак с ним по его инициативе? Или искренне веришь, что все решил сам?
— Для меня все намного проще: я вообще не задумываюсь, кто стал инициатором. Мне хорошо, ему хорошо, — Бриссор пожал плечами. — Вот интересно, а как ты себе представляешь принуждение по отношению к себе? Думаешь, мы, испробовав другие способы, в итоге привяжем тебя к кровати и изнасилуем? Нам, вампирам, всегда было непонятно сексуальное насилие, оно не укладывается в голове, зачем заставлять несогласного, когда вокруг полно других, кто скажет да. — Распалившись, Бриссор даже руками взмахнул, после чего снова вернулся к голени Ромы, словно это нехитрое действие его успокаивало, и продолжил: — И еще, Рома, ты так говоришь… Столько неуверенности… Рома, ты считаешь, что тебя не за что полюбить? Вот так вот взять и просто полюбить.