Магнат

 
— Я репортер, которого интересуют человеческие судьбы. Мне хотелось поговорить с Лорейн с тех самых пор, как я впервые ее увидела. Мне жаль, что ее жизнь повернулась столь… трагично, но с ней действительно стоило встретиться.
 
 
— Зачем она переслала вам счета Эда Клири?
 
 
«Дыши глубже, Сэнди».
 
 
— Я не знаю, право. Думаю, что он велел ей сделать это, если с ним что-нибудь случится. — Она с трудом улыбнулась. — Вы теперь, должно быть, и сами знаете, что было у него на уме, мистер Хейг.
 
 
Его улыбка показала, что одно очко ей удалось отыграть. Он спросил менее жестко:
 
 
— Что вы намереваетесь делать с этими материалами?
 
 
— Не знаю. Мне жаль Лорейн. Я не хочу, чтобы у нее опять были неприятности.
 
 
— У нее их больше не будет, — сказал Аарон. — Лорейн в клинике.
 
 
Сэнди судорожно вцепилась в свой бокал.
 
 
— Я не знала.
 
 
— Разумеется, не знали, дорогая. Все было сделано очень осторожно. Вы пробудили в ней надежду, заставили поверить, что сможете забрать ее у меня. Она стала буйной, ее психика совсем расшаталась. У нас не было выбора. Все это очень жестоко с вашей стороны, Сэнди.
 
 
Его слова хлестали ее, как бич. «Ублюдок! — отчаянно думала она. — Ублюдок, ублюдок, ублюдок!»
 
 
— Зачем вы встречались с Четом Биннсом?
 
 
— Что?
 
 
— Не скромничайте. Вы встречались с ним на его яхте. Между вами что-то есть?
 
 
— Нет. — Она замолчала, на мгновение закрыла глаза и постаралась ровно дышать. Потом выдохнула и открыла глаза. — Это мое дело, мистер Хейг.
 
 
Он улыбнулся:
 
 
— Разумеется. А зачем вы виделись с Эдрой Барак?
 
 
— Мы подружились, после того как она выступала в «Американском дневнике».
 
 
— Ее муж считает, что она предала его.
 
 
Она в ярости наклонилась вперед:
 
 
— Ах, так вы ведете дела с Али Бараком?
 
 
— Да, дорогая, как и со всеми другими нефтяными шейхами. Так делают все. Али и я были друзьями до того, как он свихнулся. Вы же знаете, что он свихнулся?
 
 
— Я знаю, что он фанатик…
 
 
— Он сумасшедший, дорогая. Он думает, что его жена ввела вас в курс его секретных планов. Так поговаривают среди тех, кто занимается нефтяным бизнесом. Он велел ее арестовать. — Аарон прищелкнул языком. — Говорят, что готовится настоя
 
щее жертвоприношение. Эту даму передали в руки тайной полиции Катара. Они любят использовать для пыток ледяную воду и прикрепляют электроды к…
 
 
— Прекратите! — Хриплый выкрик Сэнди испугал ее саму.
 
 
Аарон изучал ее с непередаваемым выражением лица.
 
 
— Видите, какие несчастья вы приносите, Сэнди? Стоит ли? — сказал он.
 
 
— Да, — твердо сказала она.
 
 
— Что вам передала Алиса Эвери?
 
 
Ее лицо передернулось.
 
 
— Что?
 
 
— Она передала вам что-то, и больше мы ничего об этом не знаем. Что это было?
 
 
— А что вы хотите знать?
 
 
Он улыбнулся:
 
 
— Неправильный ответ, дорогая. Надо было отрицать сам факт. А теперь вы признались, что у вас действительно что-то есть. И мне придется постараться узнать от вас, что это такое. Вы погубили двух женщин и сами попали в ужасную переделку. У вас просто нет выхода.
 
 
Подали десерт — грушевый торт, пропитанный сиропом, и мороженое.
 
 
— Восхитительный торт! — воскликнул Аарон, аккуратно подбирая с тарелки все крошки. — Признайте это, Сэнди, уступите хотя бы в этом.
 
 
Она кивнула:
 
 
— Да, торт великолепен.
 
 
Он закурил тонкую сигару.
 
 
— Что ж, Сэнди, мы провели весьма приятный и поучительный вечер. Я встряхнулся.
 
 
Она посмотрела на часы:
 
 
— Господи, мы сидим здесь уже три часа!
 
 
— Это называется обедать со вкусом. Сейчас для этого редко находишь время. В вашей голове что-нибудь прояснилось?
 
