Смерть ей к лицу (СИ)

Я сама тянулась, царапала смуглую кожу и трепетала. Голова кружилась, низ живота сводило судорогой от этого грубоватого напора и чертовски возбуждающего языка.
Одеяло полетело в сторону, Элор прижимался слишком сильно, буквально распластав меня под собой. Он не оставлял шанса, а я потеряла остатки мозгов. Я хотела его до зуда в пальцах. Хотела слиться с ним, стать одним целым, переложить всю ответственность на эти сильные плечи и забыть о проблемах, о будущем, о прошлом. Это отрезвило меня. Это и мозолистая ладонь под пеньюаром.
Дёрнулась, прерывая нас. Мужчина глухо рыкнул, с минуту тяжело дышал, смотря потемневшими глазами. Но всё же взял себя в руки, перекатился на соседнюю подушку и вжал в себя.
– Спи, Вика. Завтра долгий путь домой, – выдохнул он, поглаживая по волосам.
Как ни странно, заснула я довольно быстро. И проснулась отдохнувшей, правда, погребённой под мужчиной. Этот наглец не только навалился со спины, он ещё вовсю наминал пятую точку под сорочкой и потирался не маленьким таким орудием в боевой готовности.
– У меня от тебя уже синяки, – проворчала, трепыхаясь.
– Не рыпайся, – с рычанием монструозно приказал Элор, зарываясь носом в шею.
Вздохнув, замерла. Не знаю, как так получилось, но я проснулась уже возбуждённой. Грудь неприятно ныла, напряжённые соски особенно, а между ног всё уже влажно. И, похоже, дракон это почувствовал. Очень надеюсь, мужчина сможет взять себя в руки.
– Ты просто дурманишь меня, – выдохнул Элор, продолжая возбуждать и тереться. Он гладил мои бёдра, целовал в шею, водил носом и глубоко вдыхал запах.
Облизнула губы, прикрыв глаза. Что ни говори, но его ласки жаркими волнами проносились по всему телу и действительно дурманили мозг. Элор уверенно потянул сбившуюся у талии сорочку ещё выше и накрыл грудь ладонью. Выгнулась, упираясь затылком в его плечо. Так остро при утреннем свете. Его мозолистые пальцы перекатывали вершинку груди, скручивали её, посылая яркие импульсы удовольствия по венам.
– С первого дня, как увидел, у меня на тебя стояк, Цыпа, – мурлыкнул мужчина, прикусывая мочку уха, целуя и лаская языком шею.
– Ты очень грубый, – протянула я, прикусывая губу, чтобы не застонать.
– Я простой наёмник, этикетам не обучен, – усмехнулся Элор и, выпустив грудь, уверенно погладил живот.
– Стой, – выдохнула, останавливая его руку в опасной близости от лона.
Дракон глухо зарычал-застонал, уткнулся лбом в мой затылок и замер. Его грудь сотрясалась от вибраций, да и у меня неприятно тянуло между ног. Хотелось просто отпустить ситуацию и позволить этому случиться. Я ведь тоже хочу его.
Элор первым пришёл в себя, чмокнул в губы и, вскочив, ушёл в ванную. Глупо получилось. Раззадорила и не дала. Словно девственница какая-то. Прикрыв глаза, спряталась под одеялом.
– Доброе утро, госпожа, – отвлёк Горлик. Высунула нос из-под одеяла и, кажется, провалилась сквозь землю от смущения.
Лекарь пришёл не один. Привёл за компанию Бъёрна и Азера. Оба мужчины, предполагаемые истинные, щурясь, косились на примятые соседние подушки. Их ноздри трепетали, а у демона в глазах вспыхивало недоброе такое пламя ярости. Это я молчу о сжатых челюстях, кулаках и губах.
– Доброе утро, подождите меня в гостиной! – выпалила, нервно подтянув одеяло до самого подбородка.
 Глава 27 
Сразу после напряжённого завтрака мы с мужчинами отправились в мрачный замок бывшей графини. Братьям всё ещё нужна была печатка и чековая книжка. Вместе с нами поехал Тамир, который во время трапезы ознакамливался с записями дознавателя о ходе расследования. Из четвёрки братьев именно Тамир казался самым серьёзным, грозным и жёстким. Даже Корелис рядом с ним так не пугал.
Также «брат» прошёл следом за мной в спальню, и пока я искала печать, он спрятался в гардеробной, осматривал ту самую дверь в катакомбы. Я облазила всю комнату, заглянула во все ящики и шкафчики, нашла кучу разных не очень приятных вещиц в виде деревянных дубинок, плёток, цепей и целый сундучок с разноцветными флаконами, но только не печатку.
