Луны волшебное сияние

— Ради Бога, Глин, — произнес у нее за спиной девичий голос, — раз уж ты не умеешь пить по-мужски, так ограничься имбирным пивом.
Вслед за этими словами, прямо в ухо Джейн, кто-то икнул, и молодой человек, изогнувшийся вопросительным знаком, толкнув ее под локоть, выплеснул содержимое бокала Джейн прямо ей на платье.
— П-п-слушай, детка… ик… мне ужас-с-но… ик… жаль.
Сморщившись от огорчения, он принялся усердно и безрезультатно тереть юбку Джейн носовым платком.
— Неужели ты не видишь, что только портишь? — Его спутница, хорошенькая блондинка в розовом платье, вырвала у него платок; при виде ее у Джейн появилось странное ощущение, что они уже встречались.
— Должна извиниться за Глина, — продолжала между тем девушка, — один паршивый бокал — и он уже не стоит на ногах! — Она коснулась руки Джейн. — Я остановилась в этом же отеле, так почему бы вам не подняться ко мне и не переодеться в одно из моих платьев, которое я с удовольствием одолжу?
— Огромное спасибо, но не стоит, — Джейн с грустью смотрела на вконец испорченное платье. ― Лучше я пойду в туалет да постараюсь замыть пятно.
— Глупости. Размер у нас с вами один, а в платьях я недостатка не испытываю.
И не успела Джейн вымолвить хоть слово, как ее потащили сквозь толпу к выходу, втолкнули в скоростной лифт, и через несколько секунд она очутилась в тишине шестого этажа. Они направились в конец коридора и вошли в роскошный номер, уставленный вазами с цветами.
Острым репортерским глазом Джейн тут же отметила и соболью накидку, небрежно брошенную на кровать, и дорогостоящие чемоданы, сложенные штабелем у стены. Ее спутница, подойдя к гардеробу, распахнула дверцы и, широким жестом обведя висевшие там платья, равнодушно произнесла:
— Выбирайте.
На внутренней стороне дверцы имелось зеркало, отразившее обеих девушек рядом, и Джейн, едва вглядевшись в отражение, даже затаила дыхание, а хозяйка комнаты расхохоталась при виде такого изумления.
— А я все думала, когда же вы, наконец, заметите.
Джейн обернулась:
— Да мы могли бы быть сестрами!
— Не просто сестрами, а почти близнецами.
Девушка повернулась к туалетному столику и проворно распустила волосы, уложенные в высокую прическу. С этим золотистым водопадом, свободно струящимся по плечам, — кстати, любимой прической Джейн — сходство стало еще заметнее.
— Вот, так еще лучше, правда?
— Просто невероятно, — поразилась Джейн.
— Вы правы. Но это то, что я давно ищу. — Девушка уселась на кровать. — Между прочим, меня зовут Джейни. Джейни Белтон.
— А я — тоже Джейн. Джейн Берри.
— Даже имена похожи! Ну и совпадения, прямо мурашки по коже. — Джейни Белтон наклонилась вперед; она уже не улыбалась, в лице появилась грусть, на которую нельзя было не обратить внимания. — Вы кажетесь вполне интеллигентной женщиной. Что вас привело на это гнусное сборище?
— Я репортер.
— А понятно! В таком случае вы должны меня знать.
— Белтон? — Джейн покопалась в памяти. — Погодите, погодите, так вы имеете отношение к "Белтон Хлеб"?
— Именно так. Я дочь Белтона.
Джейн тихо присвистнула. В каждом городе и городишке имелись либо булочная, либо ресторан Белтона. И если эта девушка — дочь Седрика Белтона, то она наследница миллионного состояния. Мелькнула мысль, почему эта безусловно красивая и богатая девушка так грустна?
А Джейни, покачивая задранной на спинку кровати ногой, резким голосом заметила:
— Теперь, поняв, кто я, вы, полагаю, ужасно завидуете?
— Не совсем так, мисс Белтон. В моей жизни деньги вовсе не являются синонимом счастья.
— Вот и благодарите Бога за это. Мне же именно поэтому легче говорить с вами. — Она помедлила. — Когда там, внизу, на вас вылили коктейль, то был перст судьбы. Раньше я вас не замечала, а когда заметила — и вас, и наше с вами сходство, — поняла, что сам Господь Бог откликнулся на мои молитвы. Вы — единственная, кто может мне помочь.
