Кто ты, Такидзиро Решетников Том 7 (СИ)

— Буду максимально стараться. Рассчитываю успеть, хотя и придётся выложиться, — он весело подмигнул окнам небоскрёба, находившегося в двух десятках метров от машины. — Вы же понимаете, в этих частях города…
— Да, пробки даже ночью. У вас есть с собой поблесковый маячок? Может, включите спецсигналы?
— Попробую, — уклончиво обнадёжил следователь. — Я успею первым, не волнуйтесь. Направление на вызов именное или общее в системе?
  
— Общее, мы уже подсуетились.
— Принял. Работаю. — Янагида позволил себе то, что обычно с людьми уровня звонивших персонажам его социального ранга делать не стоит — отключился первым.
Обычно, может, и не стоит, жизнерадостно думал комиссар, выходя из машины и вооружаясь рабочим планшетом, который он забросил на заднее сиденье. А сейчас это просто маркер — вы от меня зависите. Я не на танцы пошёл, а ваше дерьмо разгребать. Соответственно, моя маленькая кучка — ваша забота.
Неписаные правила игры, все взрослые люди.
Как опытный сотрудник своей организации, он отлично понимал, что на Департамент Внутренней Безопасности надавить не выйдет ни у кого, даже у начальника полиции Токио (кстати, из-за всех этих игр старый слетел, сейчас в кресле новый персонаж).
Однако любое разбирательство ВБ тем и хорошо, что решение принимает суд, не вэбэшники. А вот на суд — любой — у звонивших были рычаги. Опытный полицейский Янагида ещё на этапе чтения сводки понял: судью Рино хлопнули по башке не из вредности и не развлечения ради. Таким образом на какой-то из «его» процессов ставят своего человека — другого судью. Того, который менее строптив и более сговорчив.
— А то и вовсе член команды, — весело подытожил комиссар самому себе, входя в здание и пренебрежительным жестом приказывая охраннику разблокировать турникет.
— Документы, — как ни в чём ни бывало попросил тот, и не думая открывать.
— Электронное направление в Единой Информационной Системе, — снисходительно улыбнулся полицейский. — Вы же сами вызвали полицию.
— Ждите. — Тип равнодушно пожал плечами и вернулся в будку. — Сейчас вызову начальство, вы пока дайте служебное удостоверение. Пожалуйста.
— Я только что выходил и вы меня отлично помните! — процедил дознаватель сквозь зубы.
— Вы можете обжаловать мои действия любым законным способом. — Пацан лет двадцати с небольшим приподнялся на стуле и изобразил пародию на вежливый поклон. — Здесь ходит очень много людей, что за день, что за ночь. Лично вас я не запомнил, это первое. Я обязан зафиксировать проход внутрь в любом случае, это второе: если входите и выходите шестнадцать раз в час, в моём журнале должно быть шестнадцать записей. Пожалуйста, уважайте мою работу!
— Серьёзно?
— Делайте свою задачу, но не мешайте функциям других. Да, я сейчас серьёзно.
Янагида шумно вдохнул, покраснел и взбесился. Усилием воли он взял себя в руки, выдохнул и ничего не сказал.
Вместо слов комиссар оглушительно хлопнул пластиком служебной корочки о бортик стакана и толчком отправил удостоверение скользить в руки наглому пацану.
* * *
Когда Хаяси Юто вышел, Хину по инерции обдумывала его странные метаморфозы за последнюю четверть часа, которым стала свидетелем. Именно поэтому она не успела начать серьёзный разговор, ради которого приехала в офис.
Йоко подорвалась с места, как на пружинах:
— Всё, коллеги-сан, хватит точить лясы! Патриарх ушёл, допрос ждёт!
Пловчиха на мгновение впала в ступор, поскольку получить данные от заместителя кузины действительно важно. Дополнительно: там может быть такая информация, которая в состоянии быстро протухнуть — судя по резкости событий в отдельно взятом здании.
А с другой стороны, сказать младшим Хаяси и Уэки о переменах важно не менее, если не более.
Она даже не удивилась, когда на помощь пришёл Решетников:
— Йошида-сан, разрешите обратиться? — светловолосый даже каблуками щёлкнул, благо, до сих пор стоял возле двери.
— Почему ты не хотел дать уйти моему дедушке? — мрачно глядя в пол, поинтересовалась финансистка.
