Канарейка (СИ)
Баронство Леона действительно процветало. И судить о том можно было не только по вовремя засеянным ухоженным полям и добротным хозяйствам, встречавшимся по пути. Но и по тому, что сами люди здесь жили спокойные и сытые.
Карету хозяина земель узнавали. кланялись степенно, без суеты и подобострастия, но с читаемым уважением.
Родовое имение Леона произвело на меня какое-то совершенно волшебное впечатление. Я даже не ожидала, что мне здесь настолько понравится. Ничего монументально-вычурного, никаких глобальных площадей - просто дом в два этажа, просто двор, сад... Что там дальше? Поглядим. Но всё вокруг такое ухоженное, уютное.
И эти кованые ажурные ворота, и симпатичные клумбы с высаженными цветами, явно подрощенными где-нибудь в теплице, и аккуратные чищенные дорожки - на чём бы не остановился глаз - всё радовало заботливой устроенностью.
Наша карета торжественно вкатилась на территорию поместья и остановилась у входа. Леон подал руку и помог выбраться на улицу. Тут же вокруг образовалась суета. Вещи выгрузили и потащили в дом, транспорт поехал дальше - распрягаться. Из дверей выскочила немолодая полноватая женщина в простом сером платье из хорошей, впрочем, ткани.
- Мой дорогой! - раскрыв для объятий руки, запричитала тётка, скатываясь по ступеням навстречу нам.
-Мама?- мысленно вопросила я? -Да ну-у...Вряд ли. Для баронессы - совсем уж простоватая, хоть и, безусловно, приятная. Но с Леоном - ничего общего.
- Фелисити, здравствуй! - подтверждая мои догадки, сказал Леон, с удовольствием обнимая женщину, - А где мама? Я должен познакомить её с Лирой. Да, Лира, познакомься, это Фелисити - наша экономка и мамин личный ангел-хранитель.
- Ой, ну всё вы меня нахваливаете, даже неловко! - она смущённо махнула пухлой белой рукой, - Очень рада, очень рада! - это уже мне, - Сейчас, деточки, разыщу госпожу Майю.
Тётка развернулась и с озабоченным видом побежала в обратном направлении. Однако, судя по всему, поиски к результату не привели. Мама не находилась. Хотя, в розыскной операции, кажется, задействовали уже всех, кого возможно.
- Давай провожу тебя в дом. - предложил Леон, начиная заметно волноваться.
- Можно я сперва здесь немного осмотрюсь? - попросила я, - Иди, за меня не переживай.
Барон подключился к остальным, а я медленно побрела по садовой дорожке, вдыхая аромат цветущих яблонь. Ноги привели к маленькому рукотворному пруду, живописно и очень продуманно украшенного по берегу крупными камнями и богатой растительностью.
Невольно остановилась, залюбовавшись всей этой красотой. И тут кусты зашевелились и... заговорили.
- Ну никому ничего доверить нельзя. - проворчал женский голос, и из зарослей показалась спина в тёмно-синем платье, - Ирмо! Где ты, прохиндей?! Я когда сказала высаживать берендику? Нет, ну он угробит мне цветы.
Женщина, медленно двигаясь задним ходом, тащила по земле что-то явно тяжёлое.
- Давайте-ка вам помогу. - не задумываясь предложила я и тоже сунулась в кусты.
- Ага, вот так, осторожно, клеус не затопчите. - вдвоём мы подхватили ящик с мелкими ростками какого-то нереально бирюзового цвета и вытащили его наружу.
И тут до обеих дошло, что происходит нечто странное. Так и удерживая ящик за разные края, замерли и посмотрели друг на друга. Женщина сдула с лица выбившийся из причёски локон и только, было, открыла рот, как...
- Мама! У меня с тобой когда-нибудь сердечный приступ приключится. - Леон быстрым шагом приближался к нам.
66
Через час, уладив неловкость первой встречи и переодевшись с дороги, уже весело хохотали за столом, вспоминая детали знакомства. Мама Леона оказалась совершенно очаровательной тёткой. Мало того, что такая же темноволосая, синеглазая, статная красавица, как и мой будущий супруг, так ещё и натура не менее кипучая и деятельная.
Она тоже успела привести себя в безупречный вид и теперь, нисколько не смущаясь, легко смеялась над своими огородными приключениями.