Горя любопытством и предвкушая интересную историю, Джейн отошла от гардероба, совершенно позабыв о намерении переодеться.
  
— Не могли бы вы в таком случае рассказать все с самого начала? — предложила она. — Тогда стало бы понятнее. Итак, в чем проблема?
— А как вы думаете? — с вызовом откликнулась Джейни. — разумеется, в мужчине.
— О!
Для Джейн это, оказывается, вовсе не было само собой разумеющимся.
— Вы, кажется, разочарованы. — Джейни уставилась на свои руки. — Я не удивляюсь, хотя история совершенно банальна. Его зовут Тед Уиллз, и я люблю его до безумия.
— А он любит вас?
— По убеждению моего отца — нет. Папа утверждает, что Тед только охотится за моими деньгами, и так часто повторяет мне это, что я уж и сама начала верить. — Она хрипловато рассмеялась. — О, Тед меня, конечно, любит, но папа считает его охотником за приданым и не разрешает нам пожениться.
— А сколько Теду лет?
— Двадцать шесть. Он механик и только что открыл автомастерскую в Миддлфорде, где мы живем. На эту мастерскую ушли все его сбережения, а доходов пока негусто. — Разговорившись, Джейни уже не могла остановиться, слова лились из нее потоком. — Мы и познакомились, когда я пригнала к нему машину после того, как попала в аварию. Очень не хотелось, чтобы папа о ней узнал, он вечно укоряет меня в превышении скорости, а если бы я отвезла машину в нашу мастерскую, ему тут же все стало бы известно. Как бы там ни было, а Тед все быстро сделал, да еще разрешил мне платить в рассрочку. Да, разумеется, я наследница, но папа никогда не дает мне денег. Любит все оплачивать сам — для него это единственный способ держать меня под контролем.
Джейн вспомнила лицо Седрика Белтона: оно вполне соответствовало характеру, описанному дочерью.
— Но что же неладно с Тедом? Я хочу сказать — денег у вас более чем достаточно, так почему же ваш отец так возражает против него?
— Потому, что он не ходил в закрытую школу и не имеет титула. "Ну, что ты, Джейни, крошка, это же совершенно не наш круг. Для моей малышки я бы хотел кое-что получше!.." Прелестно, не так ли? — с горечью прибавила она. — Папа — "человек, сделавший себя сам", и всегда открыто гордился этим.
— Такие люди зачастую — самые большие снобы, — заметила Джейн. — Но если вы так сильно любите, почему бы не убежать вместе?
— Тед не согласится. Он говорит, что либо женится на мне сейчас с благословения и согласия моего отца, либо дождется, пока я стану совершеннолетней и достаточно взрослой, чтобы отвечать за свои поступки.
Хотя Джейн этот взгляд на вещи показался излишне идеалистическим, от высказываний она воздержалась.
— Ну и что же плохого в том, чтобы подождать?
— Два года? — раздался крик ярости. — Да вы, должно быть, никогда не любили, раз можете говорить такое! И к тому же, даже если мы и решимся ждать, то папа-то не станет. Он уже подыскал мне "отпрыска благородного рода", какого-то титулованного придурка. — Слезы брызнули у нее из глаз. — Простите, я выгляжу глупо.
— Не надо плакать. Никто ведь не заставит вас выйти замуж насильно.
— Вы не знаете отца. — В голосе девушки прозвучал испуг. — Если что-то возникает у него на пути, он может быть совершенно безжалостным. Думаете, мало он загубил всякой мелкой сошки, начав строить да открывать свои "Булочные Белтона"? А если он и Теда решит разорить?
Джейн не ответила, разглядывая этот номер дорогого отеля, где все дышало роскошью и богатством.
— А сможете ли вы быть счастливы с бедняком? — откровенно спросила она.
— С Тедом — да. Лучше выйти за него и драить полы, чем за какого-нибудь богатого идиота. — Большие глаза снова наполнились слезами. — Мне ненавистна даже мысль о замужестве с нелюбимым. Неужели трудно предугадать, какой я стану в подобном случае через десять лет? Разбитной разведенной дамочкой с кучей любовников! О, Джейн, я не хочу, ни за что не хочу становиться такой!
— Так, по-моему, и незачем.