Своя правда (СИ)

— Дайте бутыль с маслом! — услышал я голос Пруста. — И какую-нибудь тряпку!
Я быстро сообразил, что планирует сделать один из братьев. Но нужно ему немного помочь.
— Скажи, как будешь готов, я расчищу тебе место!
Наш строй с поднятыми щитами принимал удары и огрызался отдельными выпадами. В пещеру уже спустилось по меньшей мере 2 десятка хетов, но к счастью атаковать они могли лишь в ряд по 8 человек. Если бы не проблема с освещением, то мы бы их втоптали, а так все наше преимущество в строе, выучке и экипировке сводилось на нет. Зато хетов было банально больше.
— Готов! — крикнул Пруст.
— Наемники! — проорал я. — Не ссать, сейчас будет громко!
После чего шарахнул конусом сырой силы, посылая ударную волну прямо в толпу хетов. Многих из них повалило на землю и даже оглушило. Эффект в замкнутом пространстве оказался сильнее обычного. Даже у нас зазвенело в ушах, хотя удар был направлен в сторону провала. Пруст тоже не зевал, и его сделанный на быструю руку аналог коктейля Молотова, пролетев с десяток метров, разбился аккурат под отверстием в своде пещеры, откуда продолжали спрыгивать местные воины. Бутыль удачно врезался в булыжник и, разлетевшись на осколки, расплескал горящее масло по камням. Масло — не бензин, конечно, но главное, что оно горело и коптило. Дым потянулся вверх, выходя из провала, что охладило пыл хетов, еще не успевших спустится в грот.
А главное, нам теперь лучше было видно врага.
— Р-р-раа! — почему-то вспомнился мне клич, что вел нас против баронской дружины. — Бей их!
И сам первым ударил копьем в удачно подвернувшегося хета, вложив немало силы в «раскол». Сорвавшаяся с наконечника копья энергия разорвала в клочья его незащищённую шею, обдав кровавыми брызгами и ошметками плоти бойцов, стоящих за ним. Вряд ли это добавило им боевого духа. Наши же бойцы, напротив, усилили натиск и отправили на встречу с хетской Матерью еще несколько ее чад. Правда, это все равно не сломило их, и мы, после успешной атаки организованно сделали несколько шагов назад и снова выстроили линию обороны, продолжив сдерживать их натиск. И пока новые враги не «падали» сверху, нам вполне это удавалось.
— Дальше проход раздваивается! — услышал я донесение сзади. Это наш разведчик вернулся после осмотра пещеры. — Один из проходов узкий и тоже ведет к реке.
— Отходим туда, огонь скоро догорит, — скомандовал Глеб, и я был с ним согласен.
— Колтун, Горунар, тащите лодку в проход! Остальным — держать строй!
— Ты сможешь еще раз их удивить? — шёпотом спросил меня Глеб.
— Прибережем на потом, — уклончиво ответил я, на что наемник понимающе кивнул.
Убедившись, что Горунар и Колтун волоком тащат лодку к найденному проходу, мы начали шаг за шагом отходить, продолжая колоть и рубить особенно смелых и рьяных хетов. Суматоха в их рядах сходила на нет, к тому же новые смельчаки вновь начали спускаться под своды пещеры, не смотря на дым и уже затухающее пламя горящего масла.
Лодку в проем пришлось затаскивать боком, что потребовало дополнительной пары рук и отняло у нас еще немного драгоценного времени. У нас уже итак было несколько раненых, при чем одного из них пришлось тащить, так как чей-то брошенный камень прилетел ему в голову, отправив в бессознательное состояние. В итоге на какое-то время в строю осталось всего 10 человек, и вот тут нам пришлось тяжело, так как, не смотря на понесенные потери, хеты почувствовали, что могут нас додавить. Пришлось перед самым проходом еще раз ударить «тараном», хоть тело и было категорически против повторения одних и тех же техник за короткий промежуток времени. Но ничего другого в арсенале не было! Черт! Та же шрапнель Булиена против бездоспешных воинов произвела бы сейчас опустошительный эффект. Мне нужны новые заклинания!
