Убойная секретарша! (СИ)
И лучше на каком-нибудь теплом пляже на Красном море.
Ну, не могу же я всю жизнь исполнять роль рыжей секретарши без документов и надежды на профессиональный рост? А прийти в агентство к Орловскому в качестве Ангелины Ветровой – мне гордость не позволит.
Раз уж не вышло узнать, почему я потеряла корейский проект, то лучше о нём забыть. Возьму Женьку, пару бульварных романов, и укатим куда-нибудь на зимние каникулы. Вдвоем и обязательно в страну, где не водятся Кентавры с ореховыми глазами и способностью проникать сквозь закрытые двери!
А вот со Спиридоном будет жаль расстаться, – подумалось неожиданно. Все-таки Гвидонович настоящий друг и хороший профессионал. Жаль, что я не успела познакомить их с Мариком. Здорово было бы однажды поработать всем в одной команде и создать что-нибудь по-настоящему стóящее.
Но зато на память о Котике мне останется серьга.
М-да, грустно это все. Печально даже. Похоже на какое-то невероятное приключение с препятствиями и без победного финала. Но я хотя бы попробовала что-то изменить.
А теперь пойду и попытаюсь найти в этом «Замке рыцаря» Крапивину. Надеюсь, она уже пришла в себя и не устроит нам двоим новое испытание!
Но я зря надеялась. Когда десять минут спустя нашла Киру в ресторане, перед младшим директором стояла тарелка с маленькими пирожными, и поборница диеты как раз доедала последние два.
Я отставила стул и села за стол напротив девушки.
– А где Спиридон? – поинтересовалась, поставив сумочку на колени.
– Ушел. Ему позвонил Максим и вызвал на встречу, – просто объяснила Крапивина. Грустно вздохнув, она предложила мне пирожное: – Будешь? Кажется, я объелась.
Есть я хотела, и сейчас не отказалась бы от хорошего бифштекса, тарелки тушеных овощей, бокала шампанского и тишины. Но последний пункт был самым важным, а Крапивина в него не вписывалась. Не говоря уже о том, что момент покоя мне только снился.
– Кира, что происходит? – серьезно спросила я девушку, отказавшись от угощения и положив перед ней программку мероприятия.
Раскрыв последнюю на главной странице, показала пальцем на часы.
– Мы расстались час назад, а ты всё еще здесь. Не знаю, где Максим Богданович и Спиридон, но ты сейчас должна находиться в Банкетном зале, улыбаться всем вокруг и быть готовой к докладу. Презентации уже начались.
Крапивина опустила взгляд и потянулась к тарелке с пирожными.
– Я не могу, – пробормотала неуверенно. – Еще не сейчас.
Я постаралась задать вопрос ровным тоном – как взрослый ребенку:
– Почему?
Интересно, есть предел моему сегодняшнему терпению? Или я его черпаю из бездонной бочки?
– Я все еще расстроена, мне плохо и… нужно немного времени, чтобы успокоиться, – неопределенно ответила брюнетка.
– Я вижу, как тебе плохо, Кира. Но предупреждаю, если ты это съешь, – я взяла тарелку с марципаном и отодвинула на другой край стола, подальше от девушки, – станет только хуже! Ты не выйдешь замуж еще лет десять. Вообще никуда не выйдешь из дома!
– Почему? Потому что стану толстой и никому не нужной?
– Нет. Потому что потеряешь работу и впадешь в новую депрессию. И я буду первая, кто попросит Максима Богдановича тебя уволить.
На лице Крапивиной отразилась паника.
– Эта ужасная репортерша всё знает, Геля! Она сказала на камеру, что я лечилась! А потом намекнула, что никому не нужна! Это было унизительно, но хуже, что её все слышали!
– И что? Подумаешь! Это твоя жизнь, Кира, всем на нее плевать. Никогда человек не думает о чужих проблемах больше, чем о своих. О тебе забудут уже через пять минут, и единственная, кто будет помнить, это Краля Галя. И то только потому, что этот выпуск «Кусачих хроник» вряд ли станет для нее праздничным.
– Да, ты здорово щелкнула ее по носу. Вот бы и мне так! Но как подумаю, что это слышал папа… – Крапивина убито вздохнула. – Я так и останусь в его глазах неудачницей. Так что отдай мне мой марципан! – протянула руку. – Я хочу получить диарею и впасть в депрессию! Там очень даже уютно, знаешь ли, когда тебя никто не любит!