Она всем видом давала понять, что прочие проблемы для неё сейчас не существуют. Видимо, заноза свежих травматических воспоминаний, Хину про себя улыбнулась — Хонока явно занозилась из-за собственного подпорченного реноме. Хотя сама и виновата.
— Это сейчас не самый главный вопрос, Хаяси-сан, — Такидзиро на удивление непринуждённо поклонился. — Пожалуйста, позвольте, я отвечу на него через некоторое время?
Странно, что это с ним. Обычно он через раз подобным не заморачивается, ещё и с условно своими.
— Чего ты здесь комедию ломаешь? — устало вздохнула недавняя дебоширка. — Эта демонстративная вежливость, обращение по… — договорить не вышло.
— Только что сама икру метала! — возмутилась непосредственная айтишница. — Теперь тебе вежливость не в ту дырку заходит⁈ Слушай, заткнись уже, а⁈ Или могу повторить! — Ута с воинственным видом подалась вперёд.
— Брейк! — досадливо поморщился Решетников. — Хаяси-сан, Уэки-сан, у Хьюги-сан есть важная информация.
— Допрос, мой юный друг! — Йошида, выдавшая фразу на автомате, скосплеила директора айти — вытаращила глаза, возмущённо наклонилась вперёд.
Через секунды до неё дошёл комизм сказанного — светловолосый был старше.
— Извинения, неудачный каламбур, — не растерялась сестра. — Решетников-сан, имею к вам жгучую просьбу! Пожалуйста, примите к сведению, распоряжаться в этом кабинете разрешается очень ограниченному кругу лиц! Вы к ним не относитесь!
— Я без претензий на лидерство, — товарищ поднял вверх раскрытые ладони. — Просто в порядке приоритетов.
— Откуда вам известен приоритет того, что ещё не сказано⁈ Хину-тян, если что, моя сестра, не ваша!
— С последним сложно спорить. — Такидзиро внимательно посмотрел на своё отражение в настенном зеркале, перевёл взгляд на Хину и повторил. — С последним сложно спорить.
— Пха-ха-ха! — Уэки с весельем не затянула.
К ней присоединилась и не думавшая смущаться Моэко, которой все местные корпоративные игрища были до линии бедра по определению.
На удивление, вслед за подругой усмехнулась и Хаяси.
— Такидзиро-кун прав. — Хину поднялась, хлопнула по плечу родственницу, чтоб та не вставала, и заходила по кабинету. — Хаяси-сан, Уэки-сан, у меня очень неприятное известие. Может статься, что допрос заместителя Йоко уже и не актуален, — виноватый взгляд на главу безопасности.
Решетников в этом месте удовлетворённо кивнул, вынырнул из каких-то размышлений, огляделся и без затей запрыгнул задом на подоконник.
Хьюга без обиняков передала суть общения с родителями:
— … Таким образом, меня завтра вышвыривают из мажоритарщиков. Искренние сожаления, — вот и моя очередь извиняться настала, подумала она, задерживаясь на пару секунд в самом глубоком поклоне, на который была способна.
— В чём подоплёка? — Моэко, по факту являющаяся участником их конгломерата, ухватила суть влёт и сразу задала точный вопрос.
— Во-первых, я оказалась не готова воевать с родителями за деньги. Во-вторых…
— Это не деньги! Акции нашей компании! — Ута с видом обиженного ребёнка захлопала глазами. — Хину-тян! Как ты могла!
— Там всё сложнее, чем кажется, — хмуро бросил неожиданно такой взрослый Такидзиро. — Моэко-тян как юрист сейчас расскажет лучше, она уже сориентировалась, судя по лицу.
— Тебе с подоконника модерировать совещание удобнее? — вроде как нейтрально поинтересовалась Хонока, явно имевшая намерением доколупаться хоть так. — А, Решетников-сан?
— Если её родители имеют в виду именно такое волеизъявление, против лома нет приёма, — решительно покачала головой подруга. — Я в ваши дела не вникала, но ты же пакетом управляла на основании временного опекунского решения и доверенности? Дедовским — первое, вашим семейным — второе?
— Да.
— Её родители — наследники первой очереди, — заявила присутствующим адвокат. — Хину-тян заруливала всем, пока её предкам не было до столицы никакого дела. Но когда её дедуля загремел в психушку, а сейчас ещё и там корки стал мочить — хоть и подкуп врача (н-да, занятный был выход из-за печки…) — её родители решили переместиться в столицу обратно. Я слегка знаю её семью, поэтому не удивлена. В общем вы поняли.