Кубанская конфедерация. Пенталогия (СИ)

– Тогда ясно. По остальным направлениям что?
– Всё замерло, и причина та же: отсутствие свободных средств. Планировалось откупить мастеровых людей на рынках Трабзона. Но пока – стоп. Хотели вложиться в несколько мелких частных предприятий, а вклад внести нечем, и так по всем нашим планам. Я людям слово давал, что до Нового года внесу тысячу конфов, а теперь получается, что я своему слову не хозяин и на честное имя компании «Мечников и сын» ляжет первое маленькое пятнышко недоверия.
  
– Ладно, насчёт денег не переживай. Завтра Ерёменко десять тысяч золотом выделит.
– С чего бы это? – удивился Калуга.
– Ну, мы ведь всё же не зря в походы ходили? Каждое доброе дело на благо государства должно хорошо оплачиваться, и оно будет оплачено. Сам считай. За этот год на Дебальцево ходили, на Калмыкию двумя группами да на Румынию осенью, так что затраты все возмещены. Да ещё в общий котёл нам две премии причитается, одна – за все наши боевые подвиги и за собак разумных, а другая – за уничтоженных в столице сектантов. В общей сумме – десять тысяч, так что проекты не замораживай, продолжай работать в прежнем режиме.
Калуга сразу заулыбался и радостно потёр руки:
– Вот это дело, теперь следующий год вытянем в любом случае, и акции продавать не потребуется.
– Да, не потребуется. – Я встал и протянул ему руку. – Ладно, финансист, ты на хозяйстве, а я в столицу, надо узнать, что там начальство нам предложить хочет.
Наши ладони сомкнулись, мы кивнули друг другу и расстались.
Спустя пять минут я находился в тёплом салоне приведённого в порядок корейского внедорожника, который получил от дебальцевских поисковиков, и направлялся в Краснодар. За окном мелькали серые придорожные деревья, в радиоприёмнике играла какаято старая музыка, а мысли мои текли плавно. Думок было много, но в первую очередь меня занимали те же самые вопросы, что и моих командиров. Куда нам по весне дорога ляжет и для чего Ерёменко приказал увеличить численность отряда? Пока ответа нет, а ломать голову в общемто бесполезно, поскольку дорог из Конфедерации много, и что начальство решило, я знать не могу. Сплошь предположения и никакой серьёзной зацепки.
Трабзон? Вряд ли, хотя от него можно попробовать провести караван на Ближний Восток. Диверсия против сектантов? Нет, этим занимается гвардия и наёмники Остапаодессита. Крым? Точно мимо, поскольку, что там творится, наша ГБ и так знает. Снова Калмыкия или Ставрополье? Сомневаюсь. Воронеж? Нет, путь перекрыт Внуками Зари. Волгоград? Вполне возможно. Поиск на Сальск? Тоже вариант, «беспределы» отошли за Волгу, и посмотреть на то, что после них осталось, рано или поздно надо. Может быть, это новый поход вдоль берегов Чёрного моря? Опять нет, не наше это дело, и разовый рейд на судах Керимова – только единичный случай. В общем, ответа на свой вопрос я не нашёл, хотя вариантов перебрал не менее двух десятков.
Так, за размышлениями, путь от Гвардейского до особняка Ерёменко прошёл совершенно незаметно. Мне было назначено на три часа пополудни. Один из бойцов Астахова, который нёс охрану жилища нашего начальника, встретил меня и проводил в дом.
Полковник был в своём кабинете, и, что странно, помимо него здесь же находился тот, кого именно в этом месте я увидеть ну никак не ожидал. Слева от Ерёменко сидел Кара, и, судя по всему, перед моим приходом они очень даже неплохо общались, вид имели спокойный, а тесть даже улыбался. Такие вот метаморфозы жизни. Три года назад они ненавидели друг друга, а сегодня чуть ли не добрые приятели. Чудны судьбы выкрутасы, и многое бывает, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам. Впрочем, всё пустое, и в любом случае мне объяснят, что же здесь происходит.
– Здравствуйте, господа, – поприветствовал я Ерёменко и Кару. Чуть улыбнулся, сел напротив своего родственника и спросил его: – Что, дядя Коля, завербовали тебя?
– Скажем так… – он замялся, – предложили взаимовыгодное сотрудничество.
