Группа крови на рукаве. Том III (СИ)
— Сюда и сервируйте — я махнул рукой на длинный стол в гостинной — И стульев принесите.
Спустившись на 6-й этаж я с удовлетворением отметил, что посты уже выставлены, громовцы бдят. Узнав у Ильясова-младшего, где все — я отправился в номер Вилорика. И сразу наткнулся на очередь их бойцов — куратор выдавал суточные.
— Пять долларов в день — грустно сообщил мне пересчитывающий в ладони мелочь Незлобин — За такие деньги тут вообще ничего не купишь стоящего.
— Будет и на твоей улице праздник. Зови всех, кроме постовых пробовать американскую еду. Не одному же мне отдуваться за всех в этом пентхаусе!
Глава 13
Рано утром, прямо на рассвете поднял отделение отрабатывать вчерашние излишества. Кроме постовых. Пробежка плюс ОФП. Благо рядом Централ-парк — птички поют, ветерок обдувает. Лепота…
То ли фэбээровцы прошляпили, то ли они были, но потом отстали — никакой слежки я за нами я не заметил. Правда и скорость по парку мы выдали вполне марафонскую, с ускорениями и рывками. Редкие прохожие смотрели на нас с удивлением, особенно, когда шли друг за другом гусиным шагом, несколько раз даже вспугивали с поверхности озер стаи уток.
Я сам и не заметил, как мы пробежали насквозь весь парк, оказались в Гарлеме. Первым сообразил Незлобин.
— Тащ майор — Веня кивнул в сторону мрачного, серого здания рядом с которым находилась огороженная сеткой спортивная площадка. И на ней до фига негров играли в баскетбол. Орали, матерились… И еще пара десятков товарищей и дружков на все это смотрели, подбадривая команды.
— Шагом! — приказал я, прямо кожей ощущая, как мы влетаем в проблему. Так, сейчас аккуратно завернем налево и вот по той улочке, обратно в централ-парк…
Не судьба. Один из игроков пытался сделать бросок, другой его блокировал, в итоге мяч перелетев через сетку, покатился к нам. Ильясов-младший не сильно думая, зарядил в него пыром обратно к неграм. И ударил неудачно — мяч взлетел по дуге и попал в голову паренька в майке-алкоголичке. Прямо как в Союзе.
Гарлемская общественность загудела, игроки мигом покинули площадку, окружили нас. Я увидел в руках некоторых внезапно появившуюся арматуру, а у парочки за поясом так и вовсе что-то топорщилось, напоминая огнестрел. В голову тут же пришли газетные заголовки типа: “Банда из Нью-Йорка избила советских спецназовцев”, “Гром не грянул” и так далее.
— Эх, Тимур-Тимур, не мог ты пнуть мяч послабее. Вон паренька то шатает! Три наряда вне очереди
— Есть три наряда — Ильясов побледнел
— Ладно, делаем морды кирпичом, авось пронесет.
Возмущенная темнокожая общественность тем временем окружила нас целиком, вперед вышел громила в золотых цепаках и черных очках. С дредами. Какой модный то…
— Кто такие?! Что делаете на районе?
Примерно так я перевел себе этот весь базар.
— Сам кто? Обозначься — мрачно ответил я, выдвигаясь вперед и обматывая руку спортивной курткой. Если начнется махач, то можно попробовать принять на предплечье арматуру.
— Я Рэй Сахарок. Меня тут все знают. Так парни?
Внуки и правнуки рабов дружно загудели.
— А мы полицейские из Советского Союза. Слышали про такой?
— Че и жетон есть?? — Рэй снял очки, внимательно на меня посмотрел
— В гостинице. Зато есть ваши бабки — я достал из кармана несколько купюр по десять долларов — мне как главе делегации выделили чуть больше суточных, чем всем — Сыграем?
Я кивнул в сторону спортивной площадки. Тут главное инициатива и напор. Чтобы неграм некогда было думать. Иначу отмудохают трое на одного и не поморщатся. Это только в фильмах с Брюсом Ли главный герой отбивался от толпы нападавших. В жизни, оно увы все сильно иначе.
— А то как-то вяло играете. Без огонька.
— Мы? Вяло??
Рэй оглянулся. Ткнул пальцем в пятерых дружков — Бампи, Ники, Жаба ты и… Грузовик. Где Грузовик?
Вперед вышел огромный, пузатый негр. Даже выше меня.
— Играем шесть на шесть до десяти очков.
Рэй достал из кармана пачку баксов, перетянутых резинкой. Положил на камень тридцать долларов. Я добавил свои сверху.
