Магнат

 
Неожиданно Аарон благожелательно улыбнулся:
 
 
— За что же я буду платить тебе, Кермит, если об этом придется думать мне? Надеюсь, что эта энергичная репортерша согласится еще раз со мной встретиться, как думаешь?
 
 
— Возможно.
 
 
— Мне кажется, мы могли бы найти способ дискредитировать Сэнди Меррит и сенатора Коннери — раз и навсегда. После этого мы сможем от них избавиться и развеять их прах по ветру.
 
 
За окном раздался раскат грома, и Дайсон поджал губы.
 
 
— Хорошо. Надеюсь, мы не слишком долго тянули.
 
 
— Поверь мне, Кермит. Я веду игру лучше, чем другие. Этим двоим никак меня не победить. Черта с два! Эта женщина оказалась лучше, чем я думал. Надо отдать ей должное. Она могла бы чертовски преуспеть в бизнесе, если бы захотела, и Коннери с ней повезло. Но им ничто не поможет. Теперь все кончено.
 
 
— Хорошо.
 
 
Аарон, мрачно задумавшись, подчеркнул какую-то запись в блокноте.
 
 
— Пора поставить точку. Последнюю!
 
 
Глаза Дайсона блестели, дождь усиливался.
 
 
— Она беспокоит тебя, да?
 
 
— Уже нет, — тихо сказал Аарон.
 
 
В тот же вечер люди Хейга прибыли в Нью-Йорк и связались с Сэнди. Они сказали, что Аарон Хейг, возможно, согласится обменяться с ней информацией, но она должна ехать к нему немедленно. Сэнди чувствовала опасность, но ее ободряло то, что она осталась жива после первой встречи с Аароном, и то, что им удалось расшифровать код Люка Эвери. Сознавая, как много они с Джеффом знают о Хейгах — а Аарон не мог не понимать этого — и что все эти данные благополучно заперты в компьютере, он не станет в открытую убирать Сэнди, потому что теперь это событие попало бы на первую полосу газет.
 
 
Конечно, она была права. Просто ей не удалось просчитать все шаги Аарона в этой игре, и она поехала с людьми Хейга. Она оставила сообщение для Джеффа, но тому не было суждено получить его. Ее отвезли в аэропорт и посадили в частный самолет до Чикаго, где ее должен был встретить Аарон. Ей подали напитки и завтрак и обращались с ней вежливо. Никто не угрожал ей.
 
 
Как только Аарон Хейг получил сообщение, что Сэнди находится на борту самолета, он отдал приказ выполнить остальную часть плана. Он чувствовал удовлетворение и тихое возбуждение. Он планировал операции по всей стране. Он заправлял всем. Он всем владел.
 
 
Он даже позволил себе короткий булькающий смешок. Черт побери, он это заслужил!
 
  
Часть четвертая
   
Глава 37
 
 
В аэропорту Чикаго Сэнди встретил Аарон Хейг. Они поехали на квартиру с окнами на озеро Мичиган. Квартира была со вкусом обставлена современной и старинной мебелью и произведениями абстрактного искусства. Их привез закрытый автомобиль, который быстро въехал в подземный гараж.
 
 
С восхищением разглядывая китайскую керамику танской эпохи, стоящую на стеклянной подставке, Сэнди пыталась разобраться в собственных чувствах. Наиболее явственно она ощущала биение пульса и железную хватку страха. Ее чувства обострились, так что цвета и фактура предметов казались ей невероятно яркими. Она была в состоянии повышенной возбудимости и крайнего напряжения.
 
 
— Чувствуйте себя как дома, — сказал Аарон. — Я приготовлю вам что-нибудь выпить.
 
 
— Спасибо, не надо, — ответила она. — Разве что немного холодной воды.
 
 
Страх пожирал ее в самолете и в машине, но теперь она начала рассуждать спокойнее. Будь это даже похищение или еще что-то, ей следует сохранять способность принимать решения.
 
 
Она расстегнула свой полотняный блейзер, села на один из белых диванчиков и наблюдала, как Аарон вальяжно пошел на кухню. Глубоко вздохнув, она нащупала в кармане блейзера диктофон. Вдруг она почувствовала, что ее нервы на пределе и она не может расслабиться. Она подумала о своем теле под этой легкой модной одеждой. Господи, а вдруг он попытается овладеть ею? От этой мысли у нее перехватило дыхание. Ожидание становилось невыносимым. Она встала и подошла к окну. Она слышала позвякивание стекла на кухне и внутренне дрожала. Там находился Аарон Хейг, который легко убивал и растаптывал своих врагов.
  
