Канарейка (СИ)
Прекрасно я всё понимала. Более того, успела честно себе признаться, что мысль о том, чтобы больше никогда не выйти на большую сцену - огорчала. Но, как уже намекнула ранее, выход нашёлся, и оставалось надеяться, что Элеонора его оценит и примет.
- Ваше величество, думается, я знаю, как решить эти вопросы ко всеобщему удовольствию и с пользой для театра.
- Объяснитесь. - заинтересованно предложила она.
- Может быть, мне вовсе не обязательно расставаться с театром насовсем? Баронство Леона находится всего в полутора днях быстрой езды. Обещаю, что никогда не откажу вам в том, чтобы поучаствовать в большом представлении.
- Да уж. - невольно усмехнулась высокая собеседница, - Самое удивительное, что вы ведь действительно имеете право отказать. И это разрешение подписано моей собственной рукой. Но продолжайте...
- В театральных постановках я участия не принимаю, так что здесь никто не пострадает. А что касается личного репертуара - весь его наизусть знает Флёр. Поверьте, за те три месяца, что мы путешествовали вместе, у нас было время его разучить. К тому же, она не пропустила, по-моему, ни одной нашей репетиции с оркестром. И вы лучше всех знаете, насколько она талантлива. Пусть в её исполнении всё будет звучать немного по иному, но... Я давно мечтала дать её голосу вторую жизнь, это дарование имеет на то полное право. Помнится, мы даже обсуждали такую возможность.
- Любопытно... - сказала королева, оценивая моё предложение, - Но как же ваши светлые идеи? На том, что есть, всё и умрёт? И чем же в остальное время будете заниматься вы? Трудно представить такую деятельную, яркую особу за выращиванием клумб. Уверяю вас, повседневная жизнь замужней женщины довольно скучна и однообразна.
Ну вот мы и добрались до основного пункта программы.
- Хочу предложить вам одну идею, благодаря которой королевский театр не только не потеряет с моим отъездом, но напротив - приобретёт.
- Даже так? - улыбнулась она, - Вы, как всегда, полны сюрпризов. Обычно они оказываются весьма полезными и приятными. Слушаю со всем вниманием.
И вот на эту подготовленную почву я и выложила предложение заняться развитием детского направления в искусстве, а существующее взрослое постараться сделать более осознанным. До сих пор одному богу известно, как, например, тот же Ганнибал оказался в числе актёров, да ещё и ведущих. Я же хотела сделать процесс отбора качественным и профессиональным.
Но это, как говорится, по возможности. Просто вспомнила монастырь и то, что в нём прозябают одарённые девчонки, которым наша "звезда" в подмётки не годится. Больше всего меня, а, судя по появившемуся блеску в глазах, и её величество, интересовало открытие для широкого слушателя именно детских голосов.
Такого здесь ещё не было, и кто знает, когда появится, если я не подтолкну процесс. В монастырях, типа нашего, конечно, имелось какое-никакое обучение, но не всё ж девушкам и парням гимны церковные петь. К тому же, туда брали уже почти взрослых.
Таким образом, я оставалась при сцене, при деле, да ещё и с развязанными руками. Создадим при содействии королевской казны подобие музыкальной школы, там со временем, глядишь, и до филармонии дело дойдёт - не обязательно же вершить всё исключительно своими руками. Мало разве найдётся одарённых педагогов? А там и местный Большой театр для народа можно будет замечтать, который сам будет себя отбивать.
Идея королеве однозначно понравилась. Мысленно, как я отчётливо видела, она уже отпустила меня во все тяжкие, и в замуж тоже.
- Так, Лира, это всё нужно хорошенько обдумать и просчитать. Слишком значительную помощь деньгами казна не осилит.
- Но ведь не обязательно брать на содержание только самых одарённых и обязательно бедных ребятишек. Кто-то из состоятельных родителей будет готов оплачивать обучение любимого чада, например, игре на арфе и пению. Такое ведь происходит, но в частном порядке. Так вот, получение музыкального образования в мастерской искусств от её величества - это не только гарантия хорошего результата, но ещё и престиж. А развитие детей гениальных, но из небогатых семей, возьмёт на себя государство. Как вам кажется?
