Дело о колдуне (СИ)
— То есть, вы участвовали только в ритуалах вызова духа вашей супруги? — уточнил Филбертус.
— Да, мне было достаточно и этого.
— Чем ещё занимался у вас этот колдун? Или это был демон?
— Он не демон, хоть и любит нагонять на себя этакую зловещую таинственность! Он всего лишь книжник, который улепётывал от городской стражи Лейдена, теряя башмаки! Я не знаю, чем ещё он занимался.
— Вы знали, что он приносит в жертву людей и животных? — спросил Марк.
Де Бельгард с тревогой взглянул на него.
— Я бы не допустил этого! Нет, этого не было!
— Как часто вы покидали Фортен?
— Довольно часто, — пожал плечами барон. — Я навещаю друзей, принимаю участие в пирах и турнирах, езжу на ярмарки, к тому же иногда веду свою дружину на подмогу в междоусобицах тем соседям, на чью помощь в такой же ситуации рассчитываю сам. Но в это время делами в графстве управляет моя сестра… Постойте, вы сказали, что она обвинила меня в чёрном колдовстве? Неужели она сама?.. Нет, не может быть!
— Книги о колдовстве, найденные в замке и в вашем доме здесь, в Сен-Марко, чьи они? — спросил Филбертус.
— Не мои, точно! Зачем мне книги, если я сам не занимаюсь магией?
— Кто мог дать книги по демонологии вашему брату виконту де Риважу?
— Бернару? — барон ещё больше встревожился. — Да разве ему можно давать такие книги с его болезненным воображением? Он и без того везде видит всякую нечисть!
— А как часто вы читаете книги? — спросил Марк.
— Ну, — барон немного смутился, — если честно, то я не любитель чтения. Мне больше нравятся пиры и охота. Я люблю посидеть за чаркой вина с моими рыцарями и послушать их истории. У меня есть пара менестрелей, которые поют баллады и декламируют стихи. И этого мне достаточно. К тому же я стараюсь больше времени проводить с племянником, чтоб после смерти родителей он не чувствовал себя сиротой. Мальчику нужен кто-то, кто расскажет ему о жизни, утешит в печали и выведет на истинный путь, достойный настоящего рыцаря. В остальное же время я занят делами, и мне не до куртуазных романов!
— То есть вы даже не знаете, что в вашем замке есть целый шкаф книг о магии? — недоверчиво уточнил Филбертус.
— Да я не помню, когда последний раз входил в библиотеку! Если мне и понадобиться какая-нибудь книжонка, я отправляю за ней секретаря!
— Хорошо, допустим, — маг прищурился. — А что вы делали на улице Белой совы?
— То же самое! — нехотя признал барон. — Я был там, потому что оставил своего некроманта в Фортене и не мог жить без свиданий с Шарлоттой. Когда я уезжал, Садорим посоветовал мне обратиться к гадалке Боннер, сказав, что она тоже умеет призывать духов умерших.
— И как?
— Честно говоря, до талантов Садорима ей далеко. Первый сеанс вообще не удался, второй раз она едва не задушила нас каким-то дымом, а после третьего у меня ужасно болела голова. А на четвёртый раз она вообще ничего не успела сделать, потому что ворвались ваши сыщики и всех повязали.
— Расскажите мне о ритуале, который проводил Садорим, — потребовал Филбертус.
— Это сложно, — поморщился барон. — Он всё время что-то бормотал, махал какими-то вениками и разбрызгивал вокруг воду. А потом бросал в чашу с углём какие-то травы. Да, там тоже был дым, но он был больше похож на туман. Голубой туман, из которого и выходила Шарлотта… — его взгляд стал печальным.
Маг тем временем поднялся и подошёл к столу Марка. Он открыл стоявшую перед ним шкатулку, достал оттуда кубик из прессованной травы и поднёс его к огню свечи, после чего загасил пламя и вокруг поплыл сладковатый аромат.
— Так пахли те травы? — спросил он, подойдя к барону, и поднёс тлеющий кубик к его лицу.
— Да, это они! — воскликнул де Бельгард и его глаза вспыхнули. — Вы тоже умеете вызывать души мёртвых?
— Умею, но для этого не нужны такие травы, — маг бросил кубик в чашу с водой и отряхнул пальцы. — Вас обманули, господин барон. Это дурманящие травы. Они лишь туманят сознание и вызывают ведения. Они не могут пробить брешь в границе, отделяющей наш мир от мира духов, но отлично создают иллюзию этого. Вы просто видели то, что очень хотели увидеть.
