Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 6(СИ)

Пожалуй, и мне эмоций лучше не скрывать:
— А я тут причём? — брови сами становятся домиком. — Не сочтите за вызов, но мне абсолютно нет дела до той смены политического курса, которую лично вы задумали как собственную игру, точнее, игрушку. Получится — здорово, а не догоню — хотя бы согреюсь. — В последний момент успеваю прикусить язык и не выдать анекдот целиком.
Хорошо, здесь его не знают.
— Вы очень точно засветились там, где без вашего участия… — ну вот, снова.
По второму кругу.
По мере её монолога начинаю про себя веселиться: как тут не вспомнить известного гасконца, который тоже всего-то и хотел… что жену галантерейщика. Скажем мягко, никаких высоких либо политических задач тот персонаж себе не ставил — исключительно утилитарная физиология.
— Ваше Высочество, мне нет дела до того, получится ли у вас укрепить вашу монархию в ближайшие четверть века, как вы себе то наметили, — перебиваю крайне невежливо.
Спина Моэко выпрямляется едва не до хруста, черты лица замирают.
— Пожалуйста, давайте уважать различия наших точек зрения, — продолжаю. — Я вам даю честное слово, что кроме собственного финансового благополучия и его же — у моих близких людей, Решетников Такидзиро никогда никаких целей на ваших горизонтах не то что не ставил, а вообще.
— Что?
— После одного интересного заплыва в заливе Гонконга дал себе слово никогда не участвовать, — припечатываю аккуратно. — И своё слово я держу всегда.
— Похоже на правду, — высокая гостья в очередной раз удивляется, продолжая высверливать во мне дырки с разных направлений очень красноречивыми глазами. — Неожиданно. И вы хотите сказать, что вход в акционеры Йокогамы…
— Исключительно личная приязнь Хаяси Юто. Предполагаю, вы можете его сами спросить — возможность у вас имеется. Во-первых, он к вам поближе уровнем; во-вторых, он человек более старой закваски. — Недоговариваю вслух, «и к вашим амбициям в сторону частичной реставрации Трона наверняка отнесётся позитивно».
— Хорошо. Ваши игры с алгоритмами искусственного интеллекта?
— Внутреннее дело Корпорации Йокогама, — медленно качаю головой. — У нас пока ещё не комунистический Китай, где частный бизнес в рамках такой лицензии отчитывается в режиме реального времени.
— Вы сейчас не опасаетесь разговаривать со мной подобным тоном?
— Менеджер Корпорации Йокогама отстаивает свою точку зрения любой ценой, если знает, что он прав. Не считаясь ни с какими последствиями для себя лично, точка. — Готов спорить, я даже знаю автора этой фразы в «Кодексе Менеджера Йокогамы».
И этот кто-то наверняка из Регулярного Менеджмента, хе-х, надо будет при случае поблагодарить за шикарную формулировку.
— Вы сейчас говорите в старом самурайском духе, Решетников-сан, — собеседница задумчиво накручивает локон на палец. — Но при этом утверждаете, что не являетесь ни адептом, ни носителем традиции. Знаете, когда я вижу такие противоречия, я начинаю бояться — а не обманывают ли меня. Не пытаются ли обвести вокруг пальца.
— Если бы на вашем месте сидел кто-то другой, Ишикава-сан, я бы сейчас не сдерживался, — хмыкаю.
— Не сдерживайтесь, — серьёзно предлагает она. — Обещаю, с моей стороны по итогам этого разговора — в любом случае без последствий. Выводы — да, возможно, как и некоторые коррекции. Но никакой мстительной мелочной вражды с моей стороны… — высокая гостья осекается. — Орлы мух не ловят, в общем.
Ха, кажется, у меня нет монополии на максимы из-за океана.
— Хорошо, не буду. Вы сказали, что начинаете бояться?
— Да. А когда я чего-то или кого-то опасаюсь, я могу стать крайне неконструктивной, — Рион игнорирует мою спутницу и смотрит только на меня.
Вот и откровения подъехали. В других местах ещё можно назвать угрозой.
— Как мне стать по такому поводу? — вежливо осведомляюсь в ответ. — Если вы в курсе про орлов и мух, то знаете и продолжение. Львы бабочкам не страшны, Ишикава-сан. Если вы серьёзно начнёте тратить время на такую мелкую сошку как я, упустите более важные фигуры на игровой доске — уже вашего уровня. Шахматным языком, не пристало ферзю гоняться за пешками. И я это тоже понимаю.
