Придуманная любовь (СИ)

Алинка подорвалась с кровати и счастливо захлопала в ладоши, а потом не менее счастливо помогла собрать мне вещи снова.
Не знаю, как сложится у меня с Женей, но то, что я не вернусь в эту квартиру — факт. И не потому, что тут будут мне не рады, а потому что я сама не захочу нарушать новый мир, который создает в этот самый момент моя подруга.
Хотя для нее отношения с Димой вряд ли характеризуются так мелко. Для этих двоих это целая вселенная, безмерное пространство, состоящее из галактик и звездных систем, космоса и туманностей. С каждой секундой эта вселенная приумножает свои размеры, расширяясь и увеличиваясь с огромной скоростью.
Парадокс в том, что в этой вселенной уже не может быть места для меня.
Это не плохо и не хорошо, это — нормально. Так и должно быть, когда двое находят друг друга и больше не хотят разрывать объятий никогда.
Я бы хотела нырнуть в такую же вселенную, только свою собственную, ощутить каково это, когда ты больше не один. Когда ты всё делишь пополам и знаешь, что, придя домой тебе будет кому пожаловаться на сварливую консьержку или ледяной дождь на улице.
 Глава 15. Катя 
Помимо своих вещей из квартиры Алины, я прихватила авокадо, который пытался выпустить стебель вот уже восемь недель и бутылочку лекарства (умопомрачительного вина, которое делает ее бабушка — Татьяна Марковна).
Уверена, для этой авантюры оно пригодится. Это совершенно странный напиток, рецепт изготовления которого хранится в строжайшем секрете. У него есть несколько особенностей и правил распития.
Самое главное — это то, что это вино нельзя мешать с другими алкогольными напитками. Но и без этого, оно может шандарахнуть по голове так, что потом будешь собирать воспоминания о своих приключениях по крупицам.
Я поцеловалась с Женей под действием этого вина. Поутру плохо помнила тот вечер в клубе, но с каждым днем память восстанавливалась, пока я окончательно не осознала, что тот поцелуй — лучшее, что со мной случалось. Именно поэтому, мне становится вдвойне обиднее оттого, что Женя–то не помнит этого. То есть для меня этот поцелуй был самым великолепным, а для него обыденным делом.
Женя заехал за мной в два часа дня, как раз когда я вернулась с работы. Всё утро я провела, как на иголках. Кусок в горло не лез, все валилось из рук. Подруга уехала куда–то со своим возлюбленным, оставляя меня один на один с моим фиктивным парнем.
— Привет, Бука! Ты готова? — спросил Мельник, заходя в квартиру в светлых шортах, черной футболке и модных бежевых кроссовках.
Я встречала его в серых велосипедках и черной безразмерной футболке — идеальный наряд для переезда.
— Привет. Давай сразу договоримся — никаких Бук. Хорошо? — я решила выдвинуть свои требования.
— Конечно, Бука, — спокойно “согласился” Женя, а я закатила глаза и задвинула свои требования обратно.
Вообще, я уже заметила, что все наши диалоги сводились к тому, что кто–то обязательно будет закатывать глаза.
— Это реально джунгли! — шокировано проговорил Женя, заходя в квартиру. — Димон мне говорил, что у Алинки много растений, но … черт, мне даже как–то не по себе, кажется, на меня кто–то смотрит.
— Ты знаешь, у некоторых есть имена, и они любят, чтобы с ними разговаривали, — пожала плечами я.
Парень немигающее уставился на меня и машинально опустил нижнюю челюсть, открывая рот.
— Шутка,— сказала я, подошла ближе и, коснувшись рукой подбородка парня, захлопнула его рот. — Муха залетит.
— Сумки возле входа — это и все вещи? — спросил он и покосился на орхидею, на которую светила фиолетовая лампа.
— Да. И еще вот это, — я показала ему маленький горшок, в который наполовину была посажена косточка авокадо.
— Что это? — скривился Женя.
— Это авокадо. Вернее, его косточка.
— Хочешь, я куплю тебе настоящий авокадо, а косточку мы оставим Алине с Димой? — спросил парень и наклонился над тумбочкой, на которой стоял мой питомец, рассматривая его.
