Мемуары рядового инквизитора. Господин королевский некромант (СИ)
- Дай мне пять минут, чтобы переодеться.
Королева Ханна ворвалась в покои сына, отстранив пажа, который собирался было доложить о ее приходе по всей форме.
- Ты готов?
На нее глянули потемневшие, какие-то незнакомые глаза. И королева запнулась, словно налетела на стену.
- Что… ты в порядке?
Принц Богумир не смотрел на мать. Он сидел в кресле, грея в руках бокал с вином. Судя по легкому беспорядку в одежде, переодеваться к торжеству он начал, но бросил. Парадный камзол, кружевной нагрудник, расшитый шелком пояс и перевязь для церемониального меча лежали, как попало, на креслах и оттоманках у стены.
- Ты не одет? Почему? Где слуги?
- Там, - он отмахнулся в сторону других дверей.
- Я позову. Эй! – королева захлопала в ладоши. – Ко мне! Сюда!
- Мама! – выпрямившись, принц поймал ее запястье свободной рукой. – Не надо, мама.
- Что? – она остановилась, сверху вниз посмотрела на сидящего в кресле сына. Никогда, сколько себя помнила, она не видела у него такого выражения лица. И это ее испугало. – Что произошло?
- Ничего, - он разжал пальцы и откинулся на спинку, сделав глоток вина. – Просто…
Он отвернулся, но Ханна не собиралась сдаваться. Она обошла кресло и опустилась на колени так, чтобы ее лицо оказалось на уровне лица сына.
- Скажи мне…
- Я, - сын посмотрел на мать каким-то странным {взрослым} взглядом, - прошлой ночью был на кладбище.
{- Где?}
- На кладбище, - ровным тоном повторил он. – На занятии…вместе со студентами… с некромантами.
- Как? – взорвалась королева. – Ты хотя бы понимаешь… да как тебе в голову такое могло прийти? Да что ты…
- Мама! – Богумир болезненно поморщился. - Не визжи! И так голова болит, а тут еще и ты…
- Я… я… - задохнулась она, - ты можешь мне нормально объяснить, какого… что ты там делал?
- Занимался, - медленно, сквозь зубы процедил принц. – Занимался магией. Ты же сама хотела, чтобы я чему-то научился… смог защитить себя с помощью… колдовства! Вот и я пошел… учиться…
- Но я думала, что ты будешь учиться во дворце, - промолвила она. – Подобрала тебе отличного учителя…
- Угу… Отличного…
- Что ты этим хочешь сказать? Да перестань ты пить, когда я с тобой разговариваю! – Ханна вырвала кубок из руки сына и отбросила в сторону. – И вообще, кто разрешил тебе брать вино?
- Я! – взорвался принц. – Я разрешил! Я прошлой ночью мог умереть, если тебе это интересно!
Ханна отпрянула. Она еще никогда не видела сына таким. Мальчишеское лицо – и взрослый, тяжелый взгляд мужчины.
- Кто, - выдохнула она, стараясь взять себя в руки, - кто осмелился…
- Никто, - он отвернулся, сделал глоток. – Никто из живых. Я же сказал, что это было на кладбище. На меня напали мертвые!
- Мертвецы?
Воображение сразу же подсказало королеве жуткую картинку – развороченные могилы, сломанные гробы и надгробия, и ползущие со всех сторон скелеты.
- Не знаю. Тени… духи… я, - сын пожевал губами и произнес тихо, едва слышно, - я испугался…
Он помолчал, примеряя к себе это слово и ожидая реакции матери, после чего сказал:
- В общем, все так и было.
- Но… ведь ты спасся! Кто тебя спас?
- Кто? Мой наставник, которого ты для меня нашла. Этот мастер Груви. Он… явился как раз вовремя, чтобы их остановить.
- Он их остановил…
- Да. И дал мне время добраться до храма Смерти, где я укрылся у подножия ее алтаря. Знаешь, мам, там было жутко холодно…Я уж думал, окоченею насмерть…
Ханна Данская поежилась. Часть ее души ликовала – прошло так много лет с той поры, когда сын звал ее просто мамой! – но другая часть содрогалась от воспоминаний. Вспомнилась молельня в ее покоях. Тень женщины, склонившейся над королевой. Договор и пожатие.
Ледяное пожатие смерти.
Смерти.
Неужели… Нет, этого не может быть!
