Сто раз на вылет (СИ)

Бернардо был обескуражен. Он чесал карандашом макушку и улыбался.
— Э… это авокадо.
— А похож на сморщенный перец… чили, — последнее слово я произнесла хохоча.
Поймав мой намёк, участники разразились громки смехом. Джеймс, покраснев, прикрыл лицо карточкой. Франко извивался от хохота.
— Я не художник, — признался смущённый Бернардо, и я послала ему воздушный поцелуй, чтобы не обижался.
Последний вопрос должен был решить, кто победит в этой игре. Какую часть спаржи употребляют в пищу? — для любого повара это наипростейший вопрос. Плоды, листья, корни, побеги. Мы оба знали ответ, и одновременно показали написанное на доске: ПОБЕГИ. Таким образом мы пожали друг другу руки, поделив победу на двоих.
— Что вы купите на свой выигрыш? — поинтересовался Франко, и я заметила, как внимательно он наблюдает за нашими эмоциями.
— Я куплю Бернардо камуфляж.
— Это ещё зачем?
— Тебе он понадобится в ближайшее время.
— Лучше бы джинсы новые предложила.
— Джинсы сам себе купишь.
Смех смехом, но когда выключили камеры, Бернардо подошёл ко мне с предложением.
— А правда. Давай поедем в центр и купим друг другу подарки? Мы честно играли, заслужили что-нибудь красивое. Заодно можно сходить в пиццерию и…
— Бернардо, — оборвала его, хмурясь.
Он начал кивать, мол, всё понимает, ведь я никогда не соглашусь ехать с ним вдвоём после всех предыдущих случаев. Но он ошибся.
— Поехали прямо сейчас, — сказала я и улыбнулась.
За спиной Бернардо стоял ошеломлённый Беркер.
  
66
 
Телефон не затыкался с того самого момента, как я вместе с Бернардо покинула здание телекомпании. Беркер был возмущён. Он писал и писал, выражая негодование. Я же специально игнорировала все сообщения, отчего он злился ещё сильнее.
Мы с Бернардо приехали в торговый центр, и там я отключила телефон. Заметив это, Бернардо удивлённо взглянул на меня.
— Отключаешься от мира?
— Хочу сосредоточиться на нашей прогулке. Но не думай, что после этого я буду беспрекословно тебе верить. Слишком часто ты вёл себя, как свинья.
— Даже так? — он ухмыльнулся, пряча взгляд.
— Да. Может быть, ты без злого умысла, но я не могу закрывать глаза на многие обидные вещи.
— Согласен. Просто у меня такой характер…
— Скверный характер, — отрезала я, затем бросилась к бутику с украшениями. — Давно мечтаю о браслете! Давай посмотрим?
Следующие полчаса я просто задолбала Бернардо своими сомнениями о том, какой браслетик лучше. Он терпеливо предлагал свои варианты, но я морщила носик и вновь начинала раздумывать над собственным выбором. На самом деле мне не нужен был браслет. Возможно, потом я подарю его Роуз. В данный момент я хотела надоесть Бернардо.
Стратегия моя заключалась в следующем:
Я оттолкну от себя Беркера, и на время шоу никакой любви между нами не будет. Тяжело, не спорю. Но так у него будет шанс дойти до финала. Франко его не тронет. Талия посоветовала бы поговорить с ним, договориться, как он предлагал. Но так он будет искать встреч, а я не откажу ему. В итоге произойдёт что-то похожее на тот случай, когда нас застукал Йозо. А это исключено.
С другой стороны, я подпущу к себе Бернардо, порадовав Франко, но сделаю всё, чтобы вызвать у него отвращение. Я — повар, а не предмет обожания! Я пришла бороться за форму шеф-повара и денежный приз ради семьи! Я пришла готовить, чёрт возьми! Только вот, во что превратилось моё пребывание здесь.
Выбрав наконец браслет, я спросила, что хочет купить Бернардо.
— Может, посмотрим тебе джинсы?
— Почему бы и нет… — кивнул он.
Я вымотала его, заставив перемерить четверть джинсов всего торгового центра. Если Бернардо нравились какие-то модели, я сразу говорила «нет», находя кучу недостатков товара. К концу дня он мало соображал и, кажется, мечтал вернуться на виллу.
— А как же ужин? Я проголодалась. Ты не голоден? Давай найдём итальянский ресторан?
Его ошибка была в том, что снова согласился. Поиск годного итальянского ресторана занял ещё полтора часа. Но это не самое страшное. Раскрыв меню, я три часа выбирала блюдо, меняла решение раз пять, ибо неожиданно обнаруживала ингредиент, который не подходит моим вкусовым потребностям. Протяжный вздох Бернардо возвещал о нервном напряжении. Я чувствовала, что делаю всё правильно.
 
