Попаданка в Академии. Истинная для дракона (СИ)

Я понимаю, что никак не вспомню имя медсестры из детского дома, да и нашей воспитательницы, половины из детей. Словно кто-то ластиком стёр эти воспоминания. Ледяной ком давит на грудь. Я теряю память — свою, настоящую?
Хорошенько прочувствовать эту мысль мне мешает показавшийся в дверях Тейран с необъятным подносом, полным разной снеди. Тут и белый чайник, от которого исходит пар, и гора пышных булочек, и с десяток креманок с разного рода джемами и намазками. Содержимое подноса наполняет комнату сладким запахом выпечки и какао.
Мой живот тут же отзывается радостным урчанием. Я и вправду давно не ела.
Тейран оставляет поднос на столике, а сам о чем-то коротко переговаривается с целителем, после чего последний уходит.
— Мистер Вайс сказал, что тебе намного лучше, — магистр подходит ко мне. — И тебе пора подкрепиться.
На нем снова просторная белая рубашка. Волосы свободно падают на плечи, а глаза светятся теплыми искорками.
А я, должно быть, похожа на чучело. За все эти дни я даже ни разу в зеркало не взглянула.
Вспоминаю заклинание и шепчу репулсус, материализую перед собой свое отражение. Так и есть. Всклокоченная девчонка с темными кругами под глазами и искусанными губами. Есть у меня такая дурацкая привычка.
— Ты отлично выглядишь, — реагирует Тейран на мое действие, а в его глазах вновь загораются огненные искорки, пока едва заметные.
— Ага, как же, — ворчу я. Выгляжу я далеко не отлично. Хоть сегодня отправляй на конкурс красоты для вчерашних жертв. — Покажешь, где тут можно освежиться?
— Конечно, — Тейран указывает на дверь, которая скрыта за занавеской, поэтому я даже и не заметила ее раньше. — И, Ариана, тебя ждет еще один посетитель. Не хотел, чтобы тебя тревожили. Но тут особый случай.
— Кто? — успеваю напрячься.
— Твой отец.
Твою же налево!
Вот это засада. Неожиданно и совсем нежеланно.
Интересно, есть вариант его продинамить и попросить отчалить обратно домой?
— Все в порядке? — Тейран видит мое замешательство. Да что там. На моем лице, должно быть, ужас.
Неуверенно киваю и сбегаю в ванну, чтобы успокоиться и подумать.
Стоя над раковиной из мрамора, раз за разом плещу в лицо холодной водой, затем долго расчесываю волосы и привожу в порядок себя и свои мысли.
Что ж, если встречи не избежать, буду осторожна. В конце концов, я недавно отошла от нападения, мне простительны некоторые глупости. Да, так и поступлю. Меньше слов, больше удивленно распахнутых глаз.
Напоследок снимаю ночнушку и надеваю чистую, заботливо оставленную кем-то на вешалке.
Вдоволь наплескавшись, понимаю, что больше время тянуть не могу.
Выхожу в комнату и в этот же миг слышу шаги. Как в замедленной съемке смотрю на поворачивающуюся ручку, деревянная дверь распахивается и я, наконец, вижу посетителей.
12
Первым входит Тейран. Мы встречаемся с ним взглядом, буквально на секунду. Затем он отступает, и я вижу отца Арианы.
Сразу бросается в глаза его хмурый, тяжёлый взгляд темных глаз из — под полуопущенных век. Лицо испещрено глубокими бороздками морщин и обрамлено слегка волнистыми волосами, которые уже успела тронуть седина. Его темный камзол застегнут на все пуговицы до самой шеи, а сверху наброшен плащ.
Его вид отчего-то набрасывает на меня оковы страха. Липкие щупальца ужаса сковывают тело помимо воли.
Умом я понимаю — вряд ли он сейчас сделает мне что-то плохое. Но тело не слушает доводы разума.
Инстинкты движут моими руками и ногами, и против воли я пулей проскакиваю к кровати и забираюсь под одеяло до самой макушки. Трясусь словно зайчишка перед волком. Только не пойму — отчего мое тело так странно реагирует?
— Приветствую тебя, дочь, — произносит наконец отец Арианы, выделяя последнее слово, и цепким взглядом ощупывает меня с ног до головы. Хотя, вряд ли он что-то разглядит — из-под одеяла торчит разве что нос и глаза.
Он проходит на середину комнаты, да так там и остаётся. Пауза затягивается.