Сын тем временем поднял валявшийся на полу кубок, опорожнил его в три глотка и наполнил второй раз. И мать ничего ему не сказала. Она думала.
- И ты уверен, что это не было случайностью, - произнесла она.
- Конечно! Кладбище же старое. И потом, на остальных никто не нападал.
- Остальных?
- Да. Там было еще двенадцать студентов – десять юношей и две девушки. Они выполняли задание под руководством учителя…
- Учителя? – королева чувствовала настоятельную необходимость сорвать на ком-нибудь зло. – Этот учитель… мастер Груви, не так ли? Он ведь твой личный учитель! Как он посмел учить кого-то еще, когда должен быть постоянно с тобой? Если бы он не отвлекался на этих студентов…
- При случае спроси у него, - огрызнулся Богумир. – А я не знаю.
- Он натравил на тебя…
- Не знаю! – сорвался он. – И оставь меня в покое! Уйди. Я хочу побыть один.
Королева выпрямилась. С нею еще никто так не разговаривал. Никто не имел права отсылать королеву прочь, как надоевшую наложницу или глупую служанку. Даже его отец. Тем более, его отец.
- Нет, - сказала она. – Это невозможно. Ты не будешь один. Ты больше никогда не будешь один. Ты – король…
- Уже? – нервно хихикнул он. – Снем уже проголосовал, и ты пришла, чтобы сообщить мне эту новость?
Выпитое вино, наконец, оказало свое действие, и он заулыбался.
- Снем… сейчас начнется голосование, - сказала королева. – И он проголосует за тебя.
- С чего ты взяла?
- Они сделают это! – прошипела королева, сжимая кулаки. – Я их заставлю!.. Эй, кто там? – закричала она, в крике выплескивая душившие ее эмоции. – Все сюда! Ко мне!
За дверями в коридоре послышалась возня, торопливые шаги, перешептывание, и в комнату ворвались два дежурных пажа, проходившая мимо служанка и, за их спинами, какой-то стражник.
- Быстро, - Ханна хлопнула в ладоши, - прибрать здесь все. Найти камердинера принца. Переодеть его высочество. Вина больше не давать. Потом ты, - ткнула пальцем в стражника, - лично проводишь его к залу голосований. Можешь взять себе одного или двух напарников. За безопасность принца отвечаешь жизнью. Ты и вы все! – задержала взгляд на служанке. – Один волос упадет с его головы – у вас с плеч полетят головы. Выполнять!
Подобрала юбки и решительно вышла, не обращая внимания на поднявшуюся за спиной суету.
Она шла, чеканя шаг, не думая ни о чем, вся во власти душившей ее ярости. Страх и злость рвали ее душу на части. Ее сына хотели убить. А она, занятая делами снема, ублажая лордов, болтая в кулуарах с надутыми провинциалами и закатывая третий пир подряд, чуть было не упустила момент. Враги долго готовились, чтобы нанести удар в самый последний момент.
В какой-то момент к ней присоединилось несколько человек свиты.
- Найти господаря Протову. Живо ко мне, - отрывисто бросила королева на ходу. – Поднять по тревоге дежурную стражу. Начальника охраны ко мне. Каштеляна* - ко мне. Живо! Господаря майордома** - живо ко мне! Бегом! Бегом!
(*Каштелян – здесь лорд, ответственный за хозяйственное обеспечение дворца, заведующий слугами, распределяющий припасы и принимающий гостей.
**Майордом – здесь то же, что и церемониймейстер. Прим. авт.)
- Но начало церемонии снема…- попробовал возразить кто-то, осторожно прячущийся за чужими спинами.
- Подождут. Измена!
Но она опоздала.
Майордома и канцлера Протову найти не успели. Прибежавший на зов господарь каштелян сообщил, что оба они находятся в зале совещаний.
- Голосование… вот-вот начнется, - проблеял он. – Если уже не…
Ханна стиснула кулаки.
- Это измена, - прошептала она. – Почему не подождали меня? Я должна там быть…
На миг в ее душу закрался страх. Если голосование действительно начали раньше срока, только чтобы не допустить ее присутствия в зале, это могло означать только одно – кто-то очень не хотел, чтобы корона попала в ее руки. А кому выгодно лишить королеву власти? Только тем, кто чуть было не убил ее сына. Убийство не удалось – принц жив-здоров, хотя и пьян – но у заговорщиков есть и запасной план. И сейчас они претворяют его в жизнь. А она…