Бум (СИ)

должна. Вырываться начнёт. Тут только мужик и удержит.
Я пригласила Мишеля. Он поинтересовался, какая помощь требуется. Я
объяснила. Тот обхватил солдата за плечи, а знахарка стала втирать мазь в
обмороженные руки. Солдат дико закричал и стал вырываться.
-Терпи, терпи, голубчик. Поболит, поболит, да и перестанет, - успокоила
старушка мужчину.
Вскоре всё было закончено. Солдата отпустили и тот, баюкая руки, ушёл в
  
свой угол. Взглянув на Сергея, поняли, что ему явно стало лучше. Женевьва
наконец-то успокоилась.
-Завтра ещё раз укол сделаем, - старушка быстро выучила новые для неё
слова, - а там видно будет, что дальше будет. Пойдём, пока нам здесь делать
нечего. Отдохнуть надо, со вторым французом попозже пообщаемся. Глянула
я на него, застыл дюже, но ничего, справится. Сейчас велю девкам чаем с
малиной напоить, да отвару моего пусть дадут, а уж завтра разберёмся.
Оставив законную супругу дежурить, мы пошли в господский дом, где для
нас накрыли поздний обед.
На следующее утро отправились проведать больных. Солдат сладко
посапывал на своём топчане. Серж ещё не пришёл в себя, но выглядел
гораздо лучше. Женевьеву отправили спать. Проведали и второго француза.
Мальчишке, да кто же его в армию взял, стало лучше. Девчонка, что сидела с
ним ночью, сказала, что маму в забытьи звал, а к утру поутих, заснул. Стало
быть, на поправку пошёл. И то ладно! Мы сделали Сергею укол, а я решила
узнать, не появился ли Семён, но известий о нём не было. Странно, куда мог
деться человек? Ближе к обеду, когда ситуация с Сергеем стала более-менее
проясняться и пропала необходимость в круглосуточном дежурстве, в усадьбе
появился небольшого роста мужичонка, неловко переминавшийся с ноги на
ногу у входа в господский дом. Я как раз проходила по двору и, увидев
незнакомца, поинтересовалась, чего ему здесь надобно.
Тот поклонился, оглядел меня и, приняв решение, заговорил:
-Барыня, у меня вот такое дело. Где бы мне Пантелеймоновну найти?
-А на что она тебе?
-Так дело у меня к ней. Вот, - мужик протянул листок бумаги, - здесь всё
отписано, что да как.
-От кого бумага?
-Так от Семёна Петровича. Сами просили передать лично в руки этой
Пантелеймоновне. Скажи, здесь они али как?
-Здесь, здесь, - успокоила я посланца, - сейчас позову. Подожди пока, да
шапку одень, простынешь.
Я ушла за травницей, сообщив, что её ожидает странный мужик. Та, накинув
полушубок, поспешила во двор.
Увидев старуху, посланник снова стянул шапку и поклонился.
-Здрав будь, барыня. Ты ли Пантелеймоновна?
-Она самая. Чего тебе надобно?
-Меня барин Семён Петрович к тебе с бумагой отправил. Просил на словах
передать, что ждать будет.
Спасти Семёна и самим не пропасть
Старушка развернула записку, прочитала, задумалась, затем, увидев
пробегавшую мимо девку, сказала, чтобы мужика отвели на кухню и
накормили.
-Слушай, Мария, дело такое. Не знаю, как и сказать. Просит меня Семён
срочно приехать к нему, но зачем не написал. Сообщил, что находится здесь
неподалёку в сгоревшей усадьбе. Чую, что-то здесь не чисто. Поможешь?
-Что делать надо?
-Поедем со мной, а там посмотрим. Может, случилось что с Семёном и он
обо всём написать не смог. Ехать надо. Здесь недалеко. Пошли собираться.
Увидев Женевьеву, предупредила, что мне придётся на время отлучиться. Та
сделала неожиданное предложение:
-Может и мне с вами сгонять? Делать здесь пока нечего. Сергей в сознание
пришёл. Сказал, чтобы я к нему на глаза не показывалась. Говорит, не хочет,
чтобы я его таким слабым и беспомощным видела.
Я поинтересовалась, не нужен ли нам ещё один помощник. Знахарка,
подумав, пришла к выводу, что лишний человек не помешает.
Собравшись, приказали заложить сани и вскоре выехали за ворота. Дорога
