Главная роль 7 (СИ)

Отдельным развлечением для жителей Европы стало наблюдение за специфическим политическим процессом в той же России. Мнения, как водится, разнились — с одной стороны адепты парламентаризмов и демократий на чем свет стоит крыли матом русского царя, диктатора и сатрапа, а с другой натерпевшиеся от собственного правительства адепты «твердой хозяйской руки» возносили Георгия на пьедестал и сильно сомневались в полезности толпы «дармоедов», которые большую часть времени лоббируют интересные им вещи и толкают напыщенные речи. В лагере как тех, так и других как рыба в воде чувствовала себя русская агентура, передавая на Родину порой такие интересные папочки, что товарищ Зубатов сотоварищи просто в осадок выпадали и устраивали яростные мозговые штурмы, в ходе которых вырабатывали наилучшие способы полученной инфой распорядиться — чему, конечно, очень радовался русский царь.
  
Вторая итерация российского Парламента получилась получше первой, и два первых года полномочиями — которые Георгий расширил — старалась пользоваться как положено, решая проблемы людей и вырабатывая здравые инициативы. Но увы — алчность и гордыня точили хрупкие сердца депутатов, и в особом архиве в подвале Зимнего начали копиться папочки с проступками деятелей. Вздыхая на их содержимое длинными и тихими Белыми петербургскими ночами, наш герой очень старался удержать в себе веру в то, что Парламент рано или поздно получится выдрессировать кнутом и пряником, придав ему действительно полезную форму и время от времени ставил красненькую печать на папочке особо зарвавшегося депутата, отправляя того на каторгу. Ну а что, человек грамотный, и на бесконечных стройках такой огромной страны ему точно найдется местечко, позволяющее искупить долг перед обманутой Родиной.
Транссибирскую магистраль в полной мере удалось запустить в начале 1898 года и сразу же начать прокладывать дополнительные пути, ветки и возводить прочую инфраструктуру, включая мосты внутри городов. Железная дорога вдохнула в и без того стремительное развитие Зауралья новую жизнь, позволив несколько расширить имевшиеся логистические «бутылочные горлышки». Потирали руки купцы, множились производящие вагоны и даже паровозы производственные мощности, втягивая в себя вчерашних крестьян, решивших разменять неолитический способ существования на работу в городах, драли друг дружке бороды за кирпич да цемент застройщики, и в такой бурной атмосфере, завороженно глядя на суету, росли новые поколения подданных Российской Империи, которые массово грызли гранит науки в прямо на глазах вырастающих и открывающих свои двери школах и училищах, поставляющих набирающей почти пугающие обороты промышленности специалистов всех мастей.
Отдельной гордостью стала электрификация. Разработанный и планомерно осуществляемый план ГОЭЛРО получил надежный фундамент для дальнейшего развития — электросети худо-бедно упорядочили в единую сеть, задыхаясь от недостатка рабочих рук и оборудования в чудовищном напряжении сил создали таки десятки генерирующих избыточные (пока) мощности объектов, при помощи поставляемых машиностроительными заводами грузовиков, экскаваторов и взрывчатки принялись насыпать плотины, которые в будущем станут гидроэлектростанциями. Ничего удивительного, в принципе — если за пару десятков лет пережившая революцию, интервенции, гражданскую войну, а до этого — истощенная Первой мировой и скованная рядом игнорируемых властью застарелых проблем Россия смогла индустриализироваться, то что ей мешает в реальности этой, когда дела идут несоизмеримо лучше, а Георгий I, дай Бог ему здоровья, отвешивал и отвешивает исполинские даже несмотря на свой откровенный дилетантизм во многих сферах направляющие пинки и без устали совершенствует государственный аппарат, не давая ему простаивать и заставляя живо откликаться на любую пригодную инициативу «снизу»?
