Канарейка (СИ)
-Твою мать!- легко представить охвативший меня ужас от подобного "пояснения", -Что значит, не теряй сознания? От чего не теряй? Правда что ли... пытать будут?
Дверь открылась, и передо мной предстал священнослужитель. Не знаю, в каком сане был этот молодой мужчина с аскетичным бледным лицом и водянистыми глазами, но, судя по однотонной чёрной рясе, хоть и из дорогой тряпочки, не самом высоком.
- Пройдёмте за мной. - он указал ладонью направление и пошёл вперёд.
Я, вяло переставляя ноги, проследовала куда сказано. Замыкал процессию Леон. Кажется, он даже со спины почувствовал моё состояние. Потому, что в какой-то момент тёплая рука легко коснулась плеча. Я вздрогнула и обнаружила, что стоим у огромной двустворчатой двери. Наверное, пришли.
- Ничего не бойся. Всё будет хорошо. - едва уловимо донеслось сзади.
-Ага, не бойся.- поднимая голову и стараясь подготовиться к чему угодно, я шагнула в большой, сверкающий позолотой и миллионом свечей зал.
- Да, ваше преосвященство, я считаю, что в целях сохранения тайны, испытание в этом исключительном случае следует провести прямо во дворце. - донесся до моих ушей сдержанный голос королевы.
Очевидно, здесь недавно состоялся спор, из-за чего в её словах сквозило тщательно подавляемое раздражение.
Её величество в этот раз была, что называется, при параде. Как и её собеседник.
Золотое платье королевы эффектно контрастировало с пурпурным облачением местного кардинала. Или как он тут называется? Они сидели на двух массивных креслах с высоченными спинками и пыхтели друг на друга, как два чайника, сохраняя при этом степенный и величественный вид. Справа и слева от них на стульях попроще расположились ещё шесть человек. Три церковника и трое, как это сказать... гражданских - в важных чинах.
Чуть в стороне от всех за высокой трибуной стоял ещё один участник - немолодой мужчина с седыми волосами в чёрном балахоне. Но не церковном, это очевидно. А... в мантии. Скорее всего - ведущий мероприятия.
Сопровождавший служитель провёл меня в центр, остановив на пиететном расстоянии от пары верховных властителей. Её величество смотрела на меня ободряюще. Его преосвященство - ... короче, я ему явно не нравилась.
- Представьтесь, пожалуйста. - провозгласил "ведущий".
- Баро... кхм... Баронесса Лира Борн. - прокашлявшись ( с первого раза голос на послушался), ответила я.
- Вас привели сюда потому, что вы являетесь обладателем ценной для государственной безопасности информацией. - степенно декларировал старик, соблюдая протокол, - Она настолько важна, что требует высшей степени подтверждения. Вы готовы добровольно пройти испытание?
- Да. - а что ещё можно было ответить?
- Тогда примите священный эликсир правды. - с этими словами, он взял с отдельно стоящего столика необыкновенно красивую чашу и поднёс мне. Как ни странно, лицо старика, приблизившееся ко мне, неприязни не выражало. Напротив, в глазах, окружённых глубокими бороздами морщин, светилось сочувствие и понимание.
-Так вот оно что! Что-то вроде сыворотки правды местного разлива? -я взяла сосуд и сделала осторожный глоток, -Ну и гадость.
Горькая, как хина, жидкость обожгла горло и проложила горячую дорожку по всему организму. Придерживая мои руки, он заставил меня выпить ещё, и мир поплыл. Часто моргая, тряхнув головой, постаралась сфокусироваться.
Дальше слово взял сам его преосвященство.
- Приступим. - вкрадчиво, но громко сообщил он, и я поймала его взгляд.
Я до этого, кажется, сказала, что не нравлюсь ему? Боюсь, что это слабо сказано. Да уж, умею я заводить "друзей".
34
Странное состояние, доложу вам, охватило меня спустя буквально пару минут после приёма "правдивой микстуры". Как будто я раздвоилась или расслоилась. Точно смотрела на себя со стороны. Вспомнилось, вдруг, детство. То раннее, когда только начинаешь себя осознавать, пытаешься понять, что ты есть и заглянуть внутрь. Вот прям буквально. И мнится, что сидишь в темноте собственного тела, выглядывая на мир из двух отверстий.
