Вингейт (СИ)

Британские власти вели себя так, будто верили арабским объяснениям. Через неделю после ареста евреев был суд, скорый и неправый. Жаботинский получил 15 лет каторги. Один из членов самообороны в Старом городе, взятый с ружьем в руках и уличенный в том, что ранил нападавшего араба, получил 5 лет, хотя сам был ранен. Остальным дали по 3 года. Скованных цепями евреев вместе с двумя арабскими погромщиками провели по улицам Иерусалима и отправили в тюрьму Акко на севере страны. Причем сначала хотели везти в Египет, но решили, что там и без них хватает смутьянов.
Власти, правда, арестовали и одного из арабов-подстрекателей, а другой счел за лучшее скрыться. Его звали Хаджи Амин эль-Хусейни. (Родственник тогдашнего мэра и муфтия Иерусалима — духовного главы мусульман. Все они были из клана аль Хусейни).
Прошу познакомиться. И не забывать — мы его еще много-много раз встретим. Он был активен в те дни, перед Пасхой встречался с Уотерс-Тейлором. Вот информация Майнерцхагена: «Они встретились перед Пасхой, и Уотерс-Тейлор сказал… что в Пасху предоставляется прекрасный случай показать всему миру, что арабы не потерпят еврейского господства в Палестине. Он сказал также, что сионизм непопулярен не только среди чиновников местной мандатной администрации, но и в Лондоне. И что если на Пасху случатся беспорядки достаточной силы, то и генерал Болс, и генерал Алленби тоже выступят против идеи создания „еврейского национального дома“».
Хусейни был человек умный, он верно понял, когда надо на время скрыться. И скрылся. А в его уме нам предстоит убедиться еще не раз.
 
Лирическое отступление
 
Арабская пропаганда была поставлена достаточно умело. Уже тогда, в апреле 1920 года, арабы жаловались англичанам, что сионисты — очаг революционной заразы. Знали, куда бить! И это они будут повторять еще лет 35. Когда во второй половине 40-х годов XX века разгорелась «холодная война» — послевоенное противостояние СССР и Запада — арабы стали доказывать американцам, что коммунисты и сионисты это одно и то же. И что если государство Израиль будет создано, оно станет пешкой Сталина. И т. д. и т. п. Впрочем, в это время они уже начали пугать запад и нефтяным бойкотом. А с середины 50-х годов — заговорят о борьбе с империализмом.
 
В виде курьёза стоит ещё добавить, что в 20-ые годы арабы пугали англичан и потенциальными прогерманскими настроениями среди сионистов. Евреи, как уверяла англичан арабская пропаганда, это почти немцы. И культура та же и дух тот же. А тут ещё евреи подружили Германию (догитлеровскую) с русскими коммунистами (см. Приложение 4 о Ратенау). Поэтому сионистский Иерусалим станет политическим предместьем Берлина. Это арабы говорили и писали, когда раны Первой мировой войны были ещё свежи. Вот у кого надо бы поучиться пропаганде!
 
Но тут они не были изобретателями. Арабы следовали тогдашней моде. В то время любили говорить (особенно беглые русские черносотенцы, но не только они) о иудео-германском братстве. (Во Франции появился даже специальный термин «жидо-боши». «Боши» — презрительная кличка немцев.)
 
Но все-таки арабская версия о том, что евреи напали на мирных арабов, а затем сами друг друга изранили, не годилась для международных средств массовой информации. Поэтому была опубликована и английская версия событий — евреи и арабы сцепились друг с другом, а англичане их разняли.
  