Не стоит забывать и об обретенных эрзац-колониях: да, родные недра дают несоизмеримо больше пищи крепнущей Империи, но куски Индии, почти весь Китай и симпатичный доминион в Африке, не говоря уже о Панамской канале и многих добывающих там сырье и сбывающих продукцию частных конторах, играют свою роль. Последнее, в чем ныне нуждается Российская Империя, это банальные деньги — их в казне и частных толковых руках столько, что и тратить, блин, некуда: все уже много лет упирается в недостаток рабочих рук и материальных благ.
Увы, просто раздавать деньги населению нельзя, и совсем не потому, что он обленится и перестанет работать, а потому что то, чего вдруг стало с избытком, обесценивается. Приходилось Георгию сотоварищи «размазывать» денежную массу по всей стране аккуратно, через строительство инфраструктуры разного рода, сооружение вгонявших крестьян в благоговейный трепет домов культуры в деревнях, вложениями в образование и медицину, введением такой поразившей пролетариев в самое сердце штуки как «всеобщая пенсия по возрасту» и создание «зон опережающего развития», призванных «подтягивать» окружающие города и веси до более пригодного ко входу в XX век уровня. Ну и наука, конечно — сети КБ и НИИ по всей стране пожирали огромные деньги, но приносили стабильную пользу, позволяя затыкать образованные кадровым голодом производственные дыры технологиями и высвобождая таким образом дефицитных людей.
Не забывал царь и об армии с флотом, морщась от необходимости тратить на них драгоценные кадры и производственные мощности. Кабы не приходилось, «пятилетки» Империя исполняла бы не за кокетливые четыре года, что всему населению очень нравилось («во как могём!»), а за три, а сами планы можно было бы разрабатывать более масштабные. Реформам подверглась армия самым что ни на есть радикальным — теперь в ней завелись профессиональные войска постоянной готовности, а срочную службу подкрутили до четырех лет, в ходе которых к привычной муштре, хозработам и собственно армейской подготовке добавился интенсивный курс обучения школьной программе, давший неплохие плоды — после «дембеля» проявивший усердие солдат в силу грамотности может применять себя на благо Родины гораздо лучше, чем было раньше. Но увы, все еще капля в море.
Вот они — «проблемы белых людей», как порой шутил Георгий. Страна живет, богатеет, растет над собой беспрецедентными темпами, уже пару лет как прочно оккупировав первые строчку всяческих экономических рейтингов (за исключением тех, которые завязаны на производство конкретных товаров — полной доминации во всех сферах, увы, даже такая удивительная страна как Россия достичь физически неспособна, ей для этого еще тысяч этак четыреста населения нужно) и став самой желанной целью для экспортеров и инвесторов со всего мира. Последние к нынешнему, 1900-му году, как правило обламываются — ну не нужно России то, что вы предлагаете, господа, потому что очень многие узкие места уже закрыты предшественниками, а царь-батюшка за родной промышленностью пригляд держит строгий, своевременно «подкручивая» пошлины так, чтобы за интересы промышленников не приходилось отдуваться только-только начинающему твердо стоять на ногах массовому потребителю, не переплачивая втридорога за необходимые изделия только из-за приписки «сделано в Российской Империи», нередко довольствуясь гораздо худшим по сравнению с импортом качеством.
Любит Царь-батюшка богоданное податное население, честно за его благо радеет, а население того, согласно переписи 1889 года, прибыло изрядно — сто тридцать миллиончиков плюс-минус, и это только обладающих полноценным подданством Российской Империи. Гастербайтеров да отбывающих «испытательный срок» на получение подданства сверху миллионов этак двадцать смело можно приплюсовать. Сказывается глобальная победа над голодом, сказываются развитие медицины и прибавка врачей в количестве и качестве — растет рождаемость, растет средняя продолжительность жизни, растет и общий КПД общества, выражающийся в экономических и интеллектуальных достижениях. И это еще новое поколение подданных, родившихся или в пеленках ползающих на момент сошествия Георгия на причал Владивостока не подросло, а только-только учится с пользой применить себя к общественной пользе, в чем ему помогает хорошеющая не по дням, а по часам система образования.