Группа крови на рукаве. Том III (СИ)

После штурма, на всех парах мчимся на аэродром Пардубиц, где под парами уже стоит военно-транспортный ИЛ. Хорошо бы запросить сопровождение истребителями, но это уже пусть военные решают — смогут ли они организовать коридор одиночному самолету. Все это требовалась синхронизировать с захватом других фигурантов “пражской весны”, поэтому всю следующую неделя я занимался обсуждением планов с Черным, Васильевым…
Резидентура оказалась на высоте — перед майскими праздниками у меня уже были три “скоропомощные” Шкоды с люками, можно было вызывать Гром. Но политического решения как не было, так и не было. Васильев слал телеграммы в Центр, ему отвечали — ждите. Меня тоже не отпускали. Я проинспектировал аэродром в Пардубицах — там служил смешанный состав из советских и чехословацких военных. Потом скатался в лагерь палестинских партизан — так деликатно называли боевиков организации освобождения Палестины. Глядя на эти смуглые лица мне было что-то стремно. Американцы тоже мощно учили и вооружали “бенладенов” в Афгане. Чем это все кончилось для всего мира — я помнил. Враг моего врага — мой друг — эта история работает очень недолго. Потом “друг” оказался вдруг….
Зато пострелял из Скорпиона, побегал с автоматом по штурмовой полосе. Машинка и правда, была удобна, стрекотала как швейная машинка и на все 100% подходила под наши задачи. Сразу, не отходя от кассы, сделал заказ на партию в сорок штук. Местные чехи обещали поспособствовать. Особенно если главные в Праге дадут отмашку. Но это уже зависело от меня. Чтобы были “правильные” главные.
* * *
Двадцать девятого апреля в Чехословакии внезапно начались военные учения стран участников Варшавского договора. Днем, под шумок и движуху из Союза прилетел ИЛ с Громом и солнечногорскими спецназовцами.
— Началось — Васильев вызвал меня к себе в кабинет. Показал шифрограмму. “Таможня”, т.е. Политбюро давала добро. Причем послание было подписано не только Брежневым, но и Косыгиным с Подгорным.
— А что так резко? То тянули, тянули, и вдруг…
— Первого мая оппозиция планирует собственное шествие по Вацлавской площади. Мы зарядили прослушку в кабинет Павла Йозефа.
Я подивился оперативности пгушников. Слушать главу МВД — это высший пилотаж шпионажа. Круче только поставить жучки самому Дубчеку.
— Отработать надо все до послезавтра. Это край. Дальше события могут принять неуправляемый характер.
Заебись. Вот всегда у нас так. Сначала тянут до последнего, потом начинается штурмовщина.
— Есть отработать
Я вместе с Черным срочно выехал на аэродром, где под наши нужды выделили старенький ангар. Там уже сидели на ящиках с бк, лежали на баулах спецназовцы. Тюленье царство. Как только меня увидели, сразу подорвались, построились.
Мы поручкались с Иво, Незлобиным, Байкаловым, перемигнулись с Калиновской. Все в сборе, даже Байбал прилетел
— А что тут Гоголев делает? — я отвел Тоома в сторону
— Ты не читал отчета Черного? — удивился капитан — На даче Йозефа Павла — две овчарки. Байбал приготовит на месте для них специальную сонную смесь. И смотри, что он еще придумал — Иво подошел к одному из ящиков, достал какую-то странную черную палку с утолщением на одной стороне и “рожками” на другой. Нажал незаметную кнопку. Между рожками мелькнул голубой заряд тока. Да это же электрошокер!
— А я все думал, как нам вырубить охрану без стрельбы…
— Гоголев сообразил — Тоом передал мне палку, я махнул ей. Тяжелая, такой можно и без удара током свалить — У них в Якутии пытались электро хлысты для управления оленями использовать. Что-то там не пошло, но Байбал запомнил. Отдали идейку в СпецНии и вот, пожалуйста, за неделю сделали.
— Всем благодарность в приказе! — я еще раз щелкнул выключателем, полюбовался на ток между “рожками”. Вот теперь повоюем!
  
