Не может быть

– Аня, это никуда не годится! Всё! Я везу тебе голубцы!
– Ни в коем случае! Меня не будет дома! – выпалила Аня.
– А куда ты идёшь? – в тёте Лиде тотчас же проснулся дремавший до этого момента сыщик. – Неужели наконец-то свидание?
Аня раздосадованно поморщилась. Началось.
– Ну какое свидание? На работу вызывают.
– В воскресенье?
– Да. На воскресник. Это как субботник, только в воскресенье. – Ане уже хотелось поскорее прекратить этот разговор, поэтому, опережая тётин вопрос, она добавила: – Будем листья грести.
– С каких это пор учителя листья гребут? – голос сочился недоверием.
«Ох, когда же это всё закончится!» – Аня мысленно ругала себя всякими нехорошими словами.
– Мы работаем по зарубежным методикам. Там все так делают.
– Очень странные методики. Конечно, своё развалили, теперь обезьянничаем! Неужели и ваша новая директриса будет с граблями? – Тётя была наслышана о ней от Ани.
– Конечно, – убеждённо импровизировала Аня, представив Елену
Владимировну с граблями, в узком, сексуально обтягивающем её тело халате… Скорее бы вечер понедельника! – Это, знаешь, как поможет сплотить коллектив!
– Да уж, сплотишь тут его. Женский коллектив – такая клоака! – тётя Лида, до выхода на пенсию преподававшая в консерватории, имела своё, крайне негативное, мнение на этот счёт.
– Анечка, ты потеплее одевайся и шарф не забудь, чтобы тебя там нигде не продуло.
– Обязательно! – Ане было ужасно неловко за своё враньё! – Тёть Лида, ты меня извин[1]и, пожалуйста. Я тебя очень люблю! А твои голубцы просто обожаю! Я постараюсь к тебе заехать на неделе. Обязательно. Хорошо?
– Ладно. Беги на свой воскресник. И я тебя люблю! Звони мне! – тётя Лида отключилась.
Пытаясь унять угрызения совести по поводу только что закончившегося разговора, Аня бездумно закрывала вкладки на телефоне и вдруг – входящее сообщение… от Лены! Как она могла его не заметить?! Отправлено, видимо, вскорости после их телефонной беседы. Уже три часа как висит. Почему-то стало страшно открывать. Вдруг что-то нехорошее…
«Скорее бы уже вечер понедельника! Скучаю по тебе очень!»
Аню словно тёплой волной окатило. Внизу живота стало щекотно. Пальцы проворно забегали по экрану телефона:
«Извини, не заметила твоё сообщение. Я тоже очень-очень соскучилась! Думаю о тебе всё время. Не могу дождаться понедельника!!!»
В магазине Аня поминутно заглядывала в телефон – вдруг пропустила сообщение! Но входящих от Лены не было.
Домой вернулась с покупками, но они не радовали. В окна заглядывали ранние сумерки. На душе было муторно. Еле заставила себя сесть за конспекты. Телефон положила на стол, возле учебников. В голову лезло всякое: а вдруг муж увидел сообщение, а вдруг Лена передумала…
Всё-таки странно всё это произошло: натуралка, никогда о девушках и не помышлявшая, вдруг чуть ли не в любви признается женщине, да ещё и коллеге, а главное, занимается с нею сексом. Каким-то фарсом это всё отдавало. Хотя ведь в постели было всё по-настоящему. Уж притворство она бы почувствовала.
– Зато как романтично! Как мир заиграл красками! Какая лёгкость во всём теле! Кажется, что сейчас взлетишь, – восторгалась Аня-Мата Хари.
– Ах лёгкость! Ах невесомость! – перекривила её Аня-пионерка. – Это от голода! Ещё сутки не поешь, конечно, взлетишь, когда ветер подует. – И недовольно пробурчала: – Не нравится мне всё это!
Не писалось. Аня решила попить чаю на кухне. Телефон взяла с собой.
Так толком и не подготовившись к урокам, она легла спать, положив его возле себя. Сообщение так и не пришло.
 