Так вот сейчас казалось, что моя оболочка существует отдельно от разума. Способность мыслить никуда не делась, даже усилилась, но управлять собственными действиями я почти не могла. Как объяснить... Даже чтобы рука моя собственная сейчас поднялась, требовалось её сознательно уговорить это сделать.
А с языком и подавно творилось неладное. Пока я впечатлялась новыми ощущениями, кардинал уже начал задавать вопросы. Оставив думы о поведении тела, решила, что следует хотя бы послушать, что я там отвечаю. Видимо, его совсем не радовали мои слова. По крайней мере об этом говорило наливающееся краской лицо святейшества.
-Пока всё идёт по плану. Спрашивает по существу - о жизни в монастыре. Хорошо, что представиться попросили до зелья. А то бы я наговорила. Теперь главное, чтобы любопытство кардинала не ушло в сторону прошлого. Не дай бог выболтать "под наркозом" историю попаданства. Сочтут сумасшедшей, аннулируют показания, упекут в дурку, и все усилия и риски многих людей окажутся напрасными.
- Опишите, что видели на этих, как вы выражаетесь, неправильных иконах.
- Ну... Рина и Марах в красных плащах, с оружием в руках, а лица такие злы-ы-е-е-э. - как пьяная излагала я.
В рядах "гражданских" наблюдателей поднялся ропот. Церковники застыли изваяниями, окаменев даже глазами.
- Кхм... И вы решили бежать.
- Ну конечно. Старая карга бы рано или поздно просто прибила меня за такие знания. - выпучив очи и дебильно улыбаясь, втолковывала дознавателю, как малому ребёнку.
-Матушки мои, а выражения-то можно было выбирать?!- сама на себя мысленно заорала я.
Но, кажется, экспрессия произнесённых слов, кроме меня, никого здесь не смутила. Наверное, все подопытные ведут себя подобным образом, и такие речи привычны ушам свидетелей испытания.
Я уже почти выдохнула, когда тема допроса дошла до последних событий и вот-вот должна была иссякнуть. Но тут его святейшество зачем-то решил продлить пытку, желая найти хоть какой-то изъян, способный наложить тень сомнений на мои слова. Или добиться того, чтобы было подорвано доверие к личности в целом, что ли... В общем, этот гад всё-таки решил покопаться в прошлом и допытаться, за что дорогие родственники сослали меня в монастырь.
- Испытание можно считать оконченным? - обращаясь к святоше, спросил ведущий программы.
- Нет. - довольно резко рыкнул тот, - Я хочу понять, почему от неё отказались. Может она совершила что-то неприглядное.
- Но от неё не отказывались родные. - в дискуссию вступила королева, - Напротив, намеревались забрать домой.
- И тем не менее! Расскажите нам о своих близких.
По шкурке раскатилась морось паники. В голове вспыхнули образы Кости, Леночки и внука, ради которого я и оказалась здесь. Из глаз покатились слёзы, горло перехватило всхлипом, мешая говорить.
-Что?! Что делать?! Сейчас комок протолкнётся глубже и рот скажет правду!
Решение пришло божественным озарением - не иначе. Железный обруч страха, стянувший голову до той степени, что она была готова лопнуть, рассыпался, и по телу разлилась лавина облегчения.
Внутри зазвучали аккорды...
- Разные люди, разные судьбы
Глупые игры случайных сил
Кто нам поможет? Кто нас рассудит?
Кто нам поверит и всё простит?
Много вопросов, мало ответов.
Слёзы в ответ на судьбы излом
Мы возвращаем той же монетой
Всё, что нам кажется добром и злом.
Ангелы полные грусти-и...
Смотрят на землю прячась в небесах
Ангелы в небо не пустя-ат
Тех, у кого такая грусть в глазах...
Людей похожих на нас.*
Сквозь пелену, застилавшую глаза, я наблюдала, как вытягивались лица невольных слушателей этого неожиданного концерта.