– Размечталась! – я поймала девушку за руку, решительно встала и вздернула ее за собой. – Вставай, Кира, идем! Ты младший директор серьёзной компании, а не неудачница. Человек со связями и статусом, и не можешь позволить себе быть слабой! Ни с Кралей Галей, ни с кем, поняла? Ты… как его там… светская львица, вот! Так что сотри с губ сахарную пудру, накрась помаду и рыкни! Хватит уже переводить салфетки!
Мы вышли из-за столика и направились к выходу из ресторана. Перебирая за мной невысокими каблуками, Крапивина нервно хихикнула:
– О, да! Я прямо львище! Р-р-р!
Это заставило меня оглянуться и с удивлением на нее посмотреть.
– А ты, оказывается, не безнадежна. Почему у тебя такой ужасный английский?
– Мне с детства плохо даются языки.
– Ерунда! И чихуахуа можно научить танцевать. Со вторника найдешь преподавателя и будешь заниматься три раза в неделю. Проконтролирует Спиридон, я его предупрежу. И, Кира, возьми тренинг на развитие профессионального поведения при работе с клиентами. Упор на ключевые вопросы и проблемные ситуации. Работа с персоналом, рынок предложений и банальное: организация рабочего дня. Хватит бегать к Орловскому с чепухой, пора самой научиться на месте решать вопросы!
– Куда мы идем?
– К тебе в номер. Быстро приводишь себя в порядок, берем листы с текстом доклада и дуем на презентацию! Потом отделаюсь от тебя и можешь лопать свои марципаны хоть до утра!
– Не хочу марципаны, я наелась. Я хочу такого же секретаря, как ты! Теперь понимаю, почему Максим в тебя влюбился.
– О-очень смешно! – ответила я серьезно, и мы обе поторопились к лифту.
***
Я не ошиблась, когда предположила, что в своих чемоданах Крапивина привезла половину своего гардероба и украшений (Спиридон бы оценил). Разложив их содержимое на кровати, нам удалось отыскать стильные темно-серые брюки широкого кроя и светлую блузу. Последнюю в крупных рюшах, но ввиду отсутствия у брюнетки бюста – это было то, что нужно! Потому что серебряно-золотое платье я забраковала.
– Во-первых, ты в нем похожа на бенгальский огонь, во-вторых, у тебя на груди какие-то пятна, а в-третьих, зачем-то же ты привезла с собой всю эту одежду? Вот и надевай!
– А как же фуршет и обязательное вечернее платье?
– Поднимешься сюда и переоденешься. Хоть снова в золотое, но после доклада! А на сцене, как лицо «Империала», ты должна выглядеть элегантно и презентабельно.
Пока Кира поправляла макияж и прическу, я ее блузу быстро погладила. А потом, когда она ее надела, расстегнула лишнюю пуговицу и поправила воротник.
– Есть нитка жемчуга?
– Есть. Но мама говорит, что он стáрит.
– Маму мы сегодня игнорируем, а завтра свалишь всё на меня. Надевай!.. И клатч серебряный оставь, он хорошо в образ вписывается. Это, конечно, не выход на церемонию «Оскар», зато будешь чувствовать себя уверенней. Ну всё, Кира! Где текст? Пора идти!
В полутемный Банкетный зал мы спустились в начале восьмого, но всё равно к началу презентаций опоздали. За столиком с Орловским и Спиридоном сидел низенький толстый мужчина в костюме и Тамила Тай с накрученными локонами и в коктейльном платье из розовых пайеток.
Когда мы с Кирой подошли, я неожиданно ощутила себя в мужском пиджаке неуклюже – все же это был вечер и дамы успели обновить наряды. Поэтому остановилась в нескольких шагах от столика и обратилась к младшему директору:
– Ладно, Кира, дальше без меня. Ты сама знаешь, что делать. И не волнуйся, когда поднимешься на сцену. Девяносто процентов вообще не будут тебя слушать. Но скажи всё, о чем просил Максим Богданович, это важно!
– А ты?
– А я пойду, посижу в рядах не таких важных гостей.
Но меня окликнул Максим, когда я уже повернулась: