Кто ты, Такидзиро Решетников Том 7 (СИ)

— Добрый вечер. Что вы здесь делаете? — Йоко по каким-то только ей известным алгоритмам оценила обстановку на глаз и полицейского даже не поприветствовала, сразу перешла к делу.
Хину знала по опыту, на что нужно смотреть в таких случаях, чтоб было интересно. Она чуть довернула голову — видеть Такидзиро, который ещё с той стороны стекла пристально и как-то странно разглядывал служителя закона. Пловчиха даже не сразу подобрала описание взгляда — хищный и презрительный.
  
— Прибыл на происшествие! Вы сами звонили в полицию! — с вызовом ответил уже знакомый остальным персонаж.
— Нападение — лучший метод защиты, — ни к кому не обращаясь, будто бы просто так пробормотал Решетников.
— Плюс, — лаконично кивнула ему Моэко. — Тоже увидел?
— Конечно. Ещё оттуда, — пожал плечами логист. — У него же мозаика не складывается, нервы на пределе, уже пошёл косячить. В авиации есть такой термин, войти в штопор: самолёт ещё летит, движется, живёт, но…
— Из штопора же можно выйти? — Уэки, когда нужно, отлично умела изображать тинейджера-переростка.
В сочетании с действительно модельной внешностью, умными глазами и напускным глупым выражением лица ещё тот коктейль. Янагида, кстати, купился — даже не сразу признал в ней недавнюю жертву неудавшегося насилия, было видно по глазам.
— В авиации, может, и можно, — покладисто согласилась Миёси. — Ты инженер, тебе виднее. А вот в психологии — один раз из десяти в лучшем варианте. И это явно не наш случай, — последнее было откровенной атакой.
— Слушай, я не очень понимаю в ваших юридических делах, а на своих юристов по понятным причинам сегодня полагаюсь меньше обычного, — кузина Йоко, отдать ей должное, в своём деле тоже что-то понимала.
И дипломы её тоже чего-то стоили — она технично вписалась в ситуацию и, насколько могла судить Хину, дирижировала неким групповым ударным механизмом (образно), целью которого был продажный полицейский.
— Давай ты его грамотно спросишь, что он тут делает? — предложила Йошида якудзе. — А я поддержу как официальное лицо?
И ведь не подкопаешься, подумала глава Регулярного Менеджмента. Формально если — полностью корректный текст. А переложи на японские реалии — сплошное оскорбление и размазывание.
— Янагида-сан, пожалуйста, ответьте полномочным представителям собственников здания, что вы делаете на частной территории? — Моэко в своей ипостаси хранительницы правды была бесподобна всегда, сейчас тоже.
На мгновение повисла пауза.
— Вы, видимо, не очень хорошо понимаете по-японски, — Миёси двинулась вперёд-назад в поклоне, расчётливо качнув сиськами перед носом взрослого мужика, которому о фемине на четверть века моложе в силу своего возраста, финансового статуса и дряблой физической формы мечтать не приходится.
Ну, то есть мечтать-то можно, поправила себя Хьюга. Мечтать можно всегда. Но сейчас, когда подруга ещё и похудела, где надо… ладно, смотрим дальше.
Хину поймала себя на том, что не успела никому сообщить кое-что именно в отношении данного персонажа. С другой стороны, торопиться уже некуда, можно обождать и добивающий нанести собственноручно, в правильный момент.
— Что вы сказали? — полицейский затвердел лицом.
— Я сказала, что вы не очень хорошо понимаете по-японски, — химэ знаменитого теперь клана борёкудан тоже умела смотреть в глаза, что и демонстрировала. — Вопрос был, не что вы сделали, а что делаете сейчас. Вы отличаете прошедшее время от настоящего? У нас у глагола лишь два времени, сложно запутаться. Не английский с их десятком с лишним.
— Почти двадцать, — вежливо прикрыл глаза Такидзиро.
— Что?
— В английском языке их теоретическая грамматика, учебник профильных вузов, насчитала что ли двадцать времён. Это иностранцы вроде нас думают, что двенадцать. Но у прочих, у нас тоже, многого в языке нет — того же сослагательного наклонения в их понимании, и ещё по мелочи. Так что какие-то их формы мы просто не дифференцируем.
Раскачивают ему психику, поняла Хину, знакомая уже с арсеналом и Такидзиро и, тем более, собственной лучшей подруги.
