Единственный цветок в этой говноклумбе 5 (СИ)
«А она откуда это узнала? — размышлял он. — Кажется, Латиша пробыла во дворце не более суток. Кто рассказал ей об этом или же… каким образом она это подслушала?»
Латиша перевела насмешливый взгляд с Сандры на ее мать. В этот момент герцогиня Роман смотрела на нее с ненавистью, хотя ее лицо и было растянуто в улыбке.
— Хорошая попытка, — обращалась Латиша, искренне улыбаясь, — но безуспешная. В следующий раз попробуйте что-то оригинальнее. — Обернувшись к королеве, которая в этот момент лишь хмурилась и думала о чем-то своем, Латиша добавила: — Что ж, если на этом больше вопросов нет, тогда можем ли мы идти? К сожалению, совсем скоро начнется обучение в академии. Мы не можем тянуть время так долго.
Королева кивнула, пусть и не ответила. Теперь ее голова была занята другими мыслями, и потому она просто не хотела ничего говорить.
Приняв ее жест за согласие, Шейн и Латиша плавно развернулись. Они, под всеобщие напряженные взгляды, абсолютно спокойно и победоносно покинули тронный зал. Лишь когда двери за их спинами закрылись, они все же позволили себе заговорить друг с другом:
— И, — протянул Шейн, — когда же ты успела выведать сплетни про отношения Сандры и Фреи?
— Примерно тогда же, когда подслушала твой разговор а Аристией. — Латиша схватилась за руку парня и, прильнув к нему, устало выдохнула. — Просто случайно наткнулась на них, потом заговорила с прислугой и вуаля, козырь готов.
— Маленькое зло.
— Не маленькая я.
— С какой стороны посмотреть.
— В постели тебе это не мешает.
Шейн недовольно нахмурился и чуть тише ответил:
— Я бы предпочел не обсуждать это в подобных местах.
— Смущаешься? — Латиша широко улыбалась, будто бы теперь ей был известен чужой секрет.
От ее наивной реакции даже Шейн усмехнулся. Быстро вытащив руку из хватки девушки, он завел ее за спину Латиши и без предупреждения дернул платье за застежку.
— Плохо сдерживаюсь, — иронично ответил он, сразу же отступая.
Латиша, быстро потянувшись руками к спине, цокнула, но добраться до застежки так и не смогла. Хмурясь и недовольно поджимая губы, словно обиженный ребенок, она посмотрела на Шейна. Пусть в коридоре сейчас и не было никого, но понимание того, что рядом вот-вот мог кто-то появиться, все же напрягало.
Ничего не говоря, девушка демонстративно повернулась спиной к Шейну и рукой указала куда-то на свое платье. Намек был понят сразу, и противиться такой простой просьбе парень не собирался. Однако, стоило ему все же приблизиться и застегнуть молнию, как он, не упуская возможности, сразу же склонился к женскому уху и тихо прошептал:
— Вот видишь, уже и платье без меня застегнуть не можешь.
***
Громкий смех и жалобный крик, разносившиеся по всему коридору, постепенно собирали все больше зрителей. Горничные, подбегавшие на все эти звуки, с изумлением наблюдали за тем, как единственный оставшийся в этом доме юноша хохотал во весь голос.
Юстас Дориан, удерживая в правой руке горничную практически за шкирку, левой водил сгустком пламени прямо у нее перед глазами. Это был не простой огонь, и уже даже издалека подобное стало ясно. Магический круг под ногами парня сиял так ярко, что в полумраке вечернего освещения он буквально ослеплял.
При всем этом Юстас, явно ощущая свое превосходство, будто намеренно приближал огонь в ладони прямо к лицу перепуганной служанки.
— Я сказал, — зловеще заговорил он, опуская горничную на землю, — чтобы ты немедленно отправила послание герцогине. Сообщи ей, что у нее наконец-то появился сын, способный перенять семейные традиции огненной магии.
2. Придется согласиться
Дорога от дворца Селестины до академии была долгой. Шейн и Латиша, ехавшие в одной карете, воспринимали все это как вынужденное путешествие, однако думали о нем с теплотой. Все-таки мысль о том, что они должны будут вернуться в академию, была в большей степени приятной. Хотелось встретить старых друзей, на время позабыть про заботы и крупные мировые проблемы.
