Маны – полные карманы! (СИ)

Здесь главное — не проколоться. А поскольку ложь я обычно не практикую, то и навык у меня в таких делах развит был не сильно. Ну, ничего, может, как раз пришло время прокачать свои актёрские возможности.
В старых фильмах такое называли «работа под прикрытием». Интересно, что значит этот термин? Что того кто внедряется, кто-то прикрывает и страхует, или то, что он находится под прикрытием легенды? Раньше никогда об этом не задумывался, но теперь, оказавшись в подобной ситуации, вдруг очень сильно захотелось это узнать… но не у этого же парня спрашивать. Да он и сам, скорее всего, не знает.
  
Я поймал себя на мысли, что волнуюсь. От этого и глупости всякие в голову лезут. Такой, слегка путанный поток сознания. А это всё оттого, что возникла пауза, которая теоретически даёт мне возможность дать заднюю. Возможно, это последний шанс! И кто-то маленький внутри кричит, чтобы я остановился, не совершал этот идиотский поступок по проникновению в банду, ради девки, которая этого никогда не оценит.
Но я этот голосок глушил и старался загнать поглубже. У меня была своя шкала ценностей и принципов, и я собирался оставаться им верен. Иначе один раз киксанёшь, второй, а потом уже и сам себе доверять перестанешь. Нет, такого себе позволять нельзя!
— Не ссать! — едва слышно пробормотал я себе под нос.
Однако парень что-то услышал.
— Чего? — повернулся он ко мне.
Услышать, что я сказал, он вряд ли мог, скорее, среагировал на невнятное бормотание.
— Ничего, — удивлённо посмотрел на него я, — вздохнул просто.
— А-а-а-а-а, — недоверчиво пробормотал парень и зашагал дальше.
Поскольку мы удалялись от висящей в коридоре лампочки, через некоторое время мой провожатый зажёг светоч над головой.
Марта обнаружилась метров через двести с лишним. Она компактно и неподвижно лежала на идущей под самым потолком толстой трубе и смотрела в потолок. Это она делала очень правильно, потому что чужой взгляд очень привлекает, и его легко заметить. А так что-то тёмное и бесформенное лежит на трубе, не сразу и за человека примешь.
Парень её не заметил. Я бы, наверное, тоже не заметил, если бы не искал специально. К тому же я знал, что именно искать. Знал, как она одета, и потому взгляд сразу зацепился за знакомые цветовые оттенки.
Я улыбнулся, когда мы проходили под Мартой. В данный момент происходящее было даже забавным. Но особо веселиться, конечно, не стоило. Кто знает, как они поступают с теми, кто проник к ним сюда без их согласия, пусть даже и случайно. Но скоро нам это предстояло выяснить.
Когда мы отошли на приличное расстояние, я услышал сзади лёгкий шорох мягкого приземления. Видимо, Марта спрыгнула вниз. Парень этот звук не услышал. Опять же, я просто ждал звук сзади, а он нет. Поэтому даже тихий шорох я заметил, а он проигнорировал.
Подождав немного, я украдкой оглянулся, но Марту не увидел. Она молодец, держится на почтительном расстоянии, чтобы её не было видно.
— А что, ты действительно пропуска выдаёшь? — задал я парню вопрос, который меня давно мучил.
— И выдаю, и забираю, но чаще просто проверяю, — слегка обернувшись, ответил тот, — у нас тут дисциплина! Просто так шляться не положено! — сказал он даже с некоторой гордостью.
— И часто тут народ ходит? Так, вроде и не скажешь, что это главный вход, — сказал я, продолжая вытягивать его на разговор, а он особо этому и не сопротивлялся, наверное, потому что не считал эту информацию хоть сколько-нибудь секретной. Ему это всё казалось само собой разумеющимся.
— А это и не главный вход, — с лёгкой грустью пояснил он, видимо, сожалея, что сидит именно в этой дыре, — один из второстепенных. Им мало пользуются, но всё равно иногда и он пригождается. Да, работать тут скучновато, но для тех, кто пока не продвинулся выше, место не плохое.
— Куда выше? — задал я резонный вопрос.
И вот тут уже парень вдруг вновь насторожился и, видимо, решил не выбалтывать лишнего.