Глава 6
 
Иорданская история
 
Приговоры участникам еврейской самообороны потрясли евреев на Земле Израильской. Были забастовки, демонстрации протеста, но все это не смущало английскую военную администрацию. Жаботинский, однако, не унывал и ободрял других — сидеть будем недолго. Англия, конечно, была не царская Россия. В Лондоне известие о приговоре восприняли с возмущением. И не только евреи — там еще помнили англофильскую деятельность Жаботинского во время войны. Правительство еще не было настроено к нам враждебно. Сам Бальфур по старости уже ушел из политической жизни, но сохранял влияние. Однако, несмотря на все это, пришлось бы посидеть приговоренным, если бы не Майнерцхаген. Он еще до грозных событий слал предупреждения и в Лондон, и Алленби, но тогда к ним не прислушались. Зато теперь его разоблачения вызвали в Лондоне эффект разорвавшейся бомбы. Алленби был взбешен и потребовал отзыва Майнерцхагена, но получил отказ в Лондоне — «силы зла» еще не были всемогущи. Да и развитие ситуации на Земле Израильской не способствовало расположению Англии к арабам. В том самом апреле 1920 года, когда произошли события в Иерусалиме, англичане убедились, что опасно выпускать джинна арабского национализма. После Первой мировой войны земли за Иорданом формально находились под управлением Британии. Но фактически после падения турецкой власти тамошние бедуины оказались предоставлены сами себе. За Иорданом воцарилась анархия во всём блеске. Еврейских поселений там не было. В ближайшее время террористы — а они на Ближнем Востоке уже завелись — станут использовать эту территорию как убежище.
 
И вот оттуда (то есть с левого берега Иордана) в Нижнюю Галилею вторглись 2 тысячи арабов. Вроде бы они собирались напасть на евреев. Притом были неплохо вооружены. Евреи приготовились к обороне. Марголин, никого не спрашивая, дал отпуск половине легионеров, и 200 еврейских солдат с оружием бросились в Нижнюю Галилею. Но арабы ударили по сипаям — англо-индийским солдатам. Британским частям пришлось драться не на шутку, даже с применением авиации. Роль евреев в этих событиях была незначительной, хотя все же несколько из них погибло. А в общей сложности там были убиты и ранены сотни людей. Арабов, конечно, разбили. Почему они вдруг напали на англичан — не ясно, но нам это оказалось на руку — любви к арабам в Лондоне это не добавило. Англичане поняли, что надо кончать с анархией за Иорданом.
Уже в начале мая приговор участникам еврейской самообороны был смягчен. Жаботинский получил один год тюрьмы, остальным дали по 6 месяцев. Условия их тюремного содержания были приличными. Жаботинский, однако, не думал признавать и этот приговор. Решено было начать голодовку протеста.
  
Глава 7
 
Особое назначение
 
А за пределами Земли Израильской жизнь тоже на месте не стояла. И в конце апреля пришла весть, что международная конференция в Сан-Ремо (Италия) подтвердила мандат Британии на Палестину, причем британцы должны были править в соответствии с Декларацией Бальфура. Это означало, по крайней мере в теории, что евреи смогут теперь переселяться в Страну Израиля не из милости, а по праву! (Об арабах, в тексте мандата, вообще не упоминалось). Сионистское руководство дало указание прервать по этому поводу траур и пост, связанные с приговором Жаботинскому и другим участникам самообороны, и начать праздновать. Жаботинского это возмутило. Но, как бы там ни было, действительно наметился благоприятный для нашего дела поворот. Поскольку военная администрация Палестины была безнадежно скомпрометирована показаниями Майнерцхагена, то в самом решении конференции в Сан-Ремо британское правительство увидело удобный повод сменить власть. И назначило гражданского губернатора. Да еще еврея. Да еще сиониста — Герберта Самуэля [7].
 
Лирическое отступление
 
Стоит отметить, что сам Герберт Самуэль, видный член сильной тогда либеральной партии, представитель давно осевшей в Англии и богатой еврейской семьи, не избежал в своей жизни антисемитской травли. В бытность его министром связи (первый некрещеный еврей — британский министр) в 1912 году разразился скандал из-за спекуляций с акциями американской фирмы «Маркони», поставлявшей в Англию телеграфные аппараты. Хотя Герберт Самуэль ни в чем виновен не был, что в конце концов было признано, британские антисемиты кишки ему помотали. Возможно, это сыграло роль в появлении у него сионистских взглядов.
 
В той антисемитской травле особо отличились литераторы — братья Честертон. Один из них станет известен в СССР как автор детективов.