  
— Вы заметили, что наш разговор, несмотря на все мои попытки, всё больше становится фехтованием с двух сторон стола через этот самый стол? Я пытаюсь обойти по кругу, приблизиться к вам — а вы убегаете и продолжаете рубиться через столешницу. Решетников-сан, для чего вам это? — принцесса, задумавшая кое-какой личный политический проект на ближайшую пару пятилеток, подаётся вперёд и смотрит мне в переносицу ну с очень короткой дистанции.
— Решетников Такидзиро не играет ни в какие игры из тех, которыми вы увлеклись и в которых продолжаете прокачиваться. — Скромно потупившись, стряхиваю соринку с пиджака. — Я ведь на десяток лет старше вас?
— Больше, — лаконично отвечает племянница хозяина Хризантемового Трона, одна из.
— Почти на двенадцать, — под столом в бедро впивается колено Моэко, которая искренне не понимает, как я могу не знать ни девицу, ни её биографию.
И ведь вслух не объяснишь, даже потом.
— Вот за эту разницу в возрасте я успел понять, о чём мечтаю, — тоже смотрю в глаза.
— О чём?
— Ваших великих целей там нет даже в первой сотне приоритетов. Если вкратце — деньги, уютный домик, приятная компания противоположного пола, с количеством я пока не определился.
— Вы сейчас искренне? — брови принцессы взлетают вверх.
— Клянусь, — прикладываю правую ладонь к левой половине груди. — Вы просто не в курсе, что я в жизни видел, Ишикава-сан. Не скажу, что прям ух, но мне хватило.
— Тогда в Гонконге вы показали себя гораздо более достойным бойцом, хотя и числились во вспомогательном инженерном подразделении.
— Более достойным, чем кто?
— Чем те же сотрудники пятого управления ².
— Вот тогда у меня и отбило охоту играть в корпоративные игры, — морщусь искренне. — По крайней мере, с теми ставками, которые себе наметили вы.
* * *
— Можешь коротко просуммировать, чему я сейчас стала свидетелем? — когда они вышли из участка, Моэко жестом отпустила сопровождение и направила Такидзиро вниз по улице пешком.
— Ты же всё отлично сама поняла? — удивился товарищ машинально, размышляя о своём. — И всё слышала.
— Не могу поверить ушам и глазам. — Она стиснула его локоть, ровно глядя перед собой. — Сейчас только пять минут прошло, а смотрится как гротеск из кинокартины. Если ты всё же озвучишь, буду благодарна.
— Пока есть социум млекопитающих, в нём всегда будет иерархия, — хохотнул Решетников беззаботно.
— Это понятно, я тоже училась на биологическом факультете.
— Ты ж психолог⁈
— Ну да. А кафедра психологии, по-твоему, где? — встречно удивилась она.
— А-а-а, не знал.
— Что там дальше про иерархию?
— В верхних кругах того, что у нас в стране называют политической элитой, начал себя осознавать новый претендент на лидерство.
— Принцесса?
— Ага. Амбиции ого-го, возможности есть, в политической системе нишу свою разглядела и сейчас стремится ворваться на вершины этих самых иерархий. В силу кругозора, готовить позиции она начала заранее — благо, место в нашем обществе позволяет начинать сколачивать свою команду абсолютно в любом составе.
— Ты так говоришь, как будто не принимаешь её всерьёз.
— Амбициозные претенденты на власть приходят и уходят, — равнодушно пожал плечами товарищ. — Общество остаётся.
— Не знаю, как быть. С одной стороны, надо сказать Хину — те же процессы в Йокогаме, как оказалось, имеют двойное дно. С другой стороны, мы все пообещали молчать. И Ишикава, отдаю ей должное, своё слово держит. Хотя мне и неприятно нажить такого врага в потенциале. — Она откровенно высказала спутнику всё, что думает о встрече и о том, во что оказалась втянута, в том числе, по причине его компании.
— Не бери в голову, — отмахнулся Такидзиро. — Да, девочка строит свои головоломные комбинации, планирует на пятнадцать ходов вперёд, сооружает карточные домики и замки… Знаешь, что такое карточный домик за океаном?