— Что это значит? — насторожился де Бельгард.
— Ваш Садорим вовсе не некромант, он обычный мошенник. Хотя, возможно, он и занимается колдовством, но совсем не таким, как вы думаете, — Филбертус вернулся к своему креслу и сел, после чего взглянул на озадаченного барона. — И вы зря думаете, что он остался в Фортене. Его там нет. Он уехал вслед за вами в Сен-Марко и именно он, как мы думаем, при содействии вашей сестры и Мари Резон пытался уже трижды похитить вашего племянника.
— Но зачем им это? — воскликнул потрясённый барон.
— Полагаю, для того, чтоб устранить препятствия на пути к графской короне для вашего племянника Тьери, — пояснил Марк. — Сам он в этом не замешан, но его мать мечтает увидеть его в этом венце. Мы сейчас следим за ней, но где Садорим и его подручные мы не знаем. Нам нужны их приметы, Может, что-то, что поможет нам найти их в городе. Он упоминал о знакомых или родственниках в Сен-Марко?
— Нет, не припомню, — нахмурился де Бельгард. — А его подручные это Ксавье Бюжо и Жерар Ренье. Бюжо приехал с ним, а Ренье раньше служил у меня конюхом.
— Старушка Инес будет в ярости, — пробормотал Филбертус, глядя на затворившуюся за бароном дверь, когда его увели обратно в камеру. — Всё наше обвинение рассыпается на глазах. Он не колдун, а просто несчастный дурак.
— Сосредоточься на этой Боннер и её клиентах, — посоветовал Марк. — К тому же у тебя есть дама де Латур, которая принимала участие в магических обрядах и колдун с его подручными.
— Если мы их поймаем.
— У нас есть их приметы. Не могут же они стать невидимыми! Им нужно где-то жить, что-то есть, рано или поздно их найдут.
— Лучше бы всё-таки рано, или всю свою злость Инес выместит на мне! Тебе проще! Ты уже почти раскрыл преступление! Вернее, ты его действительно раскрыл! Осталось только поймать похитителей и арестовать старую ведьму, которая уже у тебя под колпаком! А что делать мне? Инес хочет голову де Бельгарда, но у меня нет оснований для того, чтоб осудить его на казнь!
— Ей нужна не голова барона, а его Серебряная книга.
— Мы не нашли её в замке, — признался Филбертус. — Он её спрятал, потому ей нужна его голова, которую он, возможно, ещё успеет обменять на книгу.
— Ничем не могу помочь. Я займусь своим делом. Пока мои сыщики и осведомители прочёсывают кабаки и притоны, я продолжу наблюдать за дамой де Латур. Может, она выведет меня на Садорима.
— Если она сама знает, где он, — пожал плечами маг. — Он очень осторожен, и мы не знаем, чего он хочет. Действительно ли он просто помогает старой даме, или у него в этом деле есть свой интерес? А если и помогает, то в обмен на что? Я как-то не верю в бескорыстных шарлатанов.
— Поймаем и спросим, — пожал плечами Марк, поднимаясь из-за стола. — Держи меня в курсе, насколько это возможно, — попросил он и вышел из камеры.
Ловля на живца
С тех пор прошло уже несколько дней, и Марк всё больше впадал в беспокойство. Несмотря на все усилия его подчинённых, выследить Садорима и его подручных не удавалось. Старая дама вела себя тихо, не забывая каждый день наведываться во дворец, чтоб узнать, как продвигается рассмотрение её прошения. При этом она ни разу не просила о свидании с братом и даже не прислала ему в темницу запасную одежду и какую-нибудь еду. Из этого Марк сделал вывод, что она считает исход дела барона де Бельгарда решённым, причём далеко не в его пользу.
Филбертус занимался расследованием случая колдовства на улице Белой совы, однако, это не заняло у него много времени. Очень скоро он по сложившейся традиции пригласил Марка на обед в дубовую гостиную во дворце, чтоб сообщить о том, что ему стало известно.
— Увы, к разочарованию Леди Белой башни, и здесь нам не удалось ничего накопать, — с сожалением признал маг. — Эта Боннер призналась в мошенничестве, причём сразу. Кстати, её подбил на это наш знакомец Садорим. Он явился к ней как-то ночью и представился демоном. Он заставил её подписать кровью какую-то бумагу в обмен на то, что она получит дар вызывать души усопших, и добавил к этому ту колдовскую книгу, которая меня так заинтересовала. Он же, как мы знаем, направил к ней барона де Бельгарда, причём присылал ей записки, в которых указывал, когда проводить ритуал.