Повелитель Рун (СИ)
— Спорить удумал?! Если я сказал, что ты опоздал, значит ты опоздал! — рот толстяка скривился. — Сегодня получишь вдвое меньше. В главной пыточной беспорядок. Иди и убери, — палач надменно задрал подбородок, и расслабившись, медленно, вразвалочку, пошел дальше по коридору.
Обычно, у палача в крепости не могло быть никакой власти. Из-за общего состояния города, расходы на содержание городской тюрьмы были сведены к минимуму. Чтобы сэкономить, глава города провернул, гениальный, по его мнению, план: большинство преступлений стало караться либо смертной казнью, либо продажей на рынок рабов. Из-за этого, содержать в тюрьме стало почти некого. Большую часть стражи убрали за ненадобностью, а такая мелкая сошка, как толстый палач, стала еще и тюремным дознавателем. И хотя в этой области он был полным дилетантом, применял насилие он с большим удовольствием. Ну а когда появился Дорен, который выразил желание стать его помощником, палач решил, что он окончательно добился успеха. Всю грязную работу он свалил на парня, платил ему жалкие крохи, ну а себе оставил свое самое любимое занятие: мучить и издеваться над заключёнными. А если ему в руки попадали женщины… Палач вспомнил девчонку, что недавно прошла через него. Его лицо скривилось в довольной улыбке. Жаль было только, что сверху пришел очевидный приказ, не оставлять свидетелей, иначе, он развлекался бы с ней гораздо дольше.
«Не жизнь, а сказка.» — Палач чувствовал, что последнее время его дела складываются совсем удачно. С хорошим настроением он направился в свою каморку, где его уже дожидалась полная бутылка хорошего вина из таверны неподалеку.
Когда Дорен зашел в пыточную, то увидел до боли знакомую картину: стол для пыток и весь пол вокруг него были полностью покрыты кровью. За множество перерождений парень слишком часто сталкивался с подавляющей жестокостью, но даже так, подобные сцены все равно порой задевали внутри него какие-то тонкие струны. Парень скривился. Ему предстояло все это отчистить. Палач явно должен был все делать сам, но, с тех пор как у него в подчинении оказался Дорен, он был бы идиотом, если бы еще хотя бы раз взял в руки тряпки и щетки.
— Хм? — Дорен вдруг заметил кое-что под столом. — А ну-ка. — Не побрезговав, он поднял с пола заляпанные кровью кандалы.
— А это как раз то, что мне нужно, — кандалы, которые он нашел были лучше, чем те, в которых был закован Тарк. Оглядев их как следует, парень довольно кивнул.
«Ох, мой уродливый жирный друг, спасибо, что так сильно упрощаешь мне задачу. С этими браслетами на ноги, мне больше ничего и не нужно. Надеюсь, Эрин соберет все необходимое.»
Быстро очистив кандалы, он сразу же спрятал их на дне ведра с водой. После этого он спешно принялся отмывать пыточные инструменты и само помещение. Вода в ведре стала алой от крови. И когда он, наконец, пошел её заменить, то обнаружив, что в коридоре никого нет, быстро отправился к себе. Только когда кандалы оказались в его сумке, Дорен окончательно успокоился. Даже если пропажу и заметят, к тому времени будет уже слишком поздно.
Весь дальнейший день пошел в спокойном темпе. И хотя Дорен разрывался от желания, бросить все и скорее отправиться домой, он не подавал и малейшего признака, что с ним что-то не так. Ближе к вечеру, уже заканчивая почти бесконечный список дел, который на него навесил палач, парень случайно услышал обрывок разговора между двумя стражниками во внутреннем дворе:
— И ты в это веришь?
— А чего думать, он это. Жирдяй трех человек до смерти запытал, чтобы это подтвердить.
— Что за черт? Как главарь Древесной Банды мог так легко попасться?
— Ха-ха! Легко, говоришь? Когда патруль натолкнулся на него в окрестностях Зеленой Гряды, от его отряда всего пять человек осталось, считая его самого, и все они были серьезно ранены. Но даже так, из двадцати патрульных, восемь на тот свет отправились во время стычки. Одного бандита зарубили там же, трех запытал толстяк. Сейчас только главарь и остался в живых.