Глава 12
 
После Лёшкиных слов Лена застыла. Лицо горело, как от пощечины. Потом она выбежала в коридор:
– Лёша! Постой! Давай поговорим!
Но он даже не обернулся, хлопнув входной дверью.
– Не уходи!.. – Она сползла по стенке, уткнувшись лицом в ладони, и наконецто заплакала.
– Вот тебе и Лёшка! Пофигист, увалень Лёшка! -бормотала она сквозь слёзы. – Ему не нравится со мной в постели. Так и мне ведь тоже не нравится. Но я же не ухожу из дому, – причитала Лена. – Неужели постель – главное в семейной жизни?! А как же забота, уважение, доверие, в конце-то концов?! Лишь бы трахаться хорошо…
  
«Чего же ты молчал?! – она мысленно кричала ему. – Ведь я всегда за диалог… Неужели я бы не пошла навстречу?! Конечно же пошла бы, -убеждала она себя. – Ради Андрюшки! А если он узнает, что его родители после двадцати лет совместной жизни с ума посходили… – мысли метнулись к сыну: – Ему и так не мёд в чужой стране!» – Лена ещё сильнее зарыдала.
Лодка семейной жизни шла ко дну. Как её оставить на плаву, она не знала!
Елена Владимировна, всегда ратующая за здравый смысл, сидела на полу в коридоре и, захлёстываемая эмоциями и таким непривычным чувством жалости к себе, рыдала взахлёб.
Жутко разболелась голова, что и привело её в чувство. Она поднялась с пола, подошла к зеркалу. Долго смотрела на красное и зареванное лицо. Потом сказала своему отражению:
– Спортзал и бассейн сейчас. Остальное – когда мозги включатся.
***
Елена крутила педали велотренажера. Злые слёзы катились из глаз, оставляя мокрые следы на красных щеках.
Мысли, как цирковые лошади – по кругу десятый, сотый раз: Лёшка ушёл к соседке на свидание, потому что его достала фригидность жены; Лёшка ушёл на свидание к другой; потому что он разлюбил жену; Лёшка спит с другой, потому что жена его не удовлетворяет…
Казалось, что голова вот-вот лопнет от этих скачущих мыслей. Лена выключила тренажер. Нужно наконец-то успокоиться, постараться отрешиться от эмоций и подумать здраво!
Она вышла из зала и пошла к раздевалке надеть купальник.
На удивление в бассейне людей почти не было. Она легла на воду и, чуть
шевеля руками, постаралась расслабиться. Заставила себя начать анализировать ситуацию.
Первое, у Лёшки появилась женщина. Чего уж скрывать, она подозревала это. Почему же так обидно и горько?! Да потому что предполагать – это одно, а знать – совсем другое. Опять эмоции… Стоп!
Второе, ты его в постели не устраиваешь, потому что, как он сказал, фригидная. Опять обидно, потому что неправда. Подтверждение тому – прошлая ночь с Аней. Ещё и это на мою голову. Так, об Ане позже.
Третье, Лёшка ушёл, потому что ему нужен секс с чувственной женщиной. Смогу ли я ему такой секс дать? Наверное, да. Ведь ночь с Аней показала, что чувственности мне не занимать. Чёрт! Опять Аня.
Четвертое, смогу ли я спать с Лёшкой, зная, что он изменял мне с другой женщиной? Но я ведь тоже ему изменила. Хотя, если женщина с женщиной, разве это измена? Наверное, всё-таки да, потому что накал страстей был такой… О боже, опять Аня!
Да сколько же можно к ней возвращаться?! А может, именно эта ночь с ней и была катализатором всего? Не останься я ночевать в родительской квартире, пришла бы домой вчера, купила бы продукты, приготовила бы еду, и то злосчастное яйцо одолжила бы я!
Хотя, чего лукавить, он ведь вскорости после свадьбы начал бурчать о том, что я холодна в постели…
Пятое, я знаю, что не фригидная. Просто… мы с Лёшкой не подходим друг другу в постели. И если я могу с этим смириться и жить, он, как оказалось, нет. Это что, конец браку?!
При этих мыслях Лена совсем перестала шевелить руками и почувствовала, что начинает погружаться в воду. Вдруг стало страшно захлебнуться… Двадцать лет брака коту под хвост?! Отдать своего Лёшку, неплохого ведь мужа, какой-то бабе?! Ну уж нет! Она будет бороться!
Повернувшись на живот, Лена поплыла к бортику размашистым кролем.
Она стояла в душе под упругими струями, с горькой иронией думая, что вот и ей пришлось пополнить ряды мадам Брошкиных. Только и осталось, что соскрести себя с тарелочки, по которой тебя так чудненько размазали и идти к психологу, чтобы эту размазню склеить… «Стоп! Сто-оп! Ё! – Лена даже перестала чувствовать удары воды по телу. – Маринка! Господи! У меня же подруга единственная – психолог! Вот уж я точно с катушек слетела!» – Лена выключила воду и, вытираясь на ходу, поспешила в раздевалку.