Глава 7
 
Война началась с учебы. В ангар загнали “скорые” — две поставили друг к другу задницами — они изображали забор. Еще одна Шкода стала учебной — из нее бойцы пытались быстро вылезти через люк. Это оказалось той еще задачей — все цеплялись бронежилетами, щитами, да и автоматы мешались. Вот бы сейчас выдать спецуре Скорпионы! Компактные, удобные… Но только идиоты перевооружают бойцов во время операции. Поэтому нет, будем работать с “калашами”. Зато если долбануть из АКэМа — прошьет всю эту дачку Дубчека насквозь. Это успокаивало. Но не сильно.
 
После того, как все освоились, Гром и солнечногорский спецназ разделились. Мне досталось первые три отделения плюс Иво. Черному ушло десять бойцов с Байбалом во главе для захвата Йозефа Павла. Еще две пятерки должны были отработать со спецами из семерки и Васильевым оставшихся “мятежных” членов ЦК ЧКП, а также всякую мелочевку без охраны.
Вывозить всех планировалась чохом, одним самолетом, отсюда же, из Пардубиц. Благо утром начались учения стран Варшавского договора — всеми рулили военные. Прямо рядом с нашим ангаром, части ПВО развернули подвижной пост — впендюрили знакомую мне Шилку, поставили вышку то ли радара, то ли еще чего-то.
Нам всем выдали пропуска, сообщили пароль на сегодня. Даже прикрепили подпола, который должен был все курировать, но он почти сразу куда-то умотал.
Питаться пришлось сухопаем, запивая все обычной водой — выходить из ангара нам запретили. Так что аэродромная столовка пролетела мимо нас. Зато аэродромная слесарка была приветлива и гостеприимна — для крепления специальной лесенки и расширения люка нам была выдана болгарка, сварка и прочие инструменты. Ильясовы занялись работами по металлу, а я задолбавшись изображать из себя Ждуна из одноименного мема, заглянул в комнату отдыха техников. Тут на стене висела шестиструнка с наклеенными фотками девушек в бикини. Похоже вырезали из каких-то западных журналов — Мерлин Монро пытается удержать взлетевший подол платья, Джина Лоллобриджида в неглиже отвешивает воздушный поцелуй… Я взял гитару, повалился на старый продавленный диван.
Ну что там? Давайте пальцы, вспоминайте. Вступление Аm, потом Еm. Я взял первые аккорды Группы крови.
 
 
-Теплое место, но улицы ждут
 
Отпечатков наших ног.
 
 
Что же там дальше? Ага, опять Аm
 
 
Звездная пыль — на сапогах.
 
Мягкое кресло, клетчатый плед,
 
Не нажатый вовремя курок.
 
Солнечный день — в ослепительных снах…
 
 
В комнату заглянула Калиновская, сделала квадратные глаза.
— Ты поешь??
— Пытаюсь.
Лена плотно закрыла дверь, села рядом. Подол халатика, прямо как у Мерлин Монро задрался, я обозрел затянутые в черный капрон коленки. Такие знакомые и такие далекие…
— И что там дальше?
Врач лучилась любопытством.
— Припев.
 
 
Группа крови — на рукаве,
 
Мой порядковый номер — на рукаве,
 
Пожелай мне удачи в бою, пожелай мне:
 
Не остаться в этой траве,
 
Не остаться в этой траве.
 
Пожелай мне удачи, пожелай мне удачи!
 
 
Вдруг нижняя струна бамц… и лопнула.
— Ну во-от! — Лена расстроилась — Может так споешь? А капелла?
— Ака что??
— Орлов, ты дебил. А капелла. Пение без музыки.
— Начальник не может быть дебилом — я с сожалением отложил гитару — Не вздумай ляпнуть при подчиненных.
— Я то не дура. А почему у тебя не нажатый курок? Спусковой крючок же!