Убойная секретарша! (СИ)
– Кого?
– Светской сплетницы Крали Гали! Этой ужасной особы! Как она сюда пролезла? Я уверена, что ее не приглашали!
– О господи, да вы шутите?
– Н-нет.
Я тоже заметила присутствие на рауте светской репортерши, которую тусовка знаменитостей предпочитала обходить стороной.
Меня предупредила о ней Женька, но я не думала всерьез, что самостоятельным взрослым девочкам следует опасаться пары идиотских вопросов от себе подобной. Ведь всегда есть выбор на них не отвечать.
Разве нет?
– Да с чего ты взяла, что она вообще к тебе подойдет?
– А вдруг? – стрельнула глазами Крапивина в гущу журналистов. – Она уже подходила ко мне однажды на открытие галереи. Я была с отцом и тогда такого наплела! Максим со мной полгода не разговаривал! А сегодня… я не знаю, что ей сказать!
Время тикало, вестибюль атмосферно шумел, и я заметила в топ-зоне на дорожке высокого и худощавого Спиридона. В парчовом пиджаке, красном галстуке-жабо и в красных брюках, блондин выглядел центральной фигурой вечера, гордо держал голову вместе с локоном и серьгой, и можно с уверенностью сказать, что наслаждался происходящим.
Заметив меня, он слегка кивнул подбородком, подзывая нас.
– Кира, пора! Смотри, ты не будешь одна. Встань рядом с Котиком и дай это чертово интервью! А с Кралей не разговаривай, заставляют тебя, что ли? Сделай вид, что ее нет и расскажи, о чем просил Максим.
Но, похоже, Крапивина меня не слышала, потому что убито переспросила:
– Что? Что я должна сделать? То есть, сказать…
Нет. Потрясающе! Да у Какашковны сегодня день еще хуже, чем у меня!
– Так, – я повернулась лицом к Крапивиной и вывела ее из-за колонны. Подняла руки и расправила на девушке оборки ее серебристо-золотого платья.
М-да, в таком наряде ее трудно не заметить.
Секунду подумав, поправила темные волосы, достала из сумочки салфетку и сняла с губ Крапивиной лишнюю помаду. Добавила немного с салфетки на щеки для румянца и растерла на скулах. После чего встряхнула девушку за плечи.
– Слушай меня, Кира, – твердо сказала, поймав бледно-карий взгляд. – Прежде всего сделай проще лицо. Вспомни, что ты не подпорка для стены, а ведущий директор престижного рекламного агентства. Лучшего на сегодняшний день по всем рейтингам! Скажи, что «Империал» свой статус заслужил по праву, и нас высоко ценят наши клиенты. Что ты счастлива работать под началом Максима Орловского, и поздравь всех с наступающим Новым годом. Поднимись на воображаемую ступеньку и сообщи об этом интервьюеру. Всё! Ты должна была подготовиться.
– Я подготовилась. Но вдруг что-то пойдет не так?
– Только попробуй, Кира, подвести коллектив! Раньше надо было думать!
– Я не думала, что это окажется так сложно!
– Это не сложно. Это просто нужно сделать, понимаешь? Тебе. Так выйди и сделай!
– А Максим…
– А Максим не доверил бы тебе эту задачу, если бы не был уверен, что ты справишься!
Я могла сказать почти наверняка, что обе идеи – и с докладом, и с интервью – принадлежали не младшему Орловскому, а другу его отца – старшему Крапивину. Но не моё дело обсуждать семейные связи и копаться в деталях, о которых подсказывала интуиция. Тем более сейчас! Поэтому я всего лишь озвучила Крапивиной ту правду, которая могла помочь ей не завалить задание.
– Пойдемте, Кира Ксантьевна! А если подойдет Краля, представьте, что у нее на носу выскочил жуткий прыщ, или сидит таракан. И сразу станет легче, обещаю!
– Ты поэтому назвала меня Какашковной в первый день на собеседовании? Потому что я тебя пугала?
– Ну, не так чтобы очень… Но не понравилась точно! Ты была такая язва, и знаешь… тебе лучше сменить духи. И почему мне кажется, что их для тебя мамина подруга выбирала?..
Наверное, Орловский на самом деле хорошо знал подругу детства, и неспроста приставил меня к ней, потому что за ограждения в вип-зону мы вошли с Кирой вместе. Правда, я осталась стоять у фотостены, с трудом отцепив от локтя пальцы младшего директора и развернув ее к журналистам.
В трех шагах от меня продолжал рассказывать о моде и о новых тенденциях в рекламе Спиридон, и мы легко объяснили журналистам, что все представляем «Империал-Куб».