 
Уместный вопрос. Ее мозг лихорадочно работал, мысли скрутились в узел и пульсировали, точно метроном. Какой же дурочкой она была, когда решила, что сможет в открытую вступить в бой с Аароном Хейгом. Он же оказался непревзойденным мастером, виртуозом жестокости и запугивания. Джефф знал этих магнатов. Он предупреждал ее, предупреждал…
  
 
А она рванулась вперед, не разбирая дороги, и обрекла на смерть Лорейн Хейг и Эдру Барак. И себя. Если только она не замолчит и не уйдет с дороги, ее растопчут. Похоже, в этом и был смысл разговора. Нет! Аарон мог бы раздавить ее одним ударом, захоти он просто убрать ее со своего пути. Но он пожелал еще и поразвлечься.
 
 
Сэнди вдруг разозлилась. Это было неожиданно для нее самой. Запуганная, пришибленная, она вдруг почувствовала в себе холодную, сильную ярость против этого человека, чей запах одеколона она чувствовала, чье дыхание слышала и чьего взгляда не могла избежать. Униженная, раздавленная, сидя за этим столом, она испытывала холодную ненависть и мечтала о мести.
 
 
Аарон был воплощением всесилия и могущества, он был даже не демоном, а самим дьяволом. Вот она и потешила свою репортерскую гордыню, отведала самого смачного куска от пирога пикантных новостей. За это ей придется расплачиваться. Но она была похожа на часы в старой рекламе: их привязывали к пропеллеру самолета, их заваливало снежной лавиной, а они все тикали и тикали. Так-то, Аарон Хейг!
 
 
Они поднялись со своих мест. Сэнди, собрав все свое хладнокровие, заговорила как можно спокойнее:
 
 
— Я не собираюсь убегать от вас, Аарон. Мне многое известно, и я узнаю еще больше. Надеюсь, что спокойствия вам не видать. Я намерена и дальше преследовать вас.
 
 
Аарон долго молчал. Он упорно смотрел на одну из подсвеченных ниш с коллекцией фарфора и стекла. Потом сказал:
 
 
— Делайте то, что считаете нужным, миссис Меррит. И я буду делать то, что считаю нужным. Вас отвезут в вашу гостиницу. Желаю вам удачного полета.
 
 
Он выдохнул табачный дым, посмотрел на нее пронзительным взглядом и, к ее удивлению, покинул столовую. После его внезапного ухода Сэнди стала бить дрожь, но она старалась сохранить спокойствие. Он не угрожал, что убьет ее, однако ни одна изощренная угроза, как бы жестока она ни была, не подействовала бы на нее столь ошеломляюще, как этот обед и состоявшийся разговор. Потрясенная, она ждала, когда придет шофер.
 
  
Глава 32
 
 
Прежде чем Сэнди удалось рассказать Джеффу, как она отобедала с Аароном Хейгом, до того дошли слухи о том, что Джон Бурк собирается покинуть страну. Джефф сообщил об этом Сэнди, и она сказала:
 
 
— Меня ты можешь выслушать позже. Давай поедем к нему.
 
 
К счастью для Джеффа и Сэнди, после того как он два месяца назад ушел с поста президента Юго-Западной корпорации, Бурк жил в Нью-Йорке. Они доехали на такси до его дома в Сохо и долго звонили у входной двери.
 
 
— Я знаю, что он дома, — сказал Джефф. — Мой секретарь звонил ему, и Бурк сказал, что будет нас ждать.
 
 
— Должно быть, он очень напуган, — ответила Сэнди.
 
 
Наконец Бурк все-таки открыл дверь и впустил их, неловко отступив внутрь квартиры. Блестящий белый потолок и белые стены подчеркивали беспорядок, царивший среди дорогой и изысканной мебе
 
ли и убранства. Книги лежали на полу, увязанные в стопки. Бурк сделал неопределенный жест и сказал:
 
 
— Я принесу кофе. Вино уже упаковано, и я не могу предложить вам выпить.
 
 
— Не волнуйтесь, — сказал Джефф. — Мы пришли не за тем, чтобы приятно провести время.
 
 
— Жаль, — сказал Бурк. — В этом доме было так хорошо отдыхать. Я полагаю, что вы пришли посмотреть, не свихнулся ли я.
 
 
Бурк снял с полок несколько книг и притворился, что разглядывает их. Сэнди посмотрела на Джеффа, тот успокоил ее взглядом. Жестом он велел ей присесть на металлический стул. На ней было желтовато-зеленое летнее платье, которое заставляло Бурка украдкой бросать на нее красноречивые взгляды; раньше он выразил бы свое восхищение более открыто. Когда-то, когда он давал интервью в «Американском дневнике», она почувствовала к нему искреннюю симпатию. Теперь же она злилась на него за то, что его сломали.