Любовь в смертельной прогрессии (СИ)

Очнулся я от того, что лицо мое усердно протирали чем-то теплым и влажным. Осторожно приподняв веки, я едва не лишился чувств в очередной раз. Прямо на меня смотрели два горящих глаза. От ужаса я перестал дышать.
— Эй, Роби! Что там у тебя?
Я услышал приближающиеся шаги и медленно повернул голову на голос. Животное еще раз лизнуло меня в нос.
— Вы живы?
Подоспевший мужчина склонился надо мной, затем подал мне руку, помогая подняться. — Собаку не бойтесь.
— Спасибо. Уже не боюсь, — сказал я, отряхивая одежду от грязи.
— Что с вами случилось?
— Похоже, стукнули по голове. — Я проверил карманы и добавил: — еще ограбили.
— Вот сволочи! — возмутился мужчина. Собака согласно рявкнула.
Я посмотрел в ее сторону и отметил, что псина большая и весьма симпатичная. Вот только ее глаза мне напомнили волчьи.
— Я еще удивился, куда это Роби понеслась…
Он смотрел на меня с сочувствием.
— Может, полицию вызовем? Чем вам помочь?
Я потер гудящий затылок и махнул рукой:
— Да пустое все это. Больше хлопот. Даже телефон прихватили, уроды.
— Точно, уроды, — с этими словами мужчина протянул мне свой мобильник. — Вот, позвоните, если надо.
Прикинув, кому я могу позвонить в такое время и чем, собственно, мне сейчас можно помочь, я с досадой поморщился:
— Спасибо, не надо. Ключи вот от квартиры оставили и то, слава богу.
Мужчина пошарил по карманам, вытащил смятую купюру.
— Возьмите, если не далеко ехать, то на такси хватит. С собой, к сожалению, больше нет.
Я мотнул головой.
— Все в порядке, доберусь, здесь рядом. Спасибо вашей Роби, в чувство меня привела и укусить не захотела.
— Что вы! — рассмеялся хозяин собаки. — Это хаски. Даже если вам очень захочется, то разозлить ее вряд ли удастся. Порода такая.
Зато друг из нее отменный. — Мужчина с любовью потрепал собаку по загривку.
В душе невольно шевельнулось чувство зависти к этой парочке. Себя в данный момент я идентифицировал с волком-одиночкой, особенно в контексте последних событий. Не на кого положиться, не с кем даже обсудить проблему. Допрыгался что называется.
Домой я попал далеко за полночь. Изрядную часть пути пришлось идти пешком. Буквально за пару троллейбусных остановок меня подхватил парнишка на жигулях и доставил прямо к подъезду, отказавшись от денег, которые я ему обещал принести из дома.
— Мне по пути было, не напрягайтесь, — устало махнул он рукой и тронулся с места.
Я долго стоял под горячим душем, пытаясь собраться с мыслями. Но чем больше я размышлял над сегодняшними событиями, тем яснее становилось, что задачка мне не по зубам. Я никак не мог уловить, откуда дует ветер, который принес мне такие неприятности. Что хотел сказать мне Петренко — теперь навсегда останется тайной. Это была единственно возможная зацепка, но, увы, я ее упустил. Если бы кто-то стал наезжать на мой бизнес, то это хотя бы что-то объясняло. Только про мои дела и деньги вроде никто и не заикался. Ничего подозрительного на работе в последнее время не было. Бухгалтерия в порядке, непредвиденных и странных проверок тоже не наблюдалось, никто из финансистов увольняться не собирался. Или все это впереди? Да, зря я не выслушал Серегу, когда он позвонил мне в первый раз. Как теперь связать взрыв машины и просьбу Петренко о протекции? Да и есть ли там связь вообще? Теперь ищи ветра в поле. Одно ясно, что завтра я не хозяин своей жизни и что завтра, так или иначе, продолжит действие запущенный кем-то механизм по производству неприятностей для меня.
  
Глава 2
 
На работу пришлось добираться на старом Опеле, милостиво переданном мне во временное пользование Усовым. У Петра имелось два автомобиля, один — солидный Порше, на котором художник ездил на вернисажи и презентации. Он с готовностью предложил именно его для моих поездок в офис, однако пришлось категорически отказаться от такой роскоши. Учитывая несчастливую судьбу своей Тойоты, рисковать чужим имуществом я, естественно, не стал.
 