К моему облегчению Крапивина не потерялась, а наоборот, завидев микрофон, начала бойко щебетать в него обо всем, что вспомнила. Едва не проглотила! Вопросов не слышала, пару раз повторилась, но всю главную информацию выдала четко: «Империал» супер, все счастливы, спасибо-пожалуйста, нам пора!
Я уже подумала, что мы справились, когда неожиданно перед Крапивиной выпрыгнула та самая худая и тощая Краля Галя вместе с командой из двух операторов. В гламурной белой шляпке, в черном маленьком платье и длинных белых перчатках практически до подмышек. Девушка, сузив хитрые глазки, представилась:
– Краля Галя, программа «Светский репортер и кусачие хроники»! Кира, уделите нам минуту вашего внимания! Дорогие зрители, перед вами известная светская львица и единственная дочь Ксантия Крапивина, владельца холдинга «Райпай» – Кира Крапивина!..
– Э-э… здра…
– Кира, последний раз мы виделись с вами год назад. Скажите, за этот год что изменилось в вашей жизни? Возможно, произошло что-то масштабное?
– Э-э, н-ничего.
– Как?! Разве вы не получили место директора в самом «Империал-Кубе»?
– П-получила.
– Какая головокружительная карьера! Какое сказочное везение! Скажите, как вам это удалось? Из богатой наследницы, мечтающей стать филантропом, сразу попасть в штат управления крупной компанией? Мы о чем-то не знаем?
– Мне нечего скрывать, – губы Крапивиной дрогнули. – И… не сразу.
– Не смешите мои кудри, милочка! – Краля Галя профессионально и мелко засмеялась, давая понять своим зрителям, кто здесь акула, а кто рыбка на крючке. – Четыре месяца, и вы в дамках! Хотя поговаривают, что до этого назначения вы лечились от депрессии в частной клинике и пять лет искали себя под крылом у обеспеченных родителей! Скажите, не связано ли это лично с Максимом Орловским? С теми слухами в светской тусовке, какие о вас ходят?
– К-какие слухи?
– Это правда, что вас с ним связывает кое-что помимо работы?
Ксантьевна, которая светская львица, побледнела и онемела. Хлопнула пару раз ресницами на Кралю Галю, и я поняла, что мне срочно нужно вмешаться, если я не хочу допустить беды!
– Конечно, правда! – я подскочила к микрофону и нагло за него схватилась, притянув к себе. Улыбнулась ослепительно репортерше. – Кира с Максимом Богдановичем – друзья с детства! Так что их связывают очень теплые, я бы даже сказала Дружеские отношения с большой буквы!
– А вы кто такая?
– А я личный секретарь Максима Орловского, и по совместительству его пресс-атташе. Гельятина Ветерок!
– Ах да… – не растерялась Краля Галя. Мигнув хитрыми глазками, девушка скользнула по мне оценивающим взглядом, и показала зубы. – Видели вас в Инстаграм. Новая муза «Империал-Куб»? Обладательница «выдающихся способностей», которые мы все могли наблюдать на вашем фото?
Черт. Так и знала, что оно вылезет! Но я постаралась удержать улыбку.
– Она самая, – вежливо представилась и помахала в камеру одного из операторов. – Пользуясь случаем передаю привет своей младшей сестре Евгении, а также всем, кому сейчас делать нечего! Привет! – Я послала воздушный поцелуй. – С Наступающим!
– У вас не только оригинальное имя, Гельятина, но и весьма оригинальный наряд для светского раута. Могу я узнать, кто автор вашего сегодняшнего образа? – продолжила меня кусать Краля, раз уж я попала на ее ядовитый зуб. – Кто этот талантливый человек, соединивший несоединимое?
Перевожу: Кто та бездарность, кто помог вам напялить на себя всю эту безвкусицу? Вас же в люди пускать стыдно!
Ну, сколопендра. Выдры со змеями отдыхают! Секунда, а заметила все детали! Еще и хмыкнула подленько.
– О, конечно! Эксклюзивно и только для Хроник! Это потрясающе одаренная девушка Жозефина Писаренко! Известная театральная актриса и моя близкая подруга!.. Только почему же несоединимое? На вас сегодня, Краля, например, жокейская шляпка и черное платье-футляр. Но вы же не хотите нам сказать, что приехали на светский раут… с ипподрома? – я тоже хихикнула. – Сразу захотелось представить, как вы забирались в нем на лошадь! Подобные шляпки лучше носить в ансамбле с узкими брюками или юбкой-килт. А надевать кольца поверх перчаток, – я неодобрительно покосилась на пальцы девушки, которые сжимали микрофон и что стопроцентно видели все зрители, – это вообще моветон!