Мрачные истории, как вы любите (ЛП)

— Я так понимаю, вы — Дэниел Кофлин, — говорит он, протягивая пухлую руку.
— Да, — отвечает Дэнни, пожимая её. — Спасибо, что пришли.
Болл переключает внимание на мужчину в чёрном пиджаке.
— Я — Эдди Болл, адвокат. А вы, сэр?
— Инспектор Франклин Жальбер, Канзасское бюро расследований. — Он смотрит на почти безлюдную Мейн-стрит, как будто не замечая протянутой руки Болла. — Давайте зайдём внутрь. У нас есть вопросы к Дэнни.
— Вы идите внутрь, — говорит Болл, — а мы присоединимся к вам чуть позже. Я хотел бы поговорить со своим клиентом наедине.
Жальбер хмурится.
— У нас нет целого дня. Я бы хотел закончить с этим, и уверен, что Дэнни тоже.
— Конечно, но это серьёзное дело, — всё ещё доброжелательно произносит Болл. — И если понадобится целый день, значит, так тому и быть. Я имею право поговорить со своим клиентом, прежде чем вы начнёте его допрашивать. Если вы работаете в КБР, вам это должно быть известно. Будьте благодарны, инспектор, что я готов сделать это здесь, на ступеньках полицейского участка, а не забираю его в свой офис на заднем сиденье мотоцикла.
— Пять минут, — говорит Жальбер. Затем обращается к Дэнни. — Ты делаешь себе только хуже, сынок.
— О, пожалуйста, — всё таким же приятным тоном произносит Болл, — избавьте нас от этих театральных эффектов.
Жальбер на мгновение ухмыляется, обнажая свои зубья-колышки. "Вот так он выглядит внутри всё время", — думает Дэнни.
Когда Жальбер уходит, Болл говорит:
— Настоящий татарин, да?
Дэнни не знает этого слова, и на мгновение ему кажется, что Болл назвал Жальбера соусом тартар.
— Ну, он нечто. Факт в том, что он меня пугает. В основном потому, что я не убивал эту девушку, а он уверен, что это сделал я.
Болл поднимает руку.
— Стоп, никаких первичных заявлений. Я назвал вас своим клиентом, но вы им пока не являетесь. Мой гонорар за это утро — четыреста долларов. Мне следовало бы брать только двести, поскольку я забыл большую часть из того, что когда-то знал об уголовном праве, но сейчас субботнее утро, и я предпочёл бы игру в гольф. Сумма устроит?
— Хорошо, но у меня нет с собой чека...
— У вас есть доллар?
— Да.
— Пойдет для аванса. Давайте его сюда. — И когда Дэнни отдаёт ему доллар, продолжает. — Теперь вы мой клиент. Расскажите мне, что именно произошло и почему у инспектора Жальбера на вас зуб. Не добавляйте ничего лишнего, но и не упускайте ничего важного.
Дэнни рассказывает ему о своем сне. Рассказывает о поездке в Ганнел и о том, как он нашёл станцию "Тексако". Рассказывает о собаке. Рассказывает о руке и мусорном баке. Всё это звучит как полный бред, но лицо Дэнни начинает краснеть только тогда, когда он рассказывает Боллу, как глупо он поступил, сделав анонимный звонок.
— На мой взгляд, это даже в вашу пользу, — говорит Болл. — Вы не просчитывали, что делаете. И желание сохранить анонимность, учитывая то, как вы получили эту информацию, вполне объяснимо.
— Мне следовало изучить её немного лучше, — говорит Дэнни. — Я предположил, а вы знаете, что говорят про предположения...
— Да, да, человек предполагает, а Бог располагает. Старая, но верная поговорка. Дэниел, у вас когда-нибудь был подобный опыт экстрасенсорного характера?
— Нет.
— Подумайте хорошенько. Было бы неплохо, если бы раньше...
— Нет. Только это.
Болл вздыхает и покачивается назад и вперёд. На нём мотоциклетные ботинки и компрессионные носки до колен, и всё это вместе с его огромными шортами