 
– Может быть, её забрал несостоявшийся убийца, – пожала плечами, содрогнувшись от тяжёлого взгляда вернувшегося родственника.
– Ты что-то скрываешь, Тори, – процедил мужчина, играя желваками.
– Я честно не помню прошлого, – поёжилась и отступила.
Правитель промолчал, отобрал мою наплечную сумку, вытряс её и забрал книжечку вместе с кинжалом, но оставил мешочки с деньгами. Наверное, чтобы я совсем не осталась без денег.
Как только мужчина вышел, с плеч будто груз упал. Выдохнула и, немного расслабившись, упаковала обратно в сумку именно свои вещи, купленные вместе с Фэрро. Надо ещё узнать: отпустили ли его вместе с Волшебником.
Осмотрев мрачную комнату, вышла обратно. Оставаться здесь не то что не хотелось, было крайне неприятно. Внизу раздавались мужские голоса. Император выстраивал в холле оставшихся без хозяйки рабов и что-то там с них требовал. На втором этаже остановилась и посмотрела на дюжину полуголых мужчин, стоящих опустив голову. Возле них вышагивал Тамир и его личный помощник, которого он привёл из дворца. Помощник надевал кандалы на моих рабов и грубовато пихал в сторону раскрытых настежь дверей. Один из мужчин споткнулся об цепи и растянулся на мраморном полу. Но ему не подали руку. Наоборот, пнули. Внутри всё забурлило от гнева, пальцы закололо, и в области солнечного сплетения что-то злое натянулось, вытягивая моё тело в струнку.
– Немедленно прекрати! – возмущённо выкрикнула. Присутствующие резко вскинули голову. – Какое право ты имеешь с ними так обращаться?!
– Он раб и подозреваемый в покушении на вашу жизнь, госпожа, – промямлил, вмиг потеряв уверенность, помощник императора.
– Он мой раб! – надавила и даже почувствовала себя железной леди, голос звучал очень даже уверенно и властно. – И его допрашивал дознаватель!
– Потерявший голову от обретения оборотень – так себе следователь, – усмехнулся Тамир, – Мы допросим их в ведомстве, Тори.
– И отпустите, если они невиновны? – спросила, сжимая деревянные перила.
– Обязательно, – с сарказмом протянул мужчина, кивая своему слуге.
– Прежде чем ты уведёшь их, пообещай...
– Кроме тебя, этим несчастным бояться нечего, – выплюнул злющий оборотень, сверкнув кошачьими глазами. – Если скрывать им нечего, они вернутся в этот дом в целости и сохранности.
– Я освобожу их, – выпалила, изумив всех. Даже злой старший братец на миг удивлённо вскинул брови. – Всех. Мне больше не нужны рабы.
– Кто ты и что сделала с моей сестрой? – хохотнул Тамир.
– Умерла и возродилась. Дважды, – буркнула. И ведь не соврала.
– Смерть тебе к лицу, – фыркнул император. – Пока они подозреваемые, никого освобождать не будешь. Вот найдём твоего несостоявшегося убийцу, тогда хоть весь Внешний мир избавляй от рабства.
– С радостью, Тами. И раз ты сам заговорил об этом, то поможешь мне, – нервно рассмеялась, ведь об этом ещё вчера думала.
Правитель осёкся, перестал веселиться и, прищурившись, подался всем корпусом. Кажется, сейчас я сделала что-то не так. Поёжилась, так ведь бодро всё шло. А теперь меня вновь одним взглядом разбирают на атомы.
– Тебе бы поспешить, ватрушечка моя. Каждый час простоя – это лишние денежные затраты, – влез в нашу битву взглядов насмешливо-наглый голос одного контрабандиста.
Встрепенувшись, подняла голову. И улыбнулась, увидев Фэрро и Волшебника. Они стояли в дверях чистенькие, отдохнувшие и совершенно не помятые. Совсем развеселившись, побежала, перепрыгивая ступеньки.
– Смотри-ка, пёс. Твоя госпожа соскучилась по нам, – хмыкнул Волшебник, пихнув в бок оборотня.
– Я не его госпожа, он свободный двуликий! – проворчала и полезла обнимать верного друга.
Где-то сбоку раздались рычания разной тональности. Фэрро похлопал по спине и, отстранившись, посмотрел на троицу, которые истинные. Тоже повернула голову. Арчибальд удерживал дознавателя и демона. Элор почти весь покрылся чешуёй и пыхтел.