Отбросив ненадолго противника, мы сумели проскочить в проем и выставить там защиту в два ряда по три человека. Сунувшиеся было хеты напоролись на слаженную работу строя. Несмотря на то, что люди были из разных отрядов, общие навыки строевой работы были унифицированными. Благодаря муштре и полученному ранее опыту, каждый знал, что делать: когда рубить, когда колоть, а когда просто держать покрепче щит доверившись своим товарищам. А тут еще и Хорки, оказавшись в безопасности, наконец смог расчехлить свой лук и, встав на перевернутую лодку начал посылать стрелы прямо поверх наших голов. Главное, чтобы не попал кому-нибудь из нас в затылок!
 
Получив жесткий отпор, хеты откатились, оттаскивая получивших ранения. Может посчитают убитых и раненых, и решат, что мы того не стоим? Это было бы для нас наилучшим вариантом.
— Меняемся! — скомандовал Глеб, воспользовавшись моментом, чтобы обновить уставшие тройки защитников.
— Шуст, корабль отсюда видно? — спросил я.
Парень, продолжая тяжело дышать после своей смены, направился к выходу из пещеры, которая представляла собой маленький грот, длиною метров 15, и шириной метров 8. Вода на три четверти покрывало дно, при этом не доходя до самого проема, который мы сейчас обороняли. Однако глубина была небольшой, по щиколотку, и только уже у выхода к реке вода доставала до колен.
— Вижу фонарь ниже по течению. Сейчас попробую привлечь их внимание.
Шуст принялся размахивать из стороны в сторону масляным фонарем. Темнота над рекой быстро сгущалась, и даже такой тусклый свет без других источников искусственного освещения должно быть хорошо видно. Главное, чтобы кто-нибудь смотрел по сторонам…
— О! Махают в ответ!
— Ну-ка, дайка я, — вдруг вызвался один из отдыхающих наемников. — Я знаю парочку сигналов для моряков. Мы конечно не на море, но не зря же они так гордо зовут себя капитанами.
Подхватив свой щит, он пошлепал к реке. Там он, то прикрывая им, то открывая фонарь, подал что-то вроде морзянки. Кстати интересный вопрос, надо бы тоже поизучать местные аналоги.
— Смотри-ка, отвечают, — даже как-то удивился он своему успеху. — Не знаю, правда, что именно, я ж только пару команд знаю.
— А ты сам-то, что им передал? — спросил Глеб.
— Что-что… «К погрузке готов». Я ж на торговом плавал…
Галера снялась с якоря и слаженной работой весел пошла против течения.
— Бойцы, берем раненых и грузим в лодку. Вы двое на весла! И живее!
Работа закипела, а хеты пока так и сидели притихшими. Но они явно что-то замышляют.
— Что делать-то будем? — спросил Глеб. — Эти твари не ушли, ждут чего-то, может подкрепления, а может, еще какую пакость готовят. Но точно еще раз попробуют пощипать нас.
— Они, наверное, думают, что мы в ловушке, и деваться нам некуда, рано или поздно возьмут нас, да хоть измором.
— Отчасти они правы, как отправить последнюю партию людей, я действительно не представляю.
Глеб развел руками, а я задумался. Проход не такой уж и большой, можно попробовать его чем-нибудь завалить. Нам надо-то выиграть минуту, чтобы погрузится в лодку и отчалить на безопасное расстояние. Но тут только мелкие камни вперемешку с песком и илом. Хотя…
— Есть одна идея…
Полчаса спустя лодка вернулась с двумя уставшими гребцами.
— Вот, собрали два десятка, но некоторые рваные, — сказал один из них и кивнул на груду пустых мешков на дне лодки и пару лопат.
— Парни, за работу!
Еще за час тяжелой работы мы наконец наполнили мешки смесью мокрого песка и камней и начали их подтаскивать к обороняемому проему. Весили они словно цемент, и каждый приходилось тащить вдвоем. Сначала мы набросали основание в два ряда, прямо за нашим «гарнизоном», затем зигзагом положили второй слой мешков. Хеты по-прежнему не нападали, хотя мы слышали, как они переговариваются на том конце тоннеля.
— Отходим, — шепотом скомандовал я. — Только осторожно.
Наемники аккуратно перелезли через преграду, которая пока еще была совсем не высокой. После чего мы положили еще один ряд мешков.
— Все, отправляйтесь, — Глеб пальцем указал на бойцов, которые должны были погрузиться в лодку, оставив самых физически сильных. Ведь нам предстояло закидать еще несколько слоев мешков и сделать это как можно быстрее. Вдруг хеты опомнятся и поймут, что из ловушки готовы сбежать последние мышки. Из моих ребят остались Колтун и Горунрар.