— А кто ж их отряд перебил-то до этого? — второй стражник был не на шутку удивлен.
— Гребанный боргл, — голос первого был торжественным.
— Боргл?! В наших краях!?
Первый стражник в ответ легко засмеялся.
— Да, в такое с трудом веришь. Говорят, туша метров пять в длину была, видимо совсем взрослый попался. Вокруг него тел тридцать разорванных в клочья валялось. Отряд банды хотел через лес Зеленой Гряды расстояние сократить, да на гнездо этой твари и наткнулся.
— Что за мутная история. И куда нужно было так спешить, чтобы рисковать и через Зеленую Гряду тащиться? — второй стражник выглядел недоверчиво.
— А вот это самая сочная часть. Помнишь мужика, которого мы вздернули вчера вечером?
— Это который со шрамом на щеке?
— Ну. Как оказалось, он правой рукой главаря Древесной Банды был. Его совершенно случайно в городе взяли. Вот древесные и рванули его спасать. Так что, если бы не невесть откуда свалившийся на них боргл, еще бы вчера утром влетела бы вся их компашка в нашу крепость. Ну и что думаешь от нас осталось бы?
— Что за шутки?!
— Да куда ж, серьезнее, я сегодня вечером до потери сознания пить буду. И каждую кружку буду выпивать за боргла, который так удачно спас наши шкуры.
Дорен делал вид, что занят ремонтом виселицы. Когда стражники, переговариваясь ушли, он выдохнул.
«А вот и последний привет от проклятья. Если бы не оно, скорее всего Древесная Банда лихо бы ворвалась в крепость. Может, под шумок, Тарк бы на свободе и оказался. Кто знает, может и Мира еще была бы жива…»
В груди у парня что-то сдавило. Проклятье не просто приносило неудачу. Оно неведомым образом могло манипулировать самой судьбой. Раньше, он никогда не мог сказать, когда оно его настигнет. От этого невозможно было убежать. Смерть настигала его сотнями разных способов. И проклятью было все равно сколько людей вокруг еще может пострадать. Иногда Дорен даже думал, что проклятье вполне могло быть разумным. От изощренности его действия невозможно было защититься. Не имело никакого значения, был ли он простым крестьянином или кем-то с высоким положением и статусом.
Однажды, он переродился в роли наследного принца одного могущественного государства. Он был единственным горячо любимым сыном и прямым наследником, вокруг него всегда были мастера невероятной силы, которые могли оградить его от любой опасности. Но даже так проклятье достало его. Король соседней союзной страны сошел с ума. Разрушительная война прокатилась по континенту, и, в итоге, парень был убит в собственном дворце солдатами вражеской армии, прорвавшими оборону.
«Сейчас все будет иначе.»
Дорен подумал о главаре банды. И хотя ему совершенно не было жаль того, кто промышлял разбоем и грабежом, косвенно именно парень был виноват в его заточении.
«Может, я смогу это использовать, кто знает. Если все получится, попробуем убить сразу двух зайцев.» — Первые намётки плана стали формироваться в его голове.
Когда все дела, наконец, были закончены, Дорен нашел палача.
— Радуйся, что вообще хоть что-то получил. Ленивых отбросов вроде тебя нужно постоянно контролировать, — жирдяй не забыл о своем обещании и заплатил гораздо меньше, чем должен был.
— Две монеты? Серьезно? Я что твой раб? — даже несмотря на решение не привлекать внимание, вытерпеть подобное отношение было трудно.
— Что? Тебе мало?! Сколько работаешь, столько и получаешь, — палач презрительно рассмеялся. — Думаешь ты такой полезный? Чтобы завтра я тебя здесь не видел! Подумай денек, о том, с кем и как ты разговариваешь. А сколько ты получишь послезавтра, будет зависеть от моего настроения, — посмеиваясь, уродливый толстяк удалился.
«Боже, у этого урода совсем мозги сгнили. Он действительно думает, что у него есть хоть какое-то положение.»
Из-за отсутствия постоянного контроля, палач действительно вел себя все наглее. Из-за странных увлечений прошлого Дорена, он всерьез думал о том, что парень ни за что не бросит эту работу. Поэтому, слегка почувствовав вкус власти, под надуманным предлогом он и решил урезать тому дневной доход.