Мемуары рядового инквизитора. Господин королевский некромант (СИ)

- Что? 
- … и отдашь ее мне! Мне, - он встряхнул ее в третий раз, преодолевая сопротивление, - и при всех назовешь меня своим женихом и законным супругом! 
Притиснутая к мужской груди, Августа задохнулась, откинулась назад, упираясь ладонями в грудь Яго и глядя ему в лицо.
- Да. Только так! Это наш единственный шанс получить корону обоим! – горячо промолвил он. – Я – король, ты – моя королева. Только так мы будем вместе, слышишь? Это наша судьба и наш шанс! Поверь мне, - Яго снова притянул Августу к себе, обнимая, - я стану королем и женюсь на тебе. Только на тебе. Других мне не надо! Так будет лучше для всех. Ты мне веришь? 
- Я, - принцесса напрягала слух, пытаясь понять, что делают за дверью фрейлины. Если они не только подслушивают, но и подсматривают, ее дело плохо. – Не знаю. Все та сложно… мы – родственники…
- Дальние. У нас только четверть общей крови. Никто не скажет ни слова. Тем более что по бумагам я – Беркана, а ты принадлежишь совсем к другой фамилии.
- Но… я старше тебя.
- Это пустяки. Что такое три года? 
- Я могу умереть… при родах.
- Оставь. Я читал хроники. Лишь одна из десяти женщин нашей семьи умирает, родив первенца…
- Но я могу быть той десятой…
- Не можешь, - их взгляды снова встретились. – Я не дам тебе умереть! В самом крайнем случае мы что-нибудь придумаем. Времени много…
Словно опровергая его слова, откуда-то из-за закрытых дверей долетел раскатистый перезвон часов.
Они отпрянули друг от друга, словно их ударили. Лишь мужчина продолжал еще придерживать женщину за локти, но уже не смотрел в ее сторону.
- Пора! – выдохнул он.
- Время, - откликнулась она.
Скрипнули створки дверей – в комнату впорхнула стайка фрейлин. Судя по лицам девушек и их спешке, они кое-что подслушали, но вот подсмотреть не смогли и теперь спешили хоть как-то наверстать упущенное. 
- Ваше высочество… Господарь Беркана… Сэр герцог… госпожа, - защебетали они. – Вы слышали? Это сигнал! Открытие снема… 
- Да, - Августа отступила, опуская руки и поднимая голову. – Нам пора. Кузен. Вы не откажетесь сопровождать меня в зал совета?
Яго Беркана молча поклонился, подавая руку. Преображение произошло так быстро и естественно, что в этот момент он всерьез видел перед собой будущую королеву. И повиновался ей, как придворный.
Стук в дверь заставил меня подпрыгнуть от неожиданности и посадить кляксу на последнюю страницу отчета. Я выругался. По иронии судьбы, это был самый низ листа, так что придется переписывать все заново.
- Бес! Кого там еще принесло?
- Вы там? Мастер Груви, это вы?
- Нет, это не я? – рявкнул в ответ. – Чего надо?
- Отец…
Одного этого слова было достаточно, чтобы все прочее потеряло смысл. Из всех моих детей только один знал, кто произвел его на свет. 
Быстро промокнув кляксу – след остался, но ничего, - бросился открывать. Родольф в ученической мантии выглядел странно, а выражение его лица навело на мысль, что вчера что-то произошло.
- Что случилось? Ты в порядке?
- Отец… мастер Груви, - он быстро стрельнул глазами по сторонам, - я… мне нужно… я бы хотел…если можно… я понимаю, что моя просьба…
- Да не мямли ты, - дернув за запястье, втянул сына в комнату, плотно прикрыл дверь и активировал охранное заклинание над притолокой. Да, от воров, а не от прослушки, но все лучше, чем ничего. – Говори, что случилось, пока я спал? 
Родольф поднял на меня несчастное лицо. Дурные вести из Брезеня? Зловещие знамения? Кто-то умер? 
- Ничего. Но мне… я хотел попросить…
- Сделаю, - кивнул я, решив, что лучше согласиться сразу, чем тратить время и вытягивать у него ответ словно клещами. Ей-богу, иногда жалею, что не пошел в дознаватели! По крайней мере, имел бы законное право применять пытки, чтобы добиться хоть какого-то ответа!