- А здорово он нас отчитал, да?
- Согласна, забавно получилось. - улыбнулась я.
- И бросьте уже этот ящик! - Майя (мама) очень даже похоже спародировала интонации сына, - Неужели здесь больше тяжести некому таскать, кроме как двум приличным дамам?!
- Меня там не было! - добродушно булькала Фелисити, подпрыгивая на стуле, - Сколько раз говорила, не стоит самой ковыряться в земле. Народу ведь полно, только скажите - всё сделают. Но кто бы слушал пожилую экономку? Ух, задам ещё жару нашему садовнику. Где вот его носило?
- Не ворчи и не прибедняйся. - в свою очередь построжилась хозяйка, - Знаешь ведь, что цветы - моя слабость. Как занималась ими, так и буду. Тем более, что кроме меня здесь в них больше никто ничего не понимает. И даже не вздумай рассказывать, что там положено делать баронессам, а что нет.
- Картина, конечно, была та ещё. Мы тут, значит все бегаем, с ног сбились, ищем её, гляжу, а Лира уже нашла. Стоят вдвоём с коробом в руках. - веселился Леон.
- Зато у девочки сразу сложилось верное представление о твоей маме, без ложных иллюзий. А мне не придётся притворяться, чтобы казаться лучше. Правда, дорогая? - она подняла смешливые, но проницательные глаза на меня, - И я счастлива, что у неё оказалось прекрасное чувство юмора.
Да уж, хохотали до слёз, когда прояснилось, кто есть кто.
В общем, если с Леоном мы сходились медленно и осторожно, то с его мамой влюбились друг в друга с первого взгляда. Вот прям с того самого, когда замерли над нежными ростками на берегу пруда.
Сразу же, что называется, с порога мне сообщили, что здесь у них всё по-простому, по семейному, без пафоса. Так оно и было. По крайней мере даже судя по тому, что экономка сидит за одним столом с хозяйкой и, на минуточку, имеет смелость на неё ворчать. Я так поняла, что этих женщин связывают не только долгие годы жизни под одной крышей, но и тёплая дружба. Не зря же Леон назвал Фелисити личным ангелом-хранителем матери.
Так хорошо было сидеть сейчас в сытой полудрёме и слушать спокойную, умиротворяющую болтовню людей, которые должны стать моей семьёй. Какие они всё-таки замечательные.
Я, честно сказать, сперва неожиданно встала в тупик с вопросом, как мне величать будущую свекровь. Ну и пока пыталась сообразить, старательно избегала прямого обращения. Заметив мои метания, Майя сама пришла на выручку, наотрез отказалась от всяких важных приставок к имени, вроде госпожи и прочего, и велела называть её только так.
Она на самом деле казалась чудом чудным и дивом дивным. И ещё очень умной женщиной. Я тоже настояла, чтобы она в таком случае мне не выкала. Надо же как-то соблюсти табель о рангах. А то получается, что я к ней на "вы" и по имени, и она ко мне так же? Непорядок.
Кстати, кто из нас сильнее волновался перед этим важным знакомством - ещё посмотреть нужно. Когда уже стало понятно, что переживать больше не за что и можно расслабиться, Фелисити рассказала, как ждали здесь нашего приезда. Как Майя загоняла весь двор в наведении идеального порядка.
- Как будто у нас здесь когда бардак был. Ни в жизни ничего подобного. - ябедничала она, - Ну тут уж... Разве что траву причёсывать не заставили и в косы заплетать.
Стол ломился от угощений так, будто в доме планировалось заселение роты голодных новобранцев, а не приезд пары молодых людей нормальной комплекции.
И в кустах-то баронесса оказалась лишь из-за того, что пошла убедиться в совершенстве пруда, а на берегу её зоркий глаз углядел ящик с рассадой. Земля подсохла, редкое растение начало вянуть под палящим солнцем, вот и дрогнуло сердце увлечённой цветочницы - полезла спасать своих любимцев.
Дом, благодаря удачной, а скорее, просто хорошо продуманной планировке, внутри казался больше, чем снаружи. Комната мне досталась на солнечной стороне второго этажа - маленькая, но очень милая и уютная, впрочем, как и всё здесь.