Бог возмездия (ЛП)
На ее лице появляется проблеск облегчения.
— Хорошо.
Я отстраняюсь, и когда вижу ее в своем свитере, адское чувство собственничества переполняет меня.
— Мне нравится, когда ты в моей одежде, — бормочу я.
— Мне тоже нравится. — Улыбается она мне, соскальзывая с витрины. — Он уютный и теплый.
На Габриэлле кроссовки, и без высоких каблуков она достает мне только до середины груди.
Всепоглощающее чувство защиты присоединяется к чувству собственничества в моей груди.
И тут я, блять, понимаю, что она находится всего в нескольких футах от моей кровати.
Кроме Марты, которая приходит убираться, ни одна женщина не ступала в мои апартаменты.
Блять.
Мой взгляд перебегает с Габриэллы на кровать, затем снова на нее.
Прежде чем я решаю трахнуть свою невесту, я беру ее за руку и почти выволакиваю из комнаты, торопясь отойти на безопасное расстояние от кровати.
Только на лестнице я вспоминаю, что Габриэлла вдвое меньше меня, поэтому замедляю шаг.
Выйдя через парадную дверь, я иду к внешнему зданию рядом с деревьями, где находятся мой арсенал и тир.
Когда я набираю код, и дверь со щелчком открывается, я вхожу внутрь и включаю свет.
Я слышу, как Габриэлла ахает.
— Ого, сколько оружия.
Я оглядываю пистолеты и выбираю один для Габриэллы.
— Это SIG P365. В нем двенадцать патронов. — Я проверяю магазин, затем протягиваю ей оружие.
Она берет его, осторожно обхватывая пальцами рукоятку.
— Ну, каково оно? — Спрашиваю я.
— Он не такой тяжелый, как я ожидала, — признается она.
— Хорошо.
Я подхожу к задней части здания, где находится тир, и, достав из-за спины свой Glock, говорю:
— Смотри, что я делаю.
— Хорошо.
Глаза Габриэллы прикованы ко мне, пока я выпускаю пять патронов в мишень, попадая в голову и грудь.
Взглянув на нее, я замечаю, что ее щеки раскраснелись.
Наклонив голову, я спрашиваю:
— Тебе нравится смотреть, как я стреляю из пистолета?
— Ааа… — Она смотрит мне в глаза, говоря: — Да.
— Подойди ближе, principessa, — приказываю я.
Когда она оказывается на расстоянии вытянутой руки, я притягиваю ее, чтобы она встала передо мной лицом к мишени.
Наклонившись, говорю:
— Расположи руки так же, как я.
Она поднимает их, направляя ствол пистолета на мишень.
— Нажми на курок.
Она делает выстрел, и пуля попадает в стену на расстоянии фута от мишени.
Она смотрит на меня через плечо.
— Извини.
Я качаю головой.
— Именно поэтому мы здесь. Чтобы ты научилась стрелять.
Я засовываю свой Glock обратно за пояс брюк и, обняв Габриэллу, подталкиваю ее руки вверх.
Я прицеливаюсь, затем приказываю:
— Нажми на курок.
Она стреляет, и пуля попадает в боковую часть мишени.
Я поправляю ее руки.
— Стреляй.
На этот раз она попадает в сердце, и уголок моего рта приподнимается.
— Еще раз.
Бах.
— Еще раз.
Бах.
— Еще раз.
Бах.
Я опускаю руки и, даже не задумываясь, похлопываю ее по попке.
— Хорошо.
Я сжимаю руки в кулаки, чтобы не тянуться к ней, потому что хочу почувствовать каждый дюйм ее тела.
Затем хриплым голосом приказываю:
— Продолжай стрелять, пока не опустеет магазин.
Я вставляю в пистолет магазин за магазином и наблюдаю, как у Габриэллы с каждым выстрелом получается все лучше.
Когда она снова нажимает на курок, мой взгляд останавливается на обручальном кольце, и я замечаю, что оно немного великовато для нее.
Придется изменить размер.
Мне ни капельки не нравится идея снимать кольцо с ее пальца.
— Что случилось? — Спрашивает Габриэлла.
— Кольцо слишком большое, — бормочу я.
— Я набираю вес. Скоро оно будет сидеть лучше.