шла, петляя среди развесистых елей. Морозило, изредка где-то ухала сова.
Подул северный ветер, с веток посыпался снег. Стало как-то неуютно. Минут
через сорок свернули на просёлочную дорогу.
Лекарка остановила сани и сказала, что добрались до места.
-Вон там, - взмах руки и мы увидели почерневшие колонны сгоревшей
усадьбы, должен быть Семён. Вам лучше всего остаться здесь. Если в
усадьбе есть кто-то кроме Семёна, то ему лучше про вас не знать. Пусть
думают, что я приехала одна.
Мы вылезли из саней, старушка продолжила путь. Укрывшись за деревьями,
стали наблюдать за Пантелеймоновной. Вот сани остановились перед
почерневшими от пожара колоннами. Целительница спустилась на землю и
сделала шаг к входу. Ну, вот, можно и присоединиться к нашей спутнице.
Однако не успели мы покинуть своё укрытия, как из дома появились двое
мужчин, подошли к старушке, что-то ей сказали и все исчезли в
полуразрушенном здании. Внезапно хрустнула ветка. Обернувшись, увидели
молодого корнета, а, приглядевшись, поняли, что перед нами переодетая
женщина.
-Кто ты? – спросила Женевьева.
-Я думаю, вам туда, - кивок в сторону дома, - пока ходить не стоит, а меня
зовут Александрой.
-Так ты дочь Семёна Петровича?
-Как вы догадались?
-Был у нас недавно разговор, что некая девица в гусары подалась. Увидев
тебя, решили, что так оно и есть. Не так уж много девиц в военной форме
бродят по окрестным лесам.
-Вы угадали. Сами что в лесу делаете?
Пришлось вкратце рассказать о событиях последнего дня. Тут я вспомнила,
что в дневнике Поля упоминалось некая Александра, которая спасла
прапрадеда Женевьевы и вышла за него замуж. Вроде бы её фамилия была
Григорьева. У Семёна - другая. Значит, это не та девушка. Не судьба.
Придётся снова искать. Пока я размышляла, Женевьева вела разговор с новой
знакомой, из которого выяснилось, что Семён находится в доме в качестве
пленника, а схватить его приказал тот самый несостоявшийся жених из
Петербурга, а вот зачем потребовалась Пантелеймонова, пока не ясно.
-Мне бы незаметно пробраться в дом, - повернувшись ко мне, сказала
Александра, - а там видно будет.
-План-то хорош, только как внутрь попасть? – поинтересовалась Женевьева.
-Есть у меня одна задумка, - произнесла Александра, - помню я эту усадьбу,
когда она ещё не представляла собой столь печальное зрелище. Здешний
барин был человеком с придурью, любил разные сюрпризы гостям
устраивать. Бывало, приедут соседи повидаться, а барин их по дому водит.
Диковинки разные показывает. Затем как сквозь землю провалится. Только
что был, а вот и нет его. Гости ищут, ищут, а найти не могут, хотят из
комнаты выйти, ан – нет, заперто. Паника начинается, а тут и барин
появляется, смеётся. Говорит, обманул. Иногда заманивал в тайную комнату,
нажимал на скрытую пружину, пол поворачивался, гости прямо перед
столами, накрытыми в саду, оказывались. Такой вот шутник. К чему я всё
это? Следует найти скрытый вход, думаю, он всё ещё работает, а там уж и
внутрь попаду.
-А ты знаешь, где этот самый вход искать?
-Помню вроде. Девочкой тут с отцом бывали. Кое-что приметила. Подождём,
пока стемнеет, а там уж и за работу. Давайте лошадь отгоним в лес, чтобы
незаметно было.
Все забрались в сани, и мы отъехали подальше от руин. Укрывшись
тулупами, задремали и не заметили, как стемнело. Пришла пора действовать.
Александра заявила, что отправится на разведку, а нам выпала честь
сторожить лошадей, не дай бог волки появятся. Мы с Женевьевой
переглянулись. Перспектива послужить волкам поздним обедом или ранним
ужином нас впечатлила, о чём мы и заявили. Нас успокоили, сказав, что
  
волки ушли вглубь леса и , наверняка, не появятся. Затем девушка, скользнув