- Ох, спасибо! – он чуть не кинулся целовать мне руки, разулыбавшись так, словно я ему пообещал полкоролевства и принцессу в жены. – Тогда я готов. Мы можем идти сейчас же!
- Да что случилось-то? 
 
Родольф захлопал ресницами.
- Вы… пообещали… - пролепетал он.
- Что?
- Я хотел… во дворец…
- Что?
Признаться, мне ужасно захотелось ударить мальца. Вот чем он думал, скажите на милость? К чему весь этот спектакль, эти эмоции и нервы? Во дворец ему приспичило! Прямо сейчас! Сколько, кстати, времени? 
- Через полчаса… через полчаса финальное голосование, - ничуть не прояснил ситуацию юноша.
- Ну и что? Что? – до меня с запозданием начало доходить. Вот что значит работать учителем. Времени на прочее совершенно не остается. – Снем?
- Да. Сегодня – сейчас – будут голосовать…
- А ты-то тут при чем? Ты – Беркана, но тебе не присылали официального приглашения, - вернее, конечно, должны были бы прислать, но от лица сэра Робера Берканы, который должен был приехать поддержать сына. Однако, насколько мне известно, глава рода лишь прислал вместо себя своего троюродного брата, сэра Мая Беркану, прихватившего одного из племянников. О Родольфе никто из них не вспомнил, иначе официальное письмо давно бы лежало у ректора на столе, а сам юноша был бы сейчас во дворце, а не у меня в комнате. 
- Я думал… думал, что пойдете вы и… разрешите мне вас сопровождать…
Хм. А ведь он прав. Как младший член семьи Масов я имел полное право присутствовать на голосовании. И даже мой голос мог на что-то влиять. Нет, из всех Масов голосовать мог пока только один Анджелин – у его первенца такое право появится только после женитьбы – однако, я мог надавить на названного брата и вынудить его изменить решение. Проблема в том, что Анджелин то ли забыл, то ли не счел нужным вызывать меня на сегодняшнее заседание. А может, он решил, что это все это должно произойти само собой – дескать, если я пришел туда один раз, ничего не остается, как прийти во второй и третий. 
- Но мы с тобой не имеем права голоса, - сказал я. – Я – приемный сын без права наследования, ты – тоже… Или, - заметил, как начал краснеть Родольф, - тебе просто хочется во дворец… по другой причине?
Краска смущения подсказала мне правильный ответ.
- Признавайся, что ты задумал? 
- Ничего, - он отводил глаза.
- Не ври отцу! 
Юноша встрепенулся, вскинулся, как молодой конь, обжигая меня гневным взором, и я прикусил язык. Да, он знал, что я его отец и звал меня так. Но кто я для него? Настоящий ли я отец, чтобы требовать такое? 
- Я… я просто хотел… просто хотел увидеться с…
- С какой-то девушкой? – брякнул наудачу и понял, что попал пальцем в небо. Родольф закивал, не глядя на меня.
Вот ведь… молодо-зелено! Влюбился! Мой сын влюбился! Наверняка, сопровождая принца Богумира после занятий фехтованием, он потом не сразу отправился восвояси, а решил чуть-чуть задержаться – еще бы, когда выпадет второй шанс побывать во дворце? – и случайно заметил пару голубых глазок под черными бровями. Среди фрейлин часто попадаются хорошенькие – девушек отбирают в свиту королевы не только за знатность рода и влиятельность отцов, но и за красоту! А теперь, когда, кроме ее величества, там живут две принцессы, двор должен был увеличиться. Наверняка, какая-нибудь юная провинциалочка, только-только взятая в свиту, еще не знакомая в правилами, живая и непосредственная, раз попалась на глаза моему отпрыску. Родольфу идет двадцатый год, он не слишком богат и не настолько знатен, как некоторые, но молод и хорош собой. А в юности это главное. Дети влюбляются без оглядки на деньги и громкие имена и только потом начинают что-то подозревать… 
Если бы речь шла об одном мне, я бы пальцем не шевельнул. За кого бы ни проголосовали, я свое слово сказал, а учителя, «полевые» некроманты и, самое главное, инквизиторы нужны при любом правительстве. Кто бы ни надел короны, я не пропаду, так что в этом вопросе вполне мог довериться другим. Но был еще и Родольф. И недописанный отчет…
Да гори синим пламенем эта бумажка! Мой сын нуждается в помощи! В {моей } помощи! И это как-то важнее гор исписанных бумаг.