Каникулы бога Рандома 3 (СИ)

— Эх, доктор, — проговорил Алексей, вставая с кровати, — кто ж тебя за язык-то тянул?
— Да откуда ж я знал, — пожав плечами, ответил Жданов. — Вы б меня хоть предупредили.
— Это мы не додумались с Игорем, когда всё спланировали, — согласился Гагарин. — С другой стороны, я теперь точно знаю, что она ко мне неравнодушна!
* * *
— Подвал надо снова залить бетоном, — безапелляционно заявила госпожа Лулулиана, когда у меня появилось время на разговор с ней. — Не знаю, как вы его расковыряли, но я бы обратилась в ту же фирму.
— Вы считаете, что демоны смогут найти прокол в пространстве, когда он завален тоннами породы? — поинтересовался я, так как считал, что завал, устроенный Гагариным, надёжнее любого бетона. — Или почему вы так в этом уверены?
— По нескольким причинам, — вздохнула бывшая хозяйка борделя, где я обосновался. — Во-первых, мне нужно заботиться о своих девочках и мальчиках, а я не могу этого сделать, потому что демоны могут ввалиться сюда в любую минуту. И это уже, во-вторых. Я сама демон, я знаю, на что они способны. Гарантирую, они не успокоятся, пока не разберут всю гору по камешку.
— И сколько у них на это уйдёт времени? — скептически проговорил я. — Сто лет? Тысяча?
— Вы очень плохо себе представляете их упорство, — ответила мне Лулулиана. — Их там орды и орды. День-два, и они будут тут. Если не раньше.
— Хорошо, — сказал я, понимая, что она может быть права. — Я обязательно учту ваше мнение при принятии решения, — при этих словах она надулась, так как не привыкла, чтобы кто-то с ней разговаривал в подобном тоне. — Давайте лучше обсудим, как мы с вами устроим ваших подопечных.
— С этим всё сложно, — она тяжело вздохнула и посмотрела на меня весьма странным взглядом. — В связи с тем, что особняк вы отдать не хотите…
— А с чего? — я приподнял правую бровь. — Я его купил на свои деньги, при этом готов вернуть вам всё, что вы тут оставили. Но сам особняк под бордель я вам не отдам. Но помогу найти здание под новый.
— Вот пока этого не произойдёт, мои своё состояние не улучшат, — она пронзительно посмотрела мне в глаза, словно пыталась сделать так, чтобы я почувствовал свою вину за это. Но я не собирался, так как рисковал жизнью, чтобы вытащить её и всех подопечных. — Ваш доктор очень хорош, не скрою. Его целительские таланты просто на высоте. Но вы же знаете, как могут излечиться искусители?
— Не вчера родился, — сообщил я полунасмешливым тоном. — Но согласитесь, я сделал гораздо больше для вас, чем вы могли бы от меня требовать. Так что предлагаю, сохраняя мир между нами, сотрудничать для вашего дальнейшего устройства. Если вы помните, я даже отдал вам почти весь второй этаж.
— Это был рабочий, — скривилась Лулулиана, но затем быстро покачала головой, словно осаживала сама себя. — Впрочем, вы правы, мне не на что жаловаться. Я слишком многого хочу. Если бы не вы, то, скорее всего, многих из нас уже не существовало бы.
— Я рад, что мы смогли друг друга услышать, — кивнул я и повторил, чтобы она отметила для себя мои слова. — И ещё раз отмечаю, что весь ваш реквизит я вам возвращу. Так что нам нужно лишь найти подходящее здание.
— А я ещё раз повторяю, — она сначала нахмурилась, но затем улыбнулась, причём, тепло и по-свойски. — Что подвал нужно снова залить бетоном. А сверху ещё заклятия положить для верности. Демоны слишком упорные, они не потерпят того, что добычу у них из-под носа увели. Разрешишь действовать?
— Хорошо, — согласился я, видя, что для неё это важно. — Пусть будет так.
В коридоре в этот момент послышались какие-то странные возгласы.
— Прости, — сказал я, понимая, что это потребует моего внимания. — Дела.
Лулулиана кивнула и встала. В этот же момент в мой кабинет ввалилась Силикона и бросила измученного Попадоса на ковёр к моим ногам.
— Всё поняла, не смею больше отвлекать, — заявила бывшая хозяйка борделя и поспешила испариться за дверью.
