Клан. Человеческий фактор (СИ)

— Звучит интригующе, почти что "зимняя вишня" или "яблоки на снегу", — оценил мужчина. — Творческий подход к студенческой кухне?
Кира фыркнула и рассмеялась.
— Каждый приличный, уважающий себя студент должен уметь готовить званый обед как минимум из трех блюд, когда в наличии имеются одни пельмени и макароны. Лично я только из пельменей с десяток разных блюд могу нашаманить!
— Правда? — искренне удивился маг. — И какие же, если не секрет?
— Ничего секретного, — улыбнулась девушка, нарезая "пельмени под снегом" на манер запеканки и раскладывая на тарелки. — Обычные пельмени — раз, жареные — два, пельмени на углях — извращение со студенческих пикников — три. Еще их можно запечь с овощами и зеленью в горшочках, а если нет овощей — вполне сгодятся перышки от лука и кубик "Магги". Это четыре. Если на сковородку добавить воды с томатной пастой и луком — получим тушеные пельмени в томатном соусе. Не килька, но тоже вполне сносно. Пельмени с бульоном — восхитительны утром после пьян… светского мероприятия, а если есть такое счастье, как макароны и картошка, из пельменей получается полноценный суп. Если
пельмени варить минут 40, потом слить воду, а пельмени передавить вилкой, на выходе получатся макароны по-флотски, а если это посыпать тертым сыром — например, когда подработка выдалась и шикануть хочешь — получаешь изысканное итальянское блюдо — лазанью! Ну и мой любимый рецепт, "пельмени под снегом" — сначала слегка обжариваю, а потом запекаю в духовке в чесночно-сливочном соусе с пряными травами, сверху посыпается тертым сыром, форма запеканки сохраняется магией, иначе некрасиво. Это праздничные пельмени, и готовятся они только для близких, остальным и жареных за глаза хватит… В общем, рубай, пока горячие и стазис не слетел, — девушка опустила смущенный взгляд в тарелку и принялась за еду.
— Ничего не скажешь, креативно, — после небольшой паузы резюмировал Виктор, пробуя фирменное блюдо. — И вкусно!
— Приятного аппетита, — разрумянилась Кира. Похвала мага оказалась ей приятна, как котику сметанка. — А заниматься сегодня будем? Скоро работа начнется, надо ловить момент!
— Обязательно, такую тягу к знаниям грех не поощрить.
— Тогда, после обеда — в кабинете?
— Нет, малыш. В библиотеке.
Библиотека Ивашиных, хотя и значительно уступала аналогу из Маа-ирр-рет-аль, производила неизгладимое впечатление. Длинные стеллажи и тяжелые стекленные шкафы со строгими рядами коллекционных книг, открытые для глаз непосвященных, существовали одновременно и в том же месте, что и тайные схроны, таящие под стазисом и несколькими уровнями магической защиты наследие древнего колдовского рода. Схроны были созданы еще далекими предками Виктора Андреевича на принципах использования многомерности и вложенных пространств с замедлением либо остановкой хода времени, привязаны к крови рода и сокрыты надежнее тайных залов египетских пирамид. Ни пожары, ни потопы, ни мародеры, ни безжалостное время им были не страшны.
Кира сразу влюбилась в это тихое место, пахнущее книгами и стариной. Здесь было столько всего интересного, что за такое достояние сочли бы за честь посоперничать лучшие музеи, библиотеки и научные центры мира. Получив допуск, она готова была ночевать в библиотеке, выгнать девушку из которой было еще труднее, чем из спортзала, и справлялся с этим разве что Виктор. Всех остальных, в том числе даже Фила, Кира игнорировала, пропадая в библиотеке сутками. Пока Высшему это не надоело и он не ограничил допуск в тайные схроны по времени.
Сегодня же он сам предложил провести занятие в библиотеке, чему Кира очень обрадовалась. Обучение маг проводил неформально, но насыщенно, интенсивно, а строгостью и требовательностью превосходил Лысого, Брежнева и Сороку, вместе взятых. Поэтому, увидев в библиотеке серьезного и сосредоточенного Виктора с какой-то потрепанной тетрадью в руках, молча указавшего взглядом на место на диване рядом с собой, девушка немного оробела. Заняв указанное место, она в ожидании бросила на мужчину вопросительный взгляд.
 
