Сломанные крылья (СИ)

— Никуда, Лан, не надо…Я не стал писать заявление. Кто там этими алкашами заниматься будет? Да и смысл?
— Мне кажется, в этом замешан Сергей… — упавшим голосом произнесла Лана.
Андрей помолчал. И по его молчанию она поняла, что он тоже так думает. Лана с силой сжала пальцы, ногти больно впились в ладошку.
— Тем более, Лана… — наконец, сказал он. — Если выйдут на него… Он отец твоих детей. Что мы Кате скажем? Что он ей скажет, если сядет, а потом выйдет и найдет ее? Так что давай не будем… Я всё уже для себя решил.
Лана прикусила губу. На глазах выступили слезы.
— Ты знаешь, когда всё это случилось, когда мне написали, что ты умер…Я думала, я умру тоже, — с трудом выдавила она.
— Видишь, я живучий, — попытался пошутить Андрей. — А Женьке голову оторву, когда выпишусь.
Лана улыбнулась.
— Что врачи говорят? Ты долго еще там будешь? Может, мне приехать, тебе что-нибудь надо?
— Врачи говорят, жить буду. Но поваляться немного придется. Передачки особо не нужны, я тут на особой, больничной диете. Но тебя видеть хочу безумно. Я соскучился.
— Я тоже, — тихо проговорила Лана. — Я приеду, как только разрешат.
Она готова была разговаривать с ним вечно, но это было невозможно, и они договорились созвониться снова, как только ему передадут телефон.
Домой просто летела. Казалось, что всё вокруг стало больше, объемнее, радостнее, дышать стало легко, а внутри просто захлестывало счастье. Все неприятности, которые происходили в эти дни, отступили на второй план. Да что там! Они просто испарились. Скоро Андрей поправится, они смогут снова увидеться, она обнимет его и ничего плохого больше не произойдет. Никогда. Лана была в этом уверена.
Весь вечер, вспоминая о звонке, улыбалась. Ей казалось, что это сон, и она всякий раз убеждала себя в реальности происходящего. Иногда становилось страшно, вдруг всё повториться? Но нет, снаряд дважды в одну воронку не попадает. Только теперь она навсегда запомнит тот леденящий ужас, что она пережила, чуть не потеряв Андрея. И с этим надо как-то научиться жить, чтобы не бояться бесконечно за него, когда он уезжает или опаздывает.
Лана вспомнила, что у нее есть знакомая, которая советовала однажды хороший санаторий, она сама там восстанавливалась после автомобильной аварии. Может быть, удастся уговорить Андрея поехать туда после больницы. Хотя он вряд ли согласиться. Как и все мужчины, может махнуть на реабилитацию рукой.
Но это уже будет видно потом, когда он выпишется. Возможно, что последствия травмы будут не столь тяжелыми, и здоровье не подведет.
Послезавтра первое сентября. Нужно всё подготовить к линейке, не забыть купить цветы. Жаль, что на празднике они будут без Андрея, но таких праздников будет еще много. И даже если нет, Лана готова быть с этим мужчиной столько, сколько отведено. Она перестала бояться. Кажется, она просто научилась жить и ценить каждый момент.
Уже вечером, засыпая, Лана вдруг осознала, что именно так выглядит простое счастье.
  
Глава 36
 
Прошел праздник первого сентября. Наступили дождливые и прохладные дни. Но Лана была бесконечно счастлива. Они много общались с Андреем по телефону, медленно, но верно он шел на поправку и, к счастью, врачи были им довольны и не видели опасений.
Кирюшка начал ходить в ясли, и у Ланы появилось свободное время до обеда. Сын пока на дневной сон не оставался. В первые дни Лана была готова к безудержному реву, но, к ее удивлению, Кирилл не плакал, махал ручкой «пока-пока» и шел играть с ребятами. Воспитатели и нянечки были знакомыми, ведь садик тот же, что и у Кати, так что волноваться не приходилось. Чуть что, позвонят и сообщат. Но чаще успокоят сами.
За эти три часа Лана успевала слетать на маршрутке к Андрею. Она помнила, как впервые его увидела. Он показался ей похудевшим, но выглядел сносно: она была готова к худшему. Конечно, передвигался еще с осторожностью, иногда морщился от резкого движения, Лана даже боялась его обнять. Просто сидела рядом, он держал ее за руку, а она гладила его по щеке.
 