— Привет… — мой голос взлетает до самых верхних нот так, что приходится откашляться, — папа.
 
— Вижу, чувствуешь ты себя неплохо, нам надо поговорить и желательно наедине, — его голос тих и вкрадчив, но по моему телу бегут мурашки.
— Ничего личного, мистер Уайлвуд, но говорить вы будете в моем присутствии, — молчавший до этой секунды Тейран отходит от двери и встает между мной и отцом.
— Магистр Эль Харрион, я бесконечно вас уважаю, — проворачивает голову к нему мистер Уайлвуд. — но прошу вас не забывать, Ариана — моя дочь. И я должен разобраться в случившемся и наказать ее.
При слове наказать мое тело снова сжимается под гнетом страха, а в голове против воли всплывают воспоминания. Темная комната. Из всей мебели — только узкая кровать. И вкрадчивый голос за дверью: «Посидишь здесь, пока не одумаешься. Да, и на еду не рассчитывай». И голос мне знаком. Теперь знаком. Как и боль, которую ощущала Ариана, которую нещадно лупил отец. Она мне знакома тоже.
Теперь я понимаю реакцию тела на этого человека.
— За что вы хотите ее наказать? — врывается голос Тейрана, и я сбрасываю с себя воспоминания Арианы.
— Она сбежала.
— Не совсем так. Мы с ней лишь неверно друг друга поняли, договариваясь о встрече. И Ариана угодила в ловушку. Но теперь вам не о чем беспокоиться. Об Ариане я позабочусь.
— Вот как? Интересно.
— Да, именно поэтому я хотел бы побеседовать с вами лично.
— Вот как? И о чем же?
— О будущем Арианы.
— Это не ваша забота, Тейран.
— Моя, Циниан. Моя. И вам с этим придётся смириться.
— Ещё интересней. И какие же права вы имеете на мою дочь?
— Пока никаких, мистер Уайлвуд. Впрочем, как и вы.
— Вот тут вы ошибаетесь, молодой человек. Я ее отец. И пока она Уайлвуд — ее судьбу решаю я.
Сижу, затаив дыхание. Хотелось бы мне вставить свои пять копеек, да сказать этим двум, что черта с два они могут вершить мою судьбу. Но пока не решаюсь.
— Надеюсь, это ненадолго.
— Вот как? У вас серьёзные намерения.
— Более чем.
— Но постойте, Тейран. А как же ваша невеста… Чудесная… Как там ее зовут?
— Ее звали Мария. К сожалению, она угодила в ту же ловушку, что и Ариана в Мертвом переулке. Но спастись ей не удалось.
— Вот как! Печально. Примите мои соболезнования.
— Спасибо.
— Но меня терзают опасения. Не слишком ли вы торопитесь?
— Мы не будем торопиться. Я готов ждать. Но вопрос этот решен.
Мистер Уайлвуд усмехается. Хитро и недобро.
— Он, быть может, и решен. Вами. Но не мной. Не забывайтесь.
— Мистер Уайлвуд, именно по этой причине я хотел поговорить с вами наедине.
— Конечно. Мы поговорим. Позже. А пока Ариане пора отправляться домой. Мы уже злоупотребили вашим гостеприимством.
Твою ж налево! Он хочет меня забрать и запереть в этой темной комнатенке? Мне же ни в жизнь оттуда не выбраться!
— Нет! — вырывается у меня, и две пары мужских глаз устремляются на меня.
Возможно, та, другая Ариана бы и смолчала. Собралась бы и покорно отправилась домой, вслед за отцом. Но я не она. И я не позволю этим двоим распоряжаться моей судьбой!
Как бы не так!
Один вдруг решил, что я его истинная пара и потому должна сидеть рядом под семью замками. Вот уж дудки!
Другой — вообще домашний тиран. Запугал Ариану так, что она и слова ему сказать не могла.
А я… Я просто хочу быть подальше. И спокойно все обдумать. Да. Это, пожалуй, самое верное сейчас.
— Я хочу вернуться в Академию.
Отец Арианы бросает на меня злой взгляд, Тейран — удивленный.
Выдерживаю их оба и стою на своем, когда мужчины спорят — где же мне будет лучше.
Будь я в своем мире — меня бы уже не было в этой комнате. Я бы смоталась об обоих, только пятки сверкали. Но увы… Поэтому выбираю меньшее из зол — Тейрана.
В конце концов, отец Арианы соглашается, что вернутся в Академию — не самое худшее решение и собирается восвояси.