– Командир, – повернулся я к полковнику, – это както связано с нашими делами?
– Самым непосредственным образом, – ответил Ерёменко. – Именно поэтому я тебя и вызвал на это время.
– Тогда я весь внимание.
Полковник встал, порылся в шкафу и достал рулон серой бумаги. Вернувшись на своё место, расстелил его между мной, Карой и собой. Это оказалась подробная карта Чёрного моря с проливами, Мраморным морем и частью Средиземноморья.
– Итак, – Ерёменко озадаченно почесал затылок и посмотрел на карту, – одновременно с возвращением отрядов, которые участвовали в походе на Румынию, от трабзонского мэра Османа Гюнеша поступило сообщение чрезвычайной важности. Контрразведка мэра вскрыла серьёзную разведывательную сеть, которая поставляла информацию некоему государственному образованию под названием Средиземноморский Альянс, который пару лет назад занял своими десантами Мерсин, Анталью, Измир и Стамбул. Под их полным контролем – Дарданеллы и Босфор, а основные базы находятся на островах Кипр, Крит и Родос, острова Греческого архипелага, а также некоторые портовые города самой Греции.
– Видимо, этот Альянс – серьёзная сила, – сказал я, прикинув, какую территорию держит под собой это государство.
– Да, сила, причём такая, которая долгое время находилась в тени и вышла на свет только тогда, когда осознала свою мощь. Сейчас Средиземноморский Альянс начинает экспансию с занимаемых им островов, и чего он хочет, неизвестно. Вскоре наступит зима, по морю особо никто не путешествует, корабли у всех старые и побитые, но по весне, а скорее всего, летом следующего года нам так или иначе придётся налаживать с ними контакт. Однако перед тем, как начнётся работа дипломатов, должны подсуетиться разведчики, и вот здесь нам очень понадобится помощь господина Бурова. – Полковник кивнул наёмнику.
– С чего бы это? – спросил я.
– Информации по Альянсу немного, но коечто уже известно, – пропустив мои слова мимо ушей, продолжил Ерёменко. – Первое: Средиземноморский Альянс – это военноморские части сил НАТО, которые во время чумы отсиделись на Кипре и смогли возродиться. У них есть техника, склады и боеприпасы, но мало гражданского населения, и поэтому с самого начала своего выхода в мир они активно захватывают рабов и производят набор наёмников. Несколько лет назад на юг от Трабзона направился один из известных наёмных командиров Айбат, от которого долгое время не было ни слуху ни духу. А теперь на побережье Чёрного моря появились его люди, которые говорят, что Айбат служит Альянсу и он ищет Бурова.
– Очередной кровник? – Я посмотрел на Кару.
– Не угадал, – ответил наёмник. – Айбат один из моих лучших учеников, который отошёл от меня перед тем, как я в Туапсе отправился. Думаю, что он запомнил моё к нему доброе отношение и, зная мой авторитет среди наёмников Причерноморья, хочет поручить вербовку бойцов для Альянса.
– Да, именно так считает не только Кара, но и трабзонский мэр, который очень сильно опасается того, что Альянс придёт к нему и отберёт у него власть, – дополнил Бурова мой начальник.
– Ситуация ясна, только я здесь при чём?
– Мы предлагаем господину Бурову получить у нас вид на жительство и оставить в столице свою семью. Кроме того, мы платим ему солидное денежное вознаграждение, а за это уже в начале весны вместе с остатками своего отряда он отправляется в Трабзон. Там Буров выходит на связь с людьми Айбата и переходит на службу в Альянс. Всё, что станет известно о силах, государственном устройстве и планах средиземноморцев, будет передаваться в Трабзон, где вскоре появится наше постоянное посольство, а уже оттуда в Краснодар. Твой отряд, Мечник, будет изображать наёмников, а ты будешь в своём истинном обличье, то есть как был вольным купцом и зятем знаменитого Кары, так им и останешься. Предварительный план таков, а дальше всё будет корректироваться по ходу дела.
– Ты согласился? – Я вопросительно посмотрел на Бурова.
– Почти, здесь всё от тебя зависит. Если ты согласен со мной поработать, значит, дело решённое, а если за мной с вашей стороны ктото другой будет присматривать, то вряд ли я соглашусь. В таком случае мне лучше на Одессу отправиться.