* * *
— Не отдавай меня больше ей! — заскулил Попадос, как только дверь за Лулулианой закрылась. — Чудовищу этому зеленомордому! Я знал, что ты — сволочь редкостная, но она тебя явно переплюнула. Скотина!
 
— Ты что, не узнал богиню современной красоты? — спросил я, немало удивившись, что бог попаданцев до сих пор не в курсе, кто перед ним.
— Чего? — я прямо видел, как его инкубьи глаза расширяются прямо до невероятных размеров. — Силикона?
— Да зачем ты ему сказал? — на зелёном лице орчанки явно была написана брезгливость. — Да я с ним… После того, что он натворил… Как говорят орки: я с ним на одном поле срать не сяду!
— Как скажешь, — кивнул я, полностью с ней соглашаясь и стараясь удержать серьёзное выражение лица, настолько неуместным для богини было высказывание. — Лично мне уже давно всё было понятно. Ещё до того, как он устроил против меня слушание в божественном суде.
— Да я!.. Да ты!.. — Попадос не находил слов, чтобы выразить своё негодование по поводу того, что происходило на его глазах. И тут он повернулся к Силиконе. — А ты вообще мразь, я от тебя такого не ожидал!
— Вот сейчас ты вообще не прав, — проговорил я, наблюдая, как зелёное колено въехало инкубу под дых. — Если бы не она, я бы ради тебя и пальцем не пошевелил. Так что своей жизнью ты обязан только ей. И должен быть благодарен.
— Спасибо, блин, большое, — сквозь зубы процедил он. — Только она такая с…терва оказалась.
— Это ещё что, — богиня внезапно успокоилась и села на кресло, оставив Попадоса лежать на ковре. — Я тебе, Ранди, сейчас такое расскажу, ты вообще закачаешься.
— Попадос на самом деле женщина? — я сделал драматичное выражение лица.
— Не надо ему говорить! — чуть ли не со слезами попросил бог попаданцев. — Пожалуйста. Это должно быть между нами.
— Знаешь, — игнорируя бога в теле инкуба, проговорила Силикона, — я могла бы сказать, что ты прав, потому что ведёт он себя, как баба. Только вот ни одна уважающая себя баба, не говоря о женщинах, так вести себя не будет. Это грёбанный стыд.
— Согласен, — ответил я, наблюдая, как Попадос с опаской поднимается с ковра и поглядывает на дверь. — Лучше не рыпайся, — предупредил я его. — Хуже будет. Рассказывай, Силь.
— А история такова, что, когда ты сманил на свою сторону Дезика, наш дорогой друг Попадос преисполнился ревности, — она рассказывала это с такими непередаваемыми эмоциями, что я невольно стал улыбаться. — То есть он рассуждал так, что сначала ты его женщину оприходовал, затем псину…
— Дезика я не приходовал, — поспешил я заверить Попадоса, чем заслужил взгляд, до краёв наполненный ненавистью. — Он на самом деле отличный друг.
— Так вот, — продолжила Силикона, — этот дурак пошёл жаловаться к Дзену. Ну тот ему, конечно, показал колесо сансары. Вместо осуждения чуть ли не похвалил и сказал, что ты, Ранди, развиваешься, а Попадос — нет. И это он должен брать с тебя пример.
— Это Дзен жёстко, — усмехнулся я, представляя в этот момент глаза бога попаданцев. — За такое и огрести можно.
— Так о чём и речь, — кивнула мне Силикона и потом дёрнулась в сторону Попадоса так, что тот вжался в спинку кресла. — Наш придурок психанул и всех богов раскидал по ветке вселенной. Зашвырнул все наши амулеты и решил, что так нормально. Теперь хрен знает, кто где есть и как это вообще обратно возвращать.
— Вот так вот и езди на каникулы, — вздохнул я, а затем перевёл взгляд на инкуба, который, казалось, желает только одного: перегрызть нам глотки, но прекрасно понимает, что против нас двоих у него ничего не получится. — Ты о чём думал, Попадос? — спросил я его. — Ты понимаешь, что всем мирам в ветке теперь может конец прийти?
— А чё Дзен такой слабый⁈ — заявил вдруг он, и я понял, что он на самом деле жутко напуган. — Почему он не предотвратил всё это⁈ Почему допустил такое⁈
— Я тебе говорю, он — дебил, — сказала на это Силикона, в негодовании потрясая руками. — Он вообще не понимает ничего. У него, кроме «я» и «мне», нет ничего больше в мозгу. Вообще. Привык посылать всех куда попало и с нами решил то же провернуть.