Кто ты? (СИ)

Когда пузатый Айзек наконец откланялся, Дирек хорошенько вымылся и, увидев, что Алиса заснула, его не дождавшись, отправился в знакомую комнату.
Вера читала. У офицера почему-то при виде девушки складывалось впечатление, что, несмотря на постельный режим, она не набирается сил, а теряет их: такой бледной она выглядела.
— Добрый вечер.
Ведьма обернулась. Глаза ее были чуть затуманены, как будто она не до конца вернулась из мира грез, но вот она моргнула раз, два и нахмурилась.
— Да. Добрый.
И посмотрела выжидательно. Словно не понимала, зачем он пришел.
А он и сам не знал.
Янус прошел в центр комнаты, посмотрел на кресло, на кровать и направился к последней. Вера великодушно подвинулась. Или отодвинулась от него?
— Надо решить, что делать дальше.
Девушка вздрогнула. Но ничего не сказала. Дирек посмотрел на книгу в ее руках, из которой торчал стебель розы.
— Что читаешь?
— Так, ерунда, — она, кажется, смутилась. — Одна глупая история, где все заканчивается хорошо.
— Почему глупая?
— В жизни не так.
— В жизни бывает по-разному. Думаю, и так тоже.
— Тогда где-то далеко.
В голосе звучало сожаление.
— Знаешь…я думаю, можно попробовать сделать "хорошо". Или по крайней мере дать шанс героям. Ты бы…дала им этот шанс?
Она подняла глаза. И почувствовала, как невольно дернулась рука разгладить морщинки между бровями у этого странного мужчины…
— Вера…ты приняла бы эту розу сейчас?
Нет…все изменилось. Да…ей бы хотелось получить от него цветок. И не только цветок.
— А ты бы подарил?
— Да.
Он не замешкался ни на секунду.
Она прищурилась
— Государственной изменнице? ТЫ, военный, более 10 лет жизни посвятивший службе королю?
— Я знаю, что никакая ты не изменница.
— Тогда что это было за представление с пистолетом? — девушка закричала, придвинувшись к Янусу и обвинительно тыкая ему в грудь пальцем.
— Вера, я просто не знал, как ты себя поведешь, когда очнешься.
— А веревка наверно служила увеличению коэффициента доброты и миролюбия по отношению к окружающему миру?
— Я был не уверен, что это будешь еще ты.
— Пристрелил бы и все! Сдалась тебе приблудившаяся девка!
— Вира, — он поймал ее руку, — ты мне сдалась. И не важно, кто ты: ведьма или обычная девушка, Серли или безродная садовница. Ты мне просто понравилась.
— Чем же это?
— А чем я тебе понравился?
Ведьма сначала опешила, а потом покраснела.
— Это с чего ты так решил?
— Ты приняла розу. И сохранила.
— Может, мне цветы редко дарят?
Он улыбнулся.
— Правда? Той самой Вере Серли, за которую сваталась половина холостяков высшего света?
— За приданное сватались, не за меня, — поправила девушка.
— Неважно. Букетов я думаю, дарили тебе много.
— Искренне не дарили.
Он согласно кивнул.
И наклонился ниже, заглядывая ей в глаза.
— Так ты приняла бы сейчас от меня цветок?
Вира смотрела на мужчину и часто-часто дышала.
Конечно же, приняла бы. Вот только говорить об этом не хотелось.
А он почему-то все понял и подался чуть вперед…
Поцелуй у нее вышел скомканным, неумелым. От его ладони, оказавшейся вдруг на талии, шли волны тепла по всему телу. Она целовалась не первый раз, но наверно впервые с таким чувством. Янус провел второй рукой по спине, поглаживая, а его губы опустились на шею… Вира задрожала, но упрямо уперла руки ему в грудь.
— Не надо…
Ее шепот был почти не различим в ночной тишине, но мужчина отстранился.
— Прости, — взгляд у него был шальной, пьяный. — Я, пожалуй, пойду…спать.
Он крепко прижал ее к себе и поцеловал в макушку.
— Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — отозвалась ведьма, провожая его взглядом.
Так и быть, он убедил ее, что "хорошо" бывает не только в сказках.
***
Все утро Алисия подозрительно косилась на отца, потом не выдержала и буркнула:
— У нее был, да?
Янус, пребывающий в хорошем расположении духа (впервые за последнюю неделю), потрепал дочь по голове.
— Лиса, как ты относишься к тете Вире?
 