— Если сочтут нужным, то расскажут тебе, — сказал он тоном, обрывающим всякие дальнейшие вопросы, — а не сочтут, то и мне ни к чему распространяться.
— Да я просто спросил! — я вскинул руки, — если нельзя, то не говори!
— Не то чтобы нельзя, — смутился почему-то парень, — просто не буду.
Скорее всего, он просто не знал толком, как себя вести в подобной ситуации, потому что раньше ничего такого с ним не происходило. Вот и решил перестраховаться от греха подальше.
Когда мы дошли до перекрёстка, где два коридора пересекались под прямым углом, там меня уже ждали. Ждали двое крепких парней, и сразу было понятно, что это конвой. Эти точно не будут болтать и рассказывать о своей внутренней иерархии. А вот по почкам настучать вполне могут, если что-то не понравится. Над головой у каждого из них висел небольшой светоч.
— Он? — кивнул на меня один из здоровяков, как будто тут были другие варианты.
— Он! — кивнул ему в ответ мой провожатый, — ну что, я обратно, на пост? — на всякий случай спросил он.
— Откуда мне знать? — грубовато ответил здоровяк, — это не мои проблемы.
Парень с пониманием кивнул, и чтобы дальше не ронять свой авторитет, которого и так судя по отношению к нему этих парней было не очень много, быстро развернулся и заспешил обратно.
Я с тревогой подумал про то, как Марта будет с ним расходиться, но поскольку сейчас на это я повлиять никак не мог, то решил не зацикливаться на деструктивных мыслях, а постарался сосредоточиться на собственной судьбе. А судя по тем ребятам, которые пришли за мной, она вовсе не обязательно будет у меня счастливой. Под ложечкой неприятно засосало.
Но деваться теперь уже точно было некуда, нужно идти до конца и гнуть свою линию.
— Вы занимаетесь приёмом новых членов в общину? — я снова включил дурака.
— Членов! — хохотнул здоровяк, который до этого всё время молчал.
Второй на него недовольно взглянул и подтолкнул меня в направлении одного из коридоров. Я сделал вид, что споткнулся от толчка, и, упав, подобрал с земли небольшой белый камень. Только ступив в нужный коридор, я этим самым камнем прочертил на ходу длинную полосу на стене.
— Ты чего это делаешь? — возмутился разговорчивый здоровяк и ударил меня по руке, выбивая камень.
— На всякий случай, — быстро ответил я, — вдруг одному придётся возвращаться, оставляю метки, чтобы не заплутать!
Два здоровяка удивлённо посмотрели друг на друга, и тут же разразились громким, раскатистым хохотом, который заполнил весь коридор и отправился гулять дальше, отражаясь от сводов.
— А что смешного? — изобразил я на лице искреннее удивление.
— Иди, иди, — снова подтолкнул меня в плечо здоровяк, — не заплутаешь, не боись! — и они снова расхохотались.
Отговорка была, конечно, бредовая, а само предприятие довольно рискованным. Но, похоже, мне повезло, что эти парни были туповаты и легко купились на то, что я им сказал. Посчитали меня дураком. Это свойственно всем недалёким — тупыми считать окружающих.
В общем, какую-никакую, а метку для Марты я оставил. Уж не знаю, увидит ли она её, поймёт ли, что это для неё нарисована черта на стене, но я сделал всё, что мог в этой ситуации.
Эти парни вели меня уже более грамотно. Один шёл впереди, а вот второй сзади. Так что, я старался не оборачиваться без острой необходимости. Однако по некоторым признакам мне казалось, что Марта крадётся за нами. Иногда сзади долетал лёгкий невнятный шорох. Здоровяки его не замечали, а я улавливал, потому что очень внимательно прислушивался.
Как Марта разминулась с сотрудником бюро пропусков, я не знал, но очень хотел её об этом спросить. В самом деле был крайне интересно. Опять залезла куда-нибудь и ждала, пока он пройдёт? Или пробежала мимо него так быстро, что он даже не заметил… ну, это было маловероятно. Как бы быстро она ни бегала, но всё же не до такой степени, чтобы в узком коридоре её не заметил человек в здравом рассудке.
Мои размышления об этом прервали сопровождавшие меня ребята.