— Понимаешь, он рос у меня в банке восемь недель, а это на минуточку на две недели больше, чем нужно, потому что от двух до шести недель должен был появиться росток. Но ничего не происходит. Косточка лишь треснула, и практически каждый день я доливала туда воду взамен испарившейся, — пробормотала я, также, как и Женя, наклоняясь над тумбой, только с другой стороны. — Несколько дней назад я пересадила его в горшок. Мне кажется, у него должен быть шанс исправиться, пустить стебель и распустить листья. Не все же могут следовать правилам?
 
Женя выпрямился, внимательно посмотрел на меня и спросил:
— Ты точно сейчас говоришь об этом уродце?
— Эй! Не надо так о нем. Лучше выноси вещи.
В квартиру к своему фиктивному парню я взяла только летний гардероб, так как к сентябрю планировала съехать в новое жилье, косметику, необходимую технику и средства гигиены. Глупо было тянуть туда зимний пуховик или, например, учебники.
Мандраж от волнения доводил меня, поэтому всю дорогу до моего временного нового дома я молчала, лишь мяла край длинной футболки. Мы заехали во двор уже знакомой элитной многоэтажки и Женя прихватил первую партию моих вещей из багажника.
— Запомни — восемнадцатый этаж, квартира 125, — проговорил парень, пока мы поднимались в лифте.
Странное ощущение — покидая этот дом в прошлый раз, я была уверена на сто процентов, что не вернусь сюда больше никогда, поэтому то, что я сейчас нахожусь здесь не просто в качестве гостя, а теперь уже жильца выглядит настоящей иронией.
— Родители знают, что я сегодня переезжаю? — спросила я, заходя в квартиру и разуваясь.
— Нет. Будет сюрпризом, — безмятежно улыбнулся, поставил мои сумки и ушел за второй партией.
Вот веселье будет! В рассказе, о том, что отец Жени поставил ему условие — доказать свою самостоятельность и готовность нести ответственность вроде как нигде не было пункта о том, что в их дом переедет жить девушка.
Я вздохнула и покачала головой, рассматривая свои вещи. Может еще не поздно перевезти все обратно? Потому что не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять — мне тут будут не рады.
— Если ты думаешь, как сбежать, то хочу тебе сразу сказать — этого не будет, назад дороги нет, — появившись на пороге, сказал Женя.
Скорее всего, он видел, с какой тоской я смотрю на свои сумки.
— А в твоей голове не возникла мысль как-то подготовить родителей к новости о том, что у них появится новая соседка?
Женя скинул кроссовки, откинул светлую челку назад и задумчиво посмотрел на меня:
— Именно на эффект неожиданности я и рассчитывал.
Я не стала спорить с парнем, потому что это было бессмысленно — какой толк распыляться на это, если дело уже сделано?
В спальне Жени были видны незначительные изменения — одна часть шкафа была пуста, книжную полку тоже освободили. Значит, подготовился? Что ж, похвально.
— Здесь можешь разместить свои вещи, еще вот эта тумбочка, — Мельник показал на тумбу, стоящую с одной стороны кровати, — тоже твоя. Свой компьютер можешь поставить на рабочем столе, я подвинул немного свою технику. Прости, сдвинуть сильнее не могу, монитор большой.
— Это ни к чему, — я махнула рукой, — у меня лишь ноутбук, я работаю за ним в основном во время учебы, а к сентябрю меня уже здесь не будет.
Женя взглянул на меня своими голубыми глазами, от которых почему–то повеяло холодом, прикусил ненадолго губу, а потом развернулся и направился к выходу, бросив мне напоследок:
— Я буду на кухне, располагайся, — и ушел.
Уверена, что он хотел хлопнуть дверью, но в последнюю секунду придержал ее. Или это мне лишь показалось?
Я провела в одиночестве, разбирая одежду минут тридцать, поставила авокадо на подоконник, а после решила не отсиживаться. На кухне Женя что–то готовил. Точнее пытался, потому что запах гари не сулит ничего вкусненького.
–Ты пытаешься не оставить без работы пожарных? — спросила я и подбежала к окну, распахивая его настежь.