 
«Помоги мне, Господи», — подумала она, касаясь кончиками пальцев прозрачного стекла, отделявшего ее от воздушного пространства над Чикаго. Дело было не в том, что она была не способна участвовать в интригах такого уровня: она ведь давно хотела наступить на ногу сильным мира сего. Она вспомнила, как разбушевалась в то утро, когда убили Люка Эвери, из-за того, что была вынуждена торчать в «Американском дневнике» и не могла заняться этим из ряда вон выходящим делом. Потом погиб Гейб, а еще позже появился Джефф Коннери, и в ней проснулась новая любовь, а также осознание собственной силы и собственных возможностей. Она обедала с Аароном Хейгом, каким-то образом вошла к нему в доверие, и вот ее снова пригласили.
 
 
«Я могу с этим справиться», — подумала Сэнди. Она сунула руку в карман блейзера и включила диктофон. Аарон вернулся с бокалом воды для нее и чашкой чая со льдом для себя. Она повернулась к нему и, взяв бокал, постаралась ослепительно улыбнуться.
 
 
— Почему вы захотели со мной встретиться?
 
 
Он поставил свой чай на столик для коктейлей.
 
 
— Мы враги, это правда, но… здесь есть и личный аспект. Я почувствовал это в самом начале, когда впервые увидел вас на ранчо. Я поддался вашему обаянию.
 
 
Он подошел к ней поближе, и она подняла бокал, словно воздвигая защитный барьер. Что дальше?
 
 
— Мистер Хейг, мне интересно все, что вы хотите мне сказать. Но не более.
 
 
Он улыбнулся:
 
 
— Но, дорогая, вы можете немного расслабиться. Я не собираюсь срывать с вас одежду и кидаться на вас. Я более гибкий человек.
 
 
— Гибкий, как змея, — холодно сказала она.
 
 
Его улыбка стала кислой, но он не потерял самообладания.
 
 
— Вы больно кусаетесь. Но мне недостаточно физического влечения. Меня возбуждает ваш ум, ваша женская утонченность. Мы оба знаем, что эта встреча была неизбежной. Ведь вы это понимаете?
 
 
Он стоял уже совсем близко. Она отступила на шаг:
 
 
— Нет, не понимаю!
 
 
— Утонченный ум великолепно возбуждает. И я в восторге от того, что под столь прекрасной оболочкой скрывается ум, способный на изысканную фантазию. Я хотел бы обладать вами, Сэнди…
 
 
В ней поднялась волна отвращения. Этот человек приказал убить ее мужа, а теперь пытается совратить ее! Это было подло и отвратительно.
 
 
— Нет, — хрипло произнесла она, — ни за какую информацию!
 
 
— У нас много времени, — сказал он.
 
 
— К сожалению, у меня времени нет!
 
 
Его голос вдруг изменился, став одновременно металлическим и вкрадчивым.
 
 
— Вам лучше побыть здесь некоторое время.
 
 
Она ничего не ответила. Держала в руках бокал воды со льдом, но не сделала ни глотка.
 
 
— Я знаю, вы вините меня в смерти вашего мужа и других. Без сомнения, также и в смерти Джона Бурка.
 
 
Она посмотрела на него в упор:
 
 
— Мне нравился Джон Бурк. Он пытался независимо вести свои дела, а вы погубили его. Так вы убираете всех, кто не хочет вам уступать!
 
 
— Но я вынужден так поступать, Сэнди, — сказал он. — Вы подозреваете, что это я подстроил ему аварию?
 
 
У нее перехватило дыхание от мысли, что сейчас он признается.
 
 
— Только не утруждайте себя и меня очередным отрицанием.
 
 
— Не буду. — Он замолчал, и это молчание показалось ей предвестником сенсации. Но неожиданно она поняла, что у него на уме совсем другое.
 
 
— Ведь и вы не станете отрицать, что записываете наш разговор на пленку.
 
 
Ей показалось, что кровь застыла у нее в жилах. Она сделала героическое усилие, чтобы удержаться на ногах, но поняла, что ее лицо стало пепельно-бледным.