Едва я переступил порог, испуганная секретарша прошептала:
— Вас там ждут, — указала она пальчиком на приоткрытую дверь.
Кто мог меня ждать прямо в кабинете, я догадывался. Вопрос, так сказать, один — по какому конкретно вопросу.
— Да? — выдавил я улыбку и щелкнул пальцами у нее перед носом, как будто ждал прихода Деда Мороза. — Хорошо, что ждут.
— Ага, — глупо улыбнувшись в ответ, кивнула девушка.
Я решительно распахнул дверь кабинета. Высокий молодой человек атлетического сложения, в джинсах и темном джемпере, со скучающим видом стоял у окна, опираясь руками на дерматиновую папочку для бумаг.
— Доброе утро, — бесцветно произнес он, обернувшись в мою сторону. — Старший следователь прокуратуры Василий Александрович Демин.
Я был готов к подобному повороту дел. Еще спасибо, что прокуратура, а не бандиты. Хотя, говорят, криминал водится везде, в том числе и в этих органах.
— Доброе, — в тон ему ответил я и жестом указал на стулья у длинного стола. — Прошу.
Мы сидели некоторое время в полной тишине. Молодой, но уже старший, следователь будто гипнотизировал меня, переводя то и дело взгляд с лежащей на столе раскрытой папки на меня. Весь его вид, уверенный, самодовольный, откровенно действовал мне на нервы. Похоже, парнишка выдерживал мхатовскую паузу, рассчитывая на какой-то особый, одному ему известный эффект. Он не знал, что я был глух к подобного рода мастерству.
— Если честно, — наконец разродился он, — мы вас, Алексей Викторович, ждали вчера.
— С чего вдруг? — искренне удивился я.
— Разве не ваша машина вчера взорвалась неподалеку от офисного здания на Стрельниковой?
— Да, моя. Увы, — кивнул я и скорбно опустил голову. — Вот и заявление написал в полицию. Даже не думал, что такими вещами сразу прокуратура занимается, — расстегнув портфель, вытащил исписанный лист и протянул Демину. — Хотел только с утра наведаться на работу, проверить, что да как, а то ведь там, сами знаете, неизвестно, сколько времени придется провести.
Следователь нервно дернул бровями и, пробежав глазами заявление, отодвинул его от себя. Я прекрасно понимал, что подобные заявления пишутся в кабинете, в полиции. Однако умышленно нацарапал отсебятину, на всякий случай. Случай, как оказалось, не заставил себя ждать.
— А что ж не вчера? Почему скрылись с места происшествия?
Я откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди.
— Скрылся? Разве это так называется? Помилуйте, я же ничего не взрывал, всего лишь помогал девушке поменять колесо. Думаю, что это может подтвердить кто-нибудь, — продолжал я валять дурака, нисколько не сомневаясь, что свидетель, как минимум один — охранник, — был уже допрошен.
— И все-таки, — не унимался дотошный, — почему вы укатили с барышней, никак не прореагировав на преступление?
— Почему же не прореагировал? — тяжело вздохнул я. — Еще как прореагировал. Я жутко испугался. Где гарантия, что никто не стал бы стрелять в меня там же? — я уверенно посмотрел следователю в глаза.
— А что был повод?
— Какой повод?
— Стрелять в вас, — прищурился он.
— Вот про это я как-то меньше всего думал в тот момент, — со злостью огрызнулся я. — Был взрыв, было опасно…
— Да-да, это я уже слышал, — перебил он. — И куда же вы умчались?
— На работу. Но потом, — уловив оживившийся взгляд Демина, — я передумал и поехал домой. На метро.
— Почему?!
— Да потому, что у меня был стресс! Шок, короче.
Следователь замер с улыбкой на лице. Абсолютно неуместной, на мой взгляд. Постепенно его улыбка превратилась в гримасу не то боли, не то разочарования.
— Возможно, — кивнул он и поднялся со своего места.
Мне показалось, что стало легче дышать, будто чья-то невидимая рука приоткрыла форточку, и в нее хлынул свежий воздух. Неужели все? Однако Демин вовсе не собирался уходить, он подошел к окну и присел на подоконник, его лицо оказалось в тени, а мне пришлось повернуться к нему, оказавшись таким образом, как будто под светом софитов. Воздуха опять не стало, внутри появилась мерзкая дрожь, в горле пересохло, жутко хотелось сделать глоток воды, но я не рискнул даже глянуть в сторону графина.