Латиша, смотря куда-то в сторону окна, радостно улыбалась. Обстановка снаружи была спокойной: рядом виднелись лишь леса и холмы, то возвышавшиеся над проезжей дорогой, то снова куда-то опускавшиеся. Шейн, при виде такой счастливой улыбки, приоткрыл губы, будто собираясь что-то сказать, но неожиданно замер.
Снаружи раздался оглушительный хлопок, напоминавший выстрел. Мигом пространство вокруг кареты опутало пламя. Лошади и кучер при виде всего этого резко затормозили и завопили. Шейн и Латиша, ехавшие внутри кареты, невольно повалились вперед и, столкнувшись, ухватились друг за друга.
На мгновение наступила тишина. Жар пламени, вспыхнувшего снаружи, начал постепенно доходить и до самой кареты. Шейн, тяжело вздохнув, посмотрел на спутницу и будто без слов спросил о ее состоянии. Латиша лишь кивнула и, одновременно с ним, начала подниматься на ноги.
Быстро развернувшись к двери, парень распахнул ее и вышагнул на улицу. В тот же миг огонь в округе окончательно потух.
— Вы уже соскучились по мне, матушка?
Шейн повернул голову вправо и невольно уставился на вторую карету, нагнавшую их. Там, возле этой кареты, скрестив руки на уровне груди серьезно стояла Шанна. Кеннет, также прибывший вместе с ней, оставался позади жены.
— Очень, — серьезно произнесла глава рода Дорианов. — Садись в мою карету.
Шейн насторожился. Столь пугающая решимость явно была недобрым знаком. Хриплым недоверчивым тоном он спросил:
— Что вы собираетесь делать?
— Просто поговорим по пути. — Шанна, слегка отклонившись назад, посмотрела на своего высокого мужа и холодно приказала: — Кеннет, иди к принцессе. Ты все равно не успокоишься, пока вы с глазу на глаз не обсудите все.
Казалось, подобным словам был удивлен и сам Кеннет. Он, с расширенными глазами уставившись на жену, не сразу нашел нужных слов для ответа, и тем более не стал сразу подчиняться ее приказу.
Шанна, выдохнув, быстро приподняла руки и посмотрела вперед.
— Пользуйся мои великодушием, пока я его проявляю. — Громко захлопав в ладоши, она строгим тоном прокричала: — Быстро, быстро, быстро!
Шейн и Кеннет невольно посмотрели друг на друга, и лица их сразу же помрачнели. Будто согласившись с этим приказом Шанны, они оба молча двинулись вперед. Сразу же отведя взгляды в стороны, так ничего и не говоря, они просто прошли мимо друг друга и подошли к своим новым попутчикам. Кеннет остановился возле выглядывавшей из кареты Латиши, а Шейн подошел к матери и напряженно посмотрел на нее.
— Я вижу, — с усмешкой протянула Шанна, — ты все также холоден со своим отцом.
— А я не вижу причины, чтобы не быть холодным с ним.
Шанна промолчала. Плавно развернувшись к карете, она быстро и без посторонней помощи забралась в ее и села на свое место. Шейн, напоследок снова посмотревший в сторону своей кареты, увидел обеспокоенное выражение лица Латиши и слегка улыбнулся. Больше так ничего и не сказав, он забрался в карету следом за матерью.
Когда дверь за ними захлопнулась, и все сели на свои места, со стороны улицы прозвучало громкое ржание лошадей. Кучер, взмахнув вожжами, резко ударил ими, и в тот же миг карета двинулась дальше по заснеженной дороге.
— Так, — протянул Шейн, — о чем вы хотели поговорить, матушка?
Взгляд Шанны был серьезен, а ее поза напряжена. Скрещенные на груди руки, как бы выражали ее нежелание говорить о чем-то, но при всем этом спокойное лицо явно показывало, что она уже была готова к разговору.
— Признаюсь честно, — заговорила Шанна, — я все еще в легком шоке после всего того, что узнала. Каким образом ты умудрился обворожить имперскую принцессу?
— Она сама себя обворожила. — Шейн недовольно цокнул и отвел взгляд. — Сдалась мне имперская принцесса.