За кадром (СИ)

– Раз уж так получилось, что вы уже здесь, – продолжал Трюмпер, – мы могли бы попробовать сделать одну сцену с вами. Вы, кстати, можете потом посмотреть запись. Если это будет действительно неудобоваримо, то можете не волноваться, я скажу вам об этом прямо в лицо, абсолютно бестактно и бесцеремонно. А Фриц с удовольствием вытолкает вас взашей из студии. Правда, Фриц?
  
– Не извольте сумлеваться, патрон, все сделаю в лучшем виде, – толстяк картинно сжал кулак на уровне плеча.
– Ну, вот, видите? Здесь работают профессионалы, поэтому можете не беспокоиться, профессиональное мнение по поводу ваших актерских способностей вам точно обеспечено.
– Ээээ…
– Вот, вам уже и не так сильно хочется уйти. Ведь, передумали, да? Скажите, передумали?..
Внезапно Том Трюмпер широко улыбнулся своей вчерашней чарующей улыбкой. И Биллу показалось, что его гипнотизируют. Возражать этому человеку было немыслимо. Также как немыслимо было сопоставлять с ним все те гадости, услышанные им от Фрица. Захотелось просто встать перед ним по стойке смирно и послушно кивать на каждое его слово.
Очевидно, Каулитц непроизвольно махнул головой, потому что лицо режиссера просияло. Он сделал быстрый шаг к Биллу и легко обнял его за плечи. Воля покинула парня. Краем сознания он услышал, как Трюмпер жарко шепчет ему на ухо:
– Сейчас мы позовем гримера. Вам чуть-чуть поправят макияж, и мы начнем…
V
– Так я не поняла, роль твоя? – Эрика непроизвольно выдохнула сигаретный дым в сторону Билла.
– Самое смешное в том, что я не знаю, – парень старался говорить спокойнее, хотя внутри все клокотало и пузырилось, – и я, и этот хрен голландский, вызваны завтра на студию. Маэстро, видите ли, не определился с выбором…
– Рассказывай подробнее.
Эрика и Билл сидели на мягком персидском ковре в квартире девушки и прихлебывали зеленый чай из небольших глиняных японских пиал. Каулитц нагрянул без спроса, сразу же, как закончилось то мучение, что Трюмпер называл работой. Разглядев состояние парня, Эрика почти насильно влила в него сто грамм испанского бренди, и только после этого предложила чаю с вкусняшками.
– Я даже не знаю, с какого момента тебе рассказывать…
– С начала.
– Если сначала, то когда я пришел на студию, меня встретил какой-то странный персонаж, отдаленно похожий на Джона Кэнди, только противный и с немытыми волосами… Как выяснилось, это актёр, который будет играть влюбленного художника. Сказать, что у Трюмпера очень своеобразный взгляд на романтических героев – это ничего не сказать. Я просто не смогу с этим целоваться, меня вырвет, – лицо Билла на мгновение скривилось с хорошенькой гримасе.
– Стоп-стоп, поменьше эмоций. Чем вы весь день занимались?
– Погоди, сама сказала – с начала… Так вот, этот персонаж за десять минут, пока Тома и этого голландца не было, развернул передо мной все грязное белье, которое только возможно. По его словам, Трюмпер регулярно трахает молодых актеров. И это главное условие получения этими актерами ролей…
– Да нет, это чушь собачья, – перебила Эрика, скептически хмыкнув, – уверена, тебя разыграли. Я сама лично с Трюмпером не работала, но знаю многих и актеров и актрис, которые участвовали с ним в одних проектах. Если он на чем и помешан, то на искусстве, а не на актерских задницах. Я даже ни разу не слышала, чтобы про него говорили, что он – гей…
– Я тоже так сначала подумал. Но… В этот момент появились Трюмпер и голландец. И последний выглядел так, как будто его действительно только что трахнули…
– Тебе не показалось?..
– Слушай, я же не первый раз вижу людей после перепихона…
– Ну, мало ли… Может, он его по кругу бегать заставлял, чтобы проверить физическую форму…
– Ага! Именно после бега тот так блаженно и улыбался. Это же его любимое дело…
– Ну, знаешь… Это уже трактовка. Может он всегда так улыбается. С чего ты взял, что это выражение блаженства?..
– Слушай… Не надо мне рассказывать, что я видел, а что не видел, – в голосе Билла мелькнула истеричная интонация, – я тебе говорю, по всем прикидкам, Трюмпер его поимел…
– Ну, сам посуди, зачем ему тогда тебя оставлять на пробы? Если голландец расплатился задницей, то он бы и утвердил его на роль. Ты-то ему зачем тогда?.. Перед тобой бы вежливо извинились и попросили бы прийти в следующий раз.
– Не знаю, но догадываюсь. Фриц сказал, что меня Трюмпер тоже обязательно поимеет. Возможно, с этой целью и оставил.
– Кто такой Фриц?
– Тот, который Джон Кэнди… Он сказал, что члены съемочной группы заключили пари, кого Трюмпер отберет на роль. И якобы большинство ставит на меня. А еще сказал, что Трюмпер обязательно предложит мне раздвинуть ноги…
– Да ну, бред какой-то, – девушка затушила сигарету и протянула руку к чайнику, – пиалу подай… Скажи мне, голуба моя, а почему ты тогда не послал всю эту веселую компанию в пешее эротическое путешествие? Мало того, что не послал, но и еще провел с ними весь день…
Билл задумался. Вопрос девушки, такой закономерный и понятный, внезапно поставил его в тупик. Биллу вдруг показалось, что он сам себе его и задал. И теперь же, сам у себя ожидает ответа.
– Не знаю… Нет… Не могу тебе сейчас ответить. Наверное, надеялся, что все это развеется, как дым… И мы, наконец, будем снимать кино.
– Ну и как? Развеялось? – Эрика даже не пыталась замаскировать иронию.
– Смешно… Я, между прочим, целый день участвовал в актерских этюдах. На разные темы. Устал, как собака…
– Ну вот, значит, не зря провел время. А твой голландский конкурент тоже в них участвовал?
– Не просто участвовал, мы играли с ним в одних и тех же этюдах, а Трюмпер со стороны нас оценивал… Он семь часов менял нас местами, и этого не хватило, чтобы определиться с тем, кому достанется роль.
– Вот! – Эрика схватила злоупотребляющего жестикуляцией Билла за руку, – Запомни эту фразу. Что она значит?
– И что же?
– То, что он еще не определился, а значит, дал ли ему голландец или не дал, это никак не влияет на его решение по фильму. А если, как ты говоришь, он тебя оставил, чтобы трахнуть, то тогда получается, что ему надо будет снять два фильма, в одном снять голландца, которого он уже поимел, а в другом – тебя. Если, конечно же, ты его подпустишь к телу… Сам видишь, что это бред.
– А если не бред?
Девушка сделала глубокий вдох, словно собираясь с силами. Нервное состояние Каулитца невольно передавалось ей, и хотелось срочно что-то с этим сделать.
– Ну, хорошо… Давай рассуждать логически?