— Пожалуй, пришло время поговорить о твоих … необычных даже для мага способностях и тайнах твоего рода, — не стал тянуть наследник. — Я достаточно увидел и кое-что раскопал, чтобы это хоть как-то прояснить. Но сначала ответь мне на простой вопрос: как ты, радость моя, сняла с мантикор заклинание, наложенное Высшим?
— Сняла и правильно сделала, — глухо ответила девушка. — Кто за них вступится, кроме меня?
— Я не спрашиваю тебя, зачем. Я спросил, КАК, — маг притянул ее спиной к себе и заключил в объятия, не обращая внимание на недовольство.
— Я не знаю, как-то само собой получилось, — пожала плечами Кира, даже не пытаясь вырываться: проще вырваться из Зиккурата, чем от наследника драных штанов, если он не хочет отпускать. Да и вообще, никогда бы не отпускал!
— Сами собой, малышка, даже шнурки не завяжутся, — не согласился Виктор. Вспоминай все с самого начала.
Кира вздохнула, свернулась калачиком, положив голову магу на колени и начала вспоминать все в деталях, начиная с того момента, как перед ней нарисовались измененные мантикоры. Восстановив картину событий, девушка перевернулась на спину, прикрыла глаза и замерла в ожидании компетентного заключения Высшего.
Виктор долго молчал, поглаживая ее волосы и разглядывая магическим зрением необычные, не похожие ни на что известное хрустальные включения, мерцающие в ауре девчонки — сейчас спокойного зеленовато-лимонного цвета с легким сапфировым налетом любопытства и фрактальными кластерами лавандовой нежности. Хрупкая, еще не успевшая сформироваться аура несовершеннолетнего мага, изменчивая, как картинки в калейдоскопе, завораживала. Хрустальные нити, пронизывающие ее невесомым каркасом, вспыхивали чуть ярче от прикосновения и мягко оплетали мужские пальцы, нахально посмевшие до них дотронуться. Но маг, успевший повидать, на что они способны и очень хорошо помнящий, как они моментально превращаются в грозное оружие, понимал, насколько эта мягкость обманчива и отдавал себе отчет, что трогает штуку опаснее бомбы. Ключ Эйн-Соф, загадочным образом связанный с Кирой, реагировал на ее эмоции и отражал намерение.
— Готов ставить родовое наследие и годовой доход холдинга против трухлявого пня, поросшего поганками, что Ключ Эйн-Соф, о котором говорили Фил и Риан — не просто абстрактная Сила, а активная и разумная часть тебя, — наконец ответил маг.
— Что? Ты шутишь? — растерялась девушка.
— Абсолютно серьезен, хотя в этом вопросе еще много белых пятен, — заверил мужчина. — Сейчас я касаюсь доказательства этой версии. И в ту ночь, когда ты словила перегрузку и обесточку, именно это стало тому причиной.
Виктор медленно поднес к лицу девчонки руку, обвитую хрустальными ниточками ее ауры, которые без помощи со стороны увидеть так же реально, как собственный затылок.
— Что это за демонова погибель? Я ничего не помню. Что вообще я натворила? — аура Киры подернулась тревожной рябью, в потемневших глазах застыл немой вопрос.
— Успокойся, ничего плохого ты не сделала. Как раз наоборот, ты помогла мне, за что я очень тебе благодарен и не побоюсь повторить, что в долгу перед тобой.
— Я? — девушка смотрела на мужчину с таким видом, словно видела вместо него дракона. Или даже нескольких.
— Ты, — согласно кивнул маг. — Или Ключ Эйн-Соф, в существовании которого я уже убедился и в действиях которого наблюдается удивительная разумность, логичность и корреляция с твоими эмоциями. Или даже не столько с эмоциями, сколько с самыми глубинными, мощными, искренними намерениями, рождающимися на стыке сильных эмоций, полного принятия сознанием и проявления Духа.
 
— Это как? — сморщила лобик девушка. — Какая-то Сила действует от балды, отключая мое сознание и память?
— Отец не верил в легенды, но к информации, как любой КГБшник, дослужившийся живым до таких должностей, относился ответственно и внимательно, ценил ее и умел фильтровать. Судя по отцовскому архиву, — Виктор снова углубился в тетрадь, — а также моим наблюдениям, ничего у тебя не отключается. И от балды эта Сила явно не действует. Ты же прекрасно помнишь, какие чудеса творила в Маа-ирр-рет-аль? По лунным дорожкам козочкой скакала, до полусмерти напугав меня, Фила и Риана. Это не враждебная Сила — это проявление тебя.