Лабиринт Ариадны

Зато вторые теребят их, как веселые щенки – старого британского кота.
Хотя сильнее всех меня восхитила корейская девушка, которая явилась в шелковой пижамке и нисколько по этому поводу не страдала. Розовой, с зайчиками.
Она в зале смотрелась лучше всех, все остальные на ее фоне казались очень странными людьми в своих деловых костюмах.
А еще с моего наблюдательного пункта я вовремя заметила сразу двух человек, которые одновременно вошли в зал через противоположные двери.
Причем слева сначала начались суета, шум и стала прибывать толпа – все это, я так понимаю, всегда предвещает появление синеглазого бога.
А вот с другой…
Там было тихо.
Но моя голова сама повернулась в сторону дверей в нужный момент, словно я была птицей, что чувствует магнитный полюс или черепахой, которая неизменно возвращается на тот пляж, где вылупилась из яйца.
Из правых дверей появился Руслан.
Мой бывший… начальник. И не только.
Человек, который преподал мне еще один важный урок взрослой жизни.
Секс – еще не повод для обращения к генеральному директору на «ты». И вообще обращения без серьезных причин.
«Если у вас есть рабочий запрос – обратитесь к непосредственному начальнику, Фролова».
Даже неоднократный секс.
Даже жаркий шепот в машине: «Ты охуенная, я от тебя без ума».
Вот уж кого я хотела видеть здесь меньше всех людей в мире. Но не повезло.
Я отодвинула чашку с кофе. Здесь требовалось кое-что покрепче.
Подхватив со стойки бокал с шампанским, я неспешно, стараясь не суетиться, направилась к Нику и Гришеньке, которые наконец-то прибились к какой-то небольшой компании и даже влились в нее. Гришенька улыбался, Ник разговаривал – такое у них было распределение обязанностей.
Меня там особенно не ждали, но Нику пришлось меня представить.
– Клаус, это Ариадна, наш локализатор, – процедил он сквозь зубы на английском.
– Ариадна? – из-за спины раздался удивленный голос. – Какое интересное имя! Вас так родители назвали?
Я обмерла, ощущая, как горячие мурашки разбегаются от затылка, который аж покалывало от ощущения близости синеглазого бога. За неимением лучшего занятия, мозг решил проанализировать его акцент – немного британского, самая капля, сверху немного рычащих «р», но не таких твердых, как у русских и итальянцев. Кто же ты, таинственный незнакомец? Из какой хотя бы части света?
– Да, они были большими фанатами древнегреческой мифологии, – я встретила море в его глазах и, задохнувшись, сделала слишком большой глоток шампанского.
Закашлялась…
И это, увы, привлекло внимание хищников, бродящих за пределами нашей поляны с костром.
– О, я смотрю и Фролова не пропустила конференцию! – вот этот голос я точно никогда больше не хотела слышать. – Как удачно, что ты тоже здесь… одна. Вечерком заскочу побеседовать. Наедине.
Больше всего на свете мне хотелось зажмуриться и спрятаться за чьей-нибудь сильной спиной. Но Руслан приближался неотвратимо. И смотрел прямо на меня, хоть и говорил по-английски, соблюдая правила этикета. Или просто хотел, чтобы было побольше зрителей моей слабости?
Запаниковав, я вцепилась в стоящего рядом Ника.
Обняла обеими руками его локоть, прижалась всем телом. Он с изумлением смотрел, как я все больше на нем висну, и я просто воочию видела, как стекла его очков отражают два огромных неоновых знака вопроса.
– Прости, у меня ревнивый мужчина, он не разрешит нам оставаться наедине! – выпалила я по-русски, чтобы не позориться перед всеми, кто на нас смотрел.
Сжала локоть Ника сильнее – ну подыграй же мне!
– Конечно нет, – твердо сказал он, обвивая рукой мою талию и прижимая ближе. – Ариадна моя девушка!
Правда, я забыла про еще одного человека, знающего русский язык, в этом зале.
Глаза цвета глубокого синего моя сверкнули, сочные губы бога на мгновение поджались.
Он смотрел на нас как-то странно, словно бы с недоверием.
Будто знал, что мы врем.
И это было плохо. Что нас выдало?
Ник неспешно склонил голову и увел меня в сторону, покидая кружок людей, где оставался Руслан.
  