Мы прошли к площадке, я по-русски спросил кто из парней умеет играть в баскетбол. Как оказалось мячик в корзинку умеют кидать только оба Ильясова и “Пушкин”.
— Казанова, Огонек — мы в защите — распорядился я, надевая обратно олимпийку — Играют тут грязно, без судей. Пробежку никто не свистит, можно толкаться, выставлять локти и прочие части тела. Нельзя только бить. Так что не стесняйтесь. Кто сможет завалить аккуратно вот тот “грузовик” — я не стесняясь показал пальцем на крупногабаритного негра, который как раз закидывал мяч в корзину — С меня пузырь лучшего виски. Только без палева.
Нам выдали мяч, мы вяло покидали его друг другу, разминаясь. Негритянской общественности вокруг площадки прибавилось, в толпе увидел к своему удивлению и пару белых лиц.
Ильясов-старший бросал очень даже ничего, поэтому я приказал играть на него.
— Все пасы на Два рубля. Ясно? Смог отобрать мяч, сразу ему отдаешь. Шакилов О`Нилов из себя не изображаем.
— Кто это?
— Да так, один баскетболист.
— Эй, советские, ну че там? — заорал Рэй поигрывая плечами — Начинаем или зассали?
— Начинаем. Есть кто кинет мяч?
На площадку вышел седой негр с сигаретой в зубах, забрал мяч. Мы с Рэем выбежали в круг, афроамериканец пыхнув дымом, подкинул круглого и… конечно, Сахарок выиграл вбрасывание. Я даже не смог коснуться мяча пальцами. Рэй тут же отпасовал Грузовику, тот Жабе, после чего игрок с пыпырчатой кличкой влегкую обойдя двух наших, вколотил нам первое очко в корзину.
— Охуеть — выдохнул Незлобин. Мы переглянулись. Да… нам тут ничего не светило.
Я забрал мяч, возглавил атаку. Отдал пас Казанове, тот Пушкину и… его тут же “обокрал” Грузовик, пара пасов и уже два-ноль.
— Разобрали этих пидорасов! — заорал я — Каждый держит по негру.
Три-ноль. И сразу нас опять обокрали — четыре-ноль.
Терпелка у меня кончилась, при следующей перепасовке я, развернувшись, спиной к Сахарку, всадил со всей дури локоть ему в “солнышко”.
— А-ааа! — заорал Рэй, падая на землю.
Народ недовольно загудел, но я уже перебрасывал мяч ушедшему вперед Ильясову, тот трехочковым загоняет его в корзину. Красава! Все это сопровождает разочарованные крики черно американской общественности, но мне похер.
— Так держать, бойцы! — подбадриваю я громовцев
— Эй, мэн, это не честно — Рэй встает с земли, зло на меня смотрит
— Девочке больно??
Зря я это сказал. У Сахарка сносит крышу, он бьет мне с богатырского замаха в лицо. Но тут все отработано. Я подныриваю под удар, бью сверху левой в челюсть. Рэй складывается обратно на землю, а я мчусь к двери на площадку. Пока негры не очухались приваливаюсь к ней, упираюсь обеими ногами. Краем глаза вижу начавшийся махач между громовцами и неграми. Казанова ударом лба в голову вырубает Грузовика, Огонек броском через бедро кидает Жабу. Крики разрастаются, сразу несколько жителей Гарлема наваливаются на дверь. Кто-то пытается заползти по рабице-ограде, но хер там — ячейки слишком мелкие. И решетка слишком высокая. Лишь бы не достали стволы и не начали шмалять! В принципе меня и ножом через ячейки можно достать…. Сука, сука!
Вдалеке раздается вой сирены, афроамериканская общественность начинает разбегаться, словно тараканы после включения света на кухне Фу… Пронесло. Громовцы допинывают негров и я громко приказываю заканчивать. Нам тут еще покалеченных не хватает.
Первым появляется копы и сразу за ним синий форд с мигалкой под лобовым стеклом.
— Поднимаем пидорасов!
Я подскакиваю к Рэю, хватаю его за дреды на голове, вздергиваю рывком вверх. Сахарок орет от боли, шатается. Газа мутные, голова мотается. Под ногам хрустят крутые, модные очки. Я придерживаю его боком, достаю кончиком пальцев до мяча. Начинаю им стучать об землю.
— Что тут происходит?! — на площадку входят два копа, вид у них сильно удивленный. Белые толкаются с шатающимися неграми. Стучит мячик…