За кадром (СИ)

– Ну, куда двинем?..
– Не знаю, – Каулитц тряхнул головой, – давай к тебе… Чаем угостишь?
– Да не вопрос…
Выехав на трассу, Билл совсем успокоился. Нахождение за рулём действовало на него благотворно.
– Давай я обсужу это с Трюмпером? Я ведь теперь твои интересы официально представляю, можем разобраться…
  
– Да ни за какие коврижки!
– Почему?
– Ну, во-первых, я не хочу, чтобы до Трюмпера дошло то, что про него и про меня говорил этот хрен…
– А что он говорил? – девушка даже слегка наклонилась в сторону брюнета, чтобы ничего не прослушать.
– Эта сволочь посмела предположить, что я роль получил за то, что дал Трюмперу!
– Дал, в смысле…
– В прямом! Он считает, что Трюмпер меня трахает!
– Эммм… Ну, как бы, еще недавно, ты примерно тоже самое думал про него…
– Ты меня с ним не путай! Этот гандон сам на каждом шагу признается, что готов задницу подставить за роль… И ему даже не важно, кому давать. Я про него ничего не придумывал. Разве, что на мгновение плохо подумал про Тома… Как выяснилось, зря.
– Выяснилось?..
– Да. Голландец сказал, что Трюмпер “холодный и неподдающийся”. Что он пытался залезть к нему в штаны, но не получилось…
– А как он тебе угрожал?
– Да, это… Собственно, – Билл покраснел, отвечать Эрике было неловко, – он толком мне не угрожал. Сказал только, что от него еще ни один мужик, которого он хочет, не уходил. Ну и, в конце, картинно добавил “берегись”…
– Берегись? И всё?!
– Ну, да… Я просто психанул, не ожидал его там увидеть…
– Хха… Забавно.
– Что забавного?
– Да всё здесь забавно. Не кажется? – Эрика отстегнула ремень безопасности и всем корпусом повернулась к парню, – Смотри. Во-первых, если голландец пытался затащить Тома в постель, но у него не получилось, то почему Том его так долго терпел, а не послал его сразу же?..
– Ну, мало ли… Может, он не только блядь, но и актер хороший… Да и “лезть в штаны” можно по-разному. Может, он его на свидание семь раз подряд приглашал, а тот не соглашался…
– Может, – не стала спорить девушка, – и этот “хороший актер” выслеживает тебя, до этого кафе для простых смертных, чтобы сказать тебе “берегись” и что он не отдаст тебе Тома. Никогда не поверю, что такая ходячая гламурь, как ты описал, ужинает в подобных заведениях… Прям, какой-то молодежный сериал для тупых подростков…
– Он еще сказал, что Трюмпер меня хочет…
– Да ладно?! Прям так и сказал?
– Ну, не прям… Сказал, что у Трюмпера, цитирую, “штаны топорщатся на каждой репетиции” и что он глаз с меня не сводит.
– Охренеть… Если это правда, то получается, единственная цель, которую преследовал твой несостоявшийся соперник, подкрадываясь к тебе в сортире, донести до тебя эту информацию.
– В смысле?
– В прямом. Сам посуди, зачем ему тебе угрожать?.. Ну, допустим, он, действительно, такой нехороший человек, что решил тебе насрать в пуанты, зачем об этом предупреждать? – Эрика закатила глаза, – Тем более, в таких таинственных декорациях. Он что, из предыдущей роли выйти никак не может? Не говоря уже о том, что надо было раньше это делать. Теперь-то что… Роль уже твоя.
– Ну, может, психанул…
– Если бы психанул, он бы тебе в рожу вцепился еще на студии… Или шины бы тебе проколол… А он за тобой следил полдня, чтобы остаться с тобой наедине в туалете кафе, расположенного на окраине Берлина. И заметь, ни разу не попался тебе на глаза…
Машина въехала на стоянку, Билл осторожно припарковался на свободном месте. Картина, описанная Эрикой, выглядела, действительно, странно.
– К чему ты ведешь? – спросил он задумчиво, отстегивая ремень и закрывая окно.
– Я? Ни к чему… Просто констатирую факт. Голландцу, зачем-то надо было тебе рассказать, что тебя хочет Том. Выводы здесь могут быть разными…
– Например?
– Например, он, таким образом, пытается отпугнуть тебя. Чтобы ты сам отказался от роли… Но это может работать только в том случае, если он уверен, что ты, действительно, никогда в жизни не согласишься на домогательства режиссера в обмен на главную роль… Откуда бы ему быть таким уверенным?.. Вы же не близкие друзья, чтобы он знал это наверняка. Тем более, и Том – не кривой, не косой, не урод, не быдло, а наоборот, очень симпатичный и талантливый молодой человек с хорошими манерами. Чисто теоретически, если допустить, что Трюмпер тоже из радужной команды, ты мог бы проявить к нему интерес и без фильма. Я полагаю…
– Мог бы, – нехотя сознался Билл, – скорее всего, даже если бы он оказался не из радужной команды…
– Тем более… Кстати, этот твой Джон Кэнди, как его…
– Фриц.
– Да, Фриц. Он тоже, вполне возможно, пугал тебя с определенной целью. Но если учесть, что ему ты не конкурент, я скорее предположу, что его голландец подговорил это сделать. Может, пообещал ему ночь любви, если тебя отвадит…
– Не получается…
– Почему не получается? По-моему всё вполне стройно…
– Я не про Фрица. Здесь, может, ты и права… Трюмпер, вне зависимости от того, хочет он меня или нет, вёл себя вполне адекватно. До настоящего момента, по крайней мере… Я конечно, бывает, ошибаюсь в людях, но, всё-таки, мне почему-то кажется, что вряд ли он будет зажимать меня в темном коридоре и грязно лапать за пятую точку. Даже если в своих похотливых фантазиях он это делает по несколько раз в день… Не верю я, что человек, краснеющий при разговоре о личной жизни постороннего человека, будет себя так вести… Скорее, я могу себе представить ситуацию, что он, оставшись наедине со мной, пригласит на свидание, встав на одно колено…
– Ну, да… В стихах…
– Это больше на него похоже…
– Согласна.
– Не уверен, что наш голландский друг такого же хорошего мнения о нем, но то, что Том – не Харви Вайнштейн, думаю, даже он понимает… И понимает, что и я это понимаю. Поэтому странно, если он ждет моего отказа от роли… С чего бы?.. Мне проще охрану с собой брать, чтобы такие козлы в сортирах больше не встречались.
Билл и Эрика вышли из машины и направились к подъезду. Войдя в лифт, Эрика нарушила молчание:
– Если хочешь. Я могу осторожно навести справки об этом голландце… Так, на всякий случай… Кто такой, где играет, чем прославился… Будем хотя бы знать, чего ждать от этого неадеквата. Как его зовут?