– Фролова, что происходит? – прошипел он, наклонившись ко мне, когда мы отошли подальше.
Со стороны это наверняка выглядело очень мило – обнимашки и перешептывания. Только железная рука, стиснувшая талию обручем, не позволяла мне обмануться настроением начальства.
– Долгая история, – попыталась увильнуть я.
– Уложись в одну фразу.
Я наморщила лоб:
– Ну… это бывший любовник, которому мой брат переломал ноги и за это загремел в тюрьму.
Ник молчал несколько секунд, после чего с едва заметной ноткой уважения признал:
– А ты опасная.
– Я – нет, а брату еще семь лет сидеть.
– Понял. – Ник медленно выдохнул, отобрал у меня бокал и допил шампанское. – Этот… бывший – может испортить тебе жизнь?
– Не только может, но и постарается изо всех сил, – сказала я.
– Заебись… – мрачно проронил Ник.
Его рука прижала меня к себе жестче, так что стало трудновато дышать.
На синеглазого я изо всех сил старалась не оглядываться.
 
Глава четырнадцатая. Ариадна пьет
 
– Итак, Руслан Мальцев, руководитель холдинга «Астер» – твой бывший любовник? И то, что несколько лет назад преподносилось как нападение на него грабителей, на самом деле…
– Да, – кивнула я. – Его избили мой брат с друзьями. И даже сняли видео, где говорят, что это из-за меня. Оно потом фигурировало в суде. Про ограбление накрутили сверху, чтобы побольше дали.
Десять минут назад я попросила коктейль покрепче. Но местный бармен решил продемонстрировать все свое мастерство и все еще сжимал тисками и полировал кубик льда, превращая его в безупречный шар. А потом начал выплавлять на этом шаре название бара и мои инициалы.
И только после этого аккуратно опустил его щипцами в бокал, налил виски, содовой, какого-то ликера – мне было уже все равно. Едва получив вожделенное пойло, я вцепилась в него двумя руками и опрокинула одним махом.
За что получила очень злой взгляд искоса от истинного мастера, чью работу так и не оценили.
– Еще! – попросила я, отодвигая пустой бокал.
Хотя красивый шарик все еще лежал на дне, повторно его, конечно, никто использовать не планировал.
Бармен улыбнулся, кивнул… и продолжил колдовать над коктейлем для Ника, который заказал кайпиринью. Туда шло три кубика льда с извилистой поверхностью.
– Значит это у тебя привычка такая – с начальством спать? – Ник решил начать с провокации.
Он был чертовски зол, пока тащил меня с «демократичного завтрака». Мы еле дождались открытия бара, потому что это было единственное место, где можно было поговорить спокойно. Ни идти в его номер, ни пускать его в свой – я не собиралась. Мы устроились на краю стойки, там где нас не было видно из холла. И мой начальник потребовал от меня «долгую историю».
– Привычка? – поперхнулась я.
– Ко мне ты тоже приставала…
– Приставала?!
От его наглости у меня не находилось слов, и я просто повторяла за ним последнее услышанное, как в плохом сериале, где сценаристу платят построчно.
– С начальством вообще чревато спать, Фролова, ты в курсе? Потом могут быть большие проблемы.
– Я – в курсе!
Бармен добавил твердости в мой восклицательный знак, поставив со звонким стуком перед Ником его коктейль. И тут же попытался слиться, но я настойчиво подтолкнула к нему свой пустой бокал и повторила свое «Еще!»
– И вообще на работе не стоит мутить с коллегами, – продолжал занудствовать Ник. – Даже если кажется, что это большая любовь, и вы не просто коллеги, а боевые товарищи и у вас одна цель. Я это проходил, поверь. И очень хорошо знаю, насколько это плохая идея.
– Ник, ты мне не отец, чтобы учить жизни, извини уж…