Весь ужин мы ели, не проронив ни слова.
Ни слова! Ни словечка! Бернардо так устал, что не хотел разговаривать. А я тем более. Но не от усталости.
Когда-то в далеком детстве, — мне было лет двенадцать тогда, — мальчики любили приставать к девочкам. Они трогали их за коленки, а те пищали, извивались или просто били их. Для тех мальчиков наши девичьи коленки были запретным плодом, который очень хотелось попробовать. Их привлекало именно то, что девочки не разрешали подступиться к своим коленкам. И вот однажды я позволила мальчику погладить свою коленку. Произошло чудо! Он тут же потерял ко мне интерес. Почему? Да потому, что я разрешила то, что обычно нельзя. Мальчик успокоился и отстал.
В случае с Бернардо произошло то же самое. Пока я сопротивлялась, была интересна. Сегодня он получил желаемое и успокоился. Прибыв на виллу, Бернардо довёл меня до дома, пожелал хорошего вечера и ушёл к себе. И никаких приставаний.
Проснувшись утром, я думала о том, что меня ждёт теперь. Как сложатся дальнейшие события?
В спальню зашла Розалия.
— Найджела, Беркер хочет с тобой поговорить. Он здесь, в гостиной. Говорит, что если ты не выйдешь, он сам к тебе зайдёт. Кажется, он зол.
  
67
 
Если Беркер пришёл в дом женщин, значит, всё плохо.
С минуту я просто ходила вперёд-назад, от окна к противоположной стене и обратно. Что ему скажу? Нет, как он собирается со мной разговаривать, когда в доме, кроме меня, есть любопытные женщины? Может, просто прогнать? От собственной жестокости сжималось сердце. Я зажмурилась и подавила крик. Беркер — человек, которого я люблю. И я поступлю с ним нечестно.
Розалия вернулась.
— Он ждёт.
— Знаю.
— И?
— Думаю.
Розалия закрыла дверь и подошла ко мне.
— Послушай, Найджела, о ваших отношениях здесь все знают давно. Нечего придуряться. Одного не могу понять: что за игры ты ведёшь? Ты всерьёз уезжала с Бернардо в центр?
Я вылупилась на неё и, кажется, не моргала.
— Розалия, скажи, если я тебе всё расскажу, ты дашь мне нормальный совет? Ты взрослый человек, имеешь опыт, а я… я в ловушке. Меня используют, приходится извиваться, чтобы не получить раны. Честно? Я очень устала, но сдаваться не собираюсь. Хочу найти правильный путь.
— Э… ну, давай я попробую понять тебя.
— Замечательно! — подпрыгнув на месте, воскликнула я и посмотрела на дверь. — Тогда выпроводи Беркера. Скажи, что я в ванной. Или сплю. Или ещё что-нибудь придумай. Только не говори, что болею! А то примчится.
Устало вздохнув, Розалия вышла. Через десять минут вернулась с подносом. Она умудрилась за короткое время приготовить нам чай.
— Он ушёл?
— Да. Я сказала, что ты не хочешь его видеть.
— Что? — я раскрыла рот.
— Это честно. По крайней мере он ушёл, не устроив допрос.
Вздохнув, я села и уставилась в окно. Розалия выдвинула маленький столик из угла на середину и поместила на него поднос. Я видела, как её длинные пальцы обвились вокруг металлической ручки чайничка, затем услышала звук льющегося горячего напитка. До носа дошёл запах, в котором угадывались нотки мелиссы. Ясно. Розалия точно знала, какой чай нужен, чтобы успокоить мои нервы. Основное действие мелиссы — выраженный седативный эффект. Мама пила такой чай при бессоннице или стрессах. А у меня к тому же ещё и повышенная тревожность.
Я взяла кружку и поднесла к носу, чтобы вдохнуть аромат этой чудесной травы.
— Спасибо, Розалия. Успокоиться мне просто необходимо.
— Люблю чай из мелиссы, — сказала она, отпивая глоток. — Нам, женщинам в возрасте, приходится следить не только за нервами. А мелисса выводит из организма токсины и шлаки.