Мой взгляд скользит по ее телу, и мне нравится, что оно становится более округлым. Не то чтобы с ее телом было что-то не так, просто мне не придется быть очень осторожным, чтобы не причинить ей боль.
На ее лице появляется странное выражение.
— Если только ты не против того, чтобы я набирала вес.
Какого хрена?
— Почему ты так думаешь? — Почти рявкаю я на нее.
— Моя мать всегда следила за моим весом. Я подумала, может, ты захочешь делать то же самое.
Что. За. Хрень?
Я делаю глубокий вдох, чтобы не потерять самообладание и бормочу:
— Я не против. Просто не худей больше. Ты и так легкая, как гребаное перышко.
На ее лице расплывается улыбка.
— Хорошо.
Скрестив руки на груди, я спрашиваю:
— Что еще делала твоя мать?
Как и раньше, она качает головой и отвечает:
— Ничего такого, с чем бы я не могла справиться.
— Скажи мне, — требую я.
Она опускает взгляд на оружие в своих руках.
— Моему появлению на свет они определенно не были рады, — отвечает она напряженным тоном. — Да и мое рождение не планировали. — Она пожимает плечами и пытается улыбнуться, но от эмоций ее лицо слегка морщится. — Впервые меня обняли две недели назад. Миссис Аккарди. Это было очень приятно.
Впервые обняли?
Моя кровь застывает в жилах.
— Твои родители никогда не проявляли к тебе никакой привязанности?
— Нет. — Она поворачивается лицом к мишени и поднимает руки, чтобы выстрелить.
— Опусти пистолет, — приказываю я.
Вздохнув, она кладет оружие на стойку у стены, затем бормочет:
— Я правда не хочу говорить о своих родителях.
— Иди сюда.
Она смотрит на мое лицо, а затем подходит ближе.
Подняв руку, я обхватываю пальцами ее шею, а затем притягиваю ее к своей груди. Я наклоняюсь и обхватываю ее второй рукой, крепко прижимая к себе.
Я чувствую дрожь, сотрясающую ее тело, и, подняв ее с земли, бормочу:
— Обхвати меня ногами.
Габриэлла делает, как я говорю, обхватывая руками мою шею. Я иду к зоне отдыха и, усаживаясь, приказываю:
— Оседлай меня.
Она снова делает, как я говорю, и, устроившись поудобнее, я прижимаю ее к себе еще крепче, целуя в макушку.
— Ты просто обнимешь меня? — шепчет она напряженным от эмоций тоном.
— Да. — Я начинаю водить рукой по ее спине, затем говорю: — Расслабься, principessa. Прижмись ко мне.
Убрав руки с моей шеи, она прижимается к моей груди, и уголок моего рта приподнимается.
Я начинаю чувствовать жар ее тела, и ее аромат витает вокруг меня.
Закрыв глаза, я сосредотачиваюсь на том, каково это — обнимать ее.
Это удобно, и она прекрасно ощущается у меня на коленях и в моих объятиях.
Она кладет одну из своих рук мне на бок, и я чувствую, как напряжение покидает ее тело.
Через несколько минут она признается:
— Это очень приятно. Мне это нравится.
— Хорошо, — бормочу я.
Я обнимаю ее еще некоторое время, после чего она поднимает голову и выпрямляется у меня на коленях.
Я подношу руку к ее лицу и провожу пальцами по изгибу ее подбородка.
— Ты прекрасна, Габриэлла.
— Спасибо.
Когда я молчу, просто глядя на нее, она спрашивает:
— Мне слезть с твоих колен?
Я качаю головой.
Когда я вижу, что ей становится неловко из-за того, что я просто смотрю на нее, говорю:
— Я люблю тишину. Она помогает мне зарядиться энергией.
— Я запомню это, — шепчет она, а затем снова прижимается к моей груди.
Уголок моего рта приподнимается, и я закрываю глаза, привыкая к ощущению ее тела, прижатого к моему.
Глава 20
Габриэлла
Лежа в постели, я изо всех сил пытаюсь заснуть, пока в голове проносятся события последних двух дней.
Сегодня я увидела Дамиано с другой стороны. Когда он держал меня на коленях, я действительно чувствовала себя в безопасности.
Я чувствовала себя не просто в безопасности.
Всякий раз, когда я нахожусь рядом с ним, у меня в животе постоянно что-то трепещет, а сердце колотится со скоростью мили в минуту.