Девочка насупилась.
— "К тете Вире", ишь ты. Какая она мне тетя. И тебе она никто. Лучше б ее вообще тут не было.
— Если б ее тут не было, — заметил Дирек, — то и Лексия, и нас с тобой на этом свете не было бы тоже. Ты же так переживала о ее смерти! Почему сейчас говоришь другое?
— Вот поэтому! Сейчас у нее-то все хорошо. А у нас… Ты мне ее в матери записать хочешь, да? Только мне мать не нужна! Ни своя, ни чужая!
Ребенок стукнул кулаком по столу и выбежал из комнаты.
Янус нахмурился. Ему почему-то казалось, что основная проблема этих отношений будет в Вире, в ситуации, но никак не в его дочери. Ведь девушка была ей явно интересна, и относилась она к ней гораздо лучше, чем, например, к той же Елизавете.
Ведьма появилась в кабинете через пять минут. Дирек не удивился — в конце концов, что ей делать целый день в своей комнате, если они поговорили, и все наконец выяснили?
Или не все?
— Я сейчас Алису в коридоре встретила. Она так на меня смотрела, словно пыталась проклясть. Что-то случилось?
Офицер потер лоб.
— Да нет. Так, детские капризы. Она умная девочка, она все поймет.
— Что "все"? — насторожилась девушка.
— Мы уезжаем, Ви…Вера. Кстати, почему Вира?
Ведьма уселась на софу.
— Вира — плата за преступление. У меня же первая мысль отомстить была. Ну вроде как…вы за все заплатите…что-то в этом роде.
— А-а, — Янусу подобные параллели в жизни бы в голову не пришли. — Понятно.
— Так что там с "уезжаем"? — вернулась к озадачившей ее фразе девушка.
— Ничего. Собираем вещи и покидаем этот дом.
— Почему? — нахмурилась ведьма.
— Потому что спокойно жить нам теперь не дадут. Во-первых, ты. Слуги увидят — донесут. Без слуг мы не очень хорошо справляемся, к тому же это в любом случае вызовет подозрение. Уже вызывает — мэр приезжал за это время два раза.
— Я могу уехать, — Серли сцепила руки в замок.
— Уедешь, — спокойно кивнул Дирек, и девушка посмотрела на него чуть ли не обиженно. — Вместе с нами. К тому же ты не слышала остальные пункты. Во-вторых, Алисия. Я не хочу, чтобы с ней что-то случилось, просто потому что кто-то подумает, а не научила ли ты ее чему нехорошему. Учитывая ее манеру поведения и острый язык, врагов она наживет гораздо быстрее, чем научится правильно себя вести. К тому же, если мной займутся, она будет в опасности. И, в-третьих. Рано или поздно, но за мной придет тайная полиция.
Вера вздрогнула от упоминания данной организации.
— Почему?
— Перестраховка. Ведьма в доме — раз (причем тело им не отдали). А два — я слишком пристально и долго копался в деле твоего отца. Они конечно не лучшего мнения о военных, но на всякий случай могут решить подчистить хвосты. Мало ли что я мог узнать.
— А ты узнал?
Девушка, натянутая, как струна, смотрела на него требовательно. Дирек напрягся. Ей вряд ли понравится итог его расследования.
— Кто? Кто его подставил, Ян?
Она назвала его по имени в первый раз. И даже не заметила этого.
— Никто. Не было никакого покушения. И заговора не было. Король просто не хотел отдавать долг.
— Что?
— Вира, это дело сфабриковано. Оно полностью — одна сплошная ложь. Поэтому и участников так мало поймали. Поэтому они ничего не сказали. И….пытали их без особой пристрастности, несмотря на статус дела. Ищи, кому выгодно. А выгодно это короне.
Она обхватила голову руками.
— Зачем?
— Долг платить не надо. К тому же в казну отошло все имущество твоего отца, и теперь оно приносит доход королю. Сплошная выгода. А пара жизней… Что это по сравнению с благом государства?
 
Вира сидела, закрыв лицо ладонями. Не было истерики или рыданий. Не было даже слез.