Свидания были краткими — утомлялся Андрей быстро, да и времени у Ланы было немного. Но им было и этого достаточно!
В одну из таких встреч, Лана столкнулась с Татьяной Александровной. Она оказалась чуть полноватой женщиной, невысокого роста, с короткой стрижкой, уложенной кудряшками. Лана растерялась, она не понимала, как ей себя вести, что говорить, как объяснить, что ее вины в случившемся с Андреем нет.
Но Татьяна Александровна сама сделала шаг навстречу, она просто обняла Лану и поцеловала в щеку. Стало понятно, что если они и будут обсуждать эту ситуацию, то не здесь, не в стенах больницы, а когда-то потом, когда Андрей поправится. А еще Лана поняла, почему Андрей такой: искренний, добрый, надежный, способный любить и заботиться. Таким его воспитала эта женщина — его мама.
Вспомнила, как Сергей общался со своей матерью. Холодно, сквозь зубы и никогда не обращался к ней «мама». Она его тоже лаской и вниманием не баловала. Вот и вырос бесчувственный нарцисс. И психопат.
С Татьяной Александровной Лана не чувствовала ни стеснения, ни напряжения, ей казалось, она знает эту женщину много лет. Неискренность Лана всегда ощущала кожей, здесь же ничего, кроме теплоты и душевности не было. Наверное, Андрею удалось найти нужные слова, и родственники что-то поняли.
— Я просто сказал им, что люблю тебя, — позже сознался он.
— И этого оказалось достаточно? — удивилась Лана.
— Да.
Еще через три недели Андрея выписали, и он поехал не к себе и не к родителям, а к Лане. Они даже не обсуждали этот момент заранее, было понятно и так: по-другому быть не может. За эти дни, когда Андрею грозила опасность, страхи и недоверие Ланы смыло, как весенним дождем смывает накопившуюся за зиму грязь. Она окончательно поняла, что этот мужчина никогда ее не предаст, не сделает больно, не обидит ее детей. Это была такая же данность, как и то, что солнце встает на востоке, а за зимой всегда приходит весна.
Вскоре Лана смогла выйти на работу, сначала на неполную рабочую неделю, боялась: вдруг Кирюшка начнет болеть, а подводить коллег не хотелось. Но сын, как и Катюша, почти не болел, несмотря на то, что в яслях было много детей. Сначала Лана переживала, что она как мать-ехидна так рано сплавила ребенка в садик, но Кирюшка ходил туда с радостью и даже учил незамысловатые движения к празднику Осени. Ему назначили роль Ежика, нужен был костюм. И вот тут Андрей проявил недюжинную заинтересованность: нашел магазин и не поленился съездить забрать одежку.
Утром он обязательно сам отвозил Кирюшку в садик, а вечером, когда парковался у дома, сажал малыша перед собой и разрешал порулить в незаведенной машине. Мальчик просто светился от счастья — он едет на настоящей машине! Они вместе смотрели футбол, и Андрей учил Кирилла, как правильно отбивать мячи. По вечерам помогал Катюшке решать задачки по математике.
Однажды Лана вернулась с работы, Андрей в тот день весь день сидел с детьми, была суббота — отдых для обычных людей, но не для тех, кто работает в музее. Она зашла в комнату, и сияющий Андрей, сказал, держа Кирюшку на руках:
— Кирилл, кто я? Ну, скажи…Кто?
— Папа, — четко проговорил ребенок и улыбнулся.
Лана растерялась. На мгновение ей стало страшно: а вдруг они расстанутся и что тогда она объяснит детям? Но решила, будь что будет. Внутренний голос подсказывал, что всё будет хорошо.
А еще через несколько дней и Катюша сначала очень несмело, но назвала Андрея папой, здесь уже с его стороны подсказок не было. Это было сугубо ее решение. Самостоятельное.
И понеслись день за днем. Они много гуляли, ездили в кино, музеи и парки. Гуляли по городу, Андрей был очень легок на подъем, он мог в любой момент усадить всех в машину и поехать туда, где интересно.
Он все также окружал Лану бесконечной любовью и заботой, они строили планы на лето, собирались впервые отправиться на море.