- Баронесса, с таким выдающимся руководителем, как вы, думаю, всё получится замечательно. Готовьте расчёты и план действий. - создавалось впечатление, что Элеонора сейчас буквально сдерживала себя от того, чтобы азартно не потереть руки.
Это вселяло уверенность в успех задуманного предприятия.
- Но имейте ввиду, до празднования дня рождения принца я вас никуда не отпущу. - добавила она, - Это событие непременно пройдёт при вашем участии, и я ожидаю от него многого. Тем более, что ранее, чем через полгода ваша свадьба всё равно состояться не может. Траур по отцу необходимо соблюсти. Да и не нужно вам сейчас там находиться - это опасно, а рисковать столь светлой головой я категорически отказываюсь.
- То есть, вы даёте своё согласие на наш брак с бароном? - чтобы уже вслух и наверняка прозвучало сие дозволение, переспросила я.
- Считайте, что оно получено. - улыбнулась она, - Идите уже, порадуйте своего Леона. Наверняка ведь ждёт, томится в сомнениях.
Раскланявшись должным образом, я помчалась в наше заветное место, где и в самом деле уже больше часа мариновался в мучительном неведении жених.
- Ну, Лира, что ответила её величество?! - заслышав мои шаги, Леон выбрался из беседки и побежал навстречу.
- Всё в порядке.
- Боже, неужели сложилось?! - он подхватил меня на руки.
- Но раньше весны из дворца не отпустит, говорит, мол, опасно нынче в твоём баронстве.
- Ясно, это уже не столь важно. Главное, что королева не станет препятствовать. А почему так долго? Я тут уже все тропинки от переживаний истоптал.
- Ты думаешь, так просто было убедить её величество отпустить Канарейку на волю? - рассмеялась в ответ, - Пришлось очень детально разложить по полочкам мою новую задумку насчёт ребятишек. Она ей, кстати, понравилась. Одобрение и поддержка обещаны на самом высоком уровне.
- Лира, это победа!
- Да, мой дорогой, к весне у нас начнётся совершенно новая жизнь.
61
Ещё через пару дней Леон уехал, и, насколько знаю, не один. Раньше, когда он был для меня человеком хоть и приятным, но посторонним, почти не замечала его отлучки. Теперь душа замирала где-то в пятках, от понимания того, что он там сейчас должен будет провернуть.
- Ты, главное, ничего не бойся. - говорил мне перед тем, как отправиться в новое опасное предприятие, - Я - везунчик. Если бы всевышнему не было угодно, чтобы я топтал эту землю, давно бы уже к себе прибрал. Сколько для того возможностей было.
- Что-то знаешь, меня вот эта твоя философия нисколько не утешает. Давай там, голову куда попало понапрасну не суй. А то ишь, гляньте, везунок выискался. Не делайте мне нервы, молодой человек, я ещё, может, замуж сходить хочу. И чтобы ко дню рождения принца управился. А то опять всё пропустишь - не прощу. - ворчала я, поправляя ему воротник, отряхивая и без моего участия чистые рукава - в общем, не зная, куда деть руки и глаза, чтобы не раскиснуть прямо здесь в минуту прощания.
- Всё будет хорошо. - прекращая мои метания, раздельно и убедительно сказал Леон, обнимая и целуя в макушку.
- Смотри, чтоб точно. - буркнула из под мышки, - Ну ладно, ты у меня тоже не простачок.
- То-то же. Наконец-то оценила будущего мужа. Да и еду с компанией. Придётся Маусу немного подпортить репутацию. - хохотнул Леон.
- Это тот колоритный парень, с которым вы меня из тюремного колодца вызволяли? - напрягла память я.
- Ну да.
- А что с его репутацией, и зачем её портить?
- Будем играть с ним в хорошего барона и плохого. Надо же как-то подобраться к соседу и спровоцировать его на действие. Вот и побудет у нас Маус некоторое время распутником и пьяницей.
- Он что, тоже барон?
- Нет. Но об этом ведь никто не знает. И вообще, зачем я только эту тему затеял? Не забивай голову ерундой - у тебя сейчас и без того найдётся, над чем поразмышлять. В заботах не заметишь, как пролетит время, я вернусь и снова вытащу свою Канарейку на пикник в нашу беседку.