— Вы сказали, прибыли на вызов, звонок сделан из нашего здания, — безупречно вежливо продолжила якудза. — Прошедшее время оба раза. Пожалуйста, теперь ответьте не самому себе, а нам. ЧТО. ВЫ. ДЕЛАЕТЕ. СЕЙЧАС. НА. ЧУЖОЙ. ТЕРРИТОРИИ.
— Он завис, — спокойно прокомментировал Решетников. — Его подрядили на конкретную задачу, обещали урегулировать последний залёт. Он пока ничего не решил и очень по этому поводу нервничает.
Хаяси Юто резко распахнул глаза и с интересом впился взглядом в логиста.
— Последний залёт — эта саботаж расследования покушения на изнасилование? — буднично уточнила Йошида.
Что характерно, об источниках информированности она светловолосого не спросила.
Хину стало ещё интереснее. Хьюга посмотрела вправо, шагнула в сторону и подхватила товарища под локоть.
— Ну давай, ещё попой к нему поприжимайся! — сварливо прошипела Уэки и под удивлённым взглядом Хаяси демонстративно процокала каблуками по дуге, после чего взяла хафу под вторую руку.
— **нулась? — еле слышно, но твёрдо поинтересовалась финансистка и незаметно ущипнула подругу пониже спины. — Совсем уже с головой раздружилась⁈
Айтишница затвердела спиной, выпучила глаза, распахнула рот, но от возгласов сумела удержаться.
— Видимо, чувствительно получилось, — улыбнулась Хину, опуская лицо вниз, чтобы его на мгновение скрыла от других причёска.
— Дамы, я восхищён как вашей непосредственностью, так и абсолютным изяществом непринуждённых манер, — пробормотал Решетников с физиономией сфинкса. — Но давайте всё же не отвлекаться.
Янагида всё молчал, лишь переводил угрюмый взгляд с Миёси на Йошиду.
— Йошида-сан, разрешите обратиться? — кое-кто опять ухитрился щёлкнуть каблуками с женскими руками на своих локтях.
— Валяй, Такидзиро-кун, — махнула ручкой сестра.
— Мне кажется, путь наименьшего сопротивления — передать его сопровождению из ваших новых сегодняшних сотрудников и проводить на выход. Я потом объясню, почему, если позволите. Либо могу и сам вышвырнуть — опять же, если позволите.
— В вашем здании чуть не убили человека. Оказавшиеся рядом свидетели из числа ваших сотрудников, — поклон, — позвонили в полицию на пульт. Всем, кто на дежурстве и в зоне, вызов отразился в срочных уведомлениях. Я прибыл на этот вызов первым, поскольку был ближе всех. — Служитель закона наконец выбрал какую-то тактику.
Хотя какой он служитель закона, вздохнула пловчиха и покрепче сжала пальцы на чужой руке.
— Хорошая реакция, — невозмутимо кивнул Решетников. — Есть «но». В нашей с вами работе, Янагида-сан, как и в боксе, реакция должна быть не только быстрой, а и правильной. Вас этому не учили?
— Не вам говорить мне, что и как должно быть в моей работе, — ровно покачал головой дознаватель.
— Ошибаетесь. Из здесь присутствующих лишь я могу В ПОЛНОЙ МЕРЕ растолковать вам, что значит быть НАСТОЯЩИМ полицейским. — Такидзиро аккуратно высвободил руки и шагнул вперед.
Моэко и Йоко переглянулись, синхронно подняли брови, кивнули друг другу и пристроились за спиной метиса, наблюдая за оппонентом из-за плечей мужчины.
Похоже, дуэт психологов превратился в трио, поняла Хьюга. Решетников с ними на одной волне, обстановку чувствует не хуже, а клиента почему-то видит даже глубже — вот Йоко и не стала ерепениться, играть в начальника.
А Моэко и вовсе не стесняется спрашивать Такидзиро по профильным вопросам, как будто это он её кафедру закончил, а не наоборот.
— Откуда бы вам знать? — с интересом поднял бровь Янагида.
— Как знать, как знать, — Хину была готова спорить, именно эта улыбка на лице товарища называется ностальгической.
Странно. Решетников же никогда не служил в полиции, она это отлично помнила. Армия, особенно места, где он был — нечто совсем иное.
Наверное. Ладно, смотрим дальше.
— Хаяси-сан, разрешите вас успокоить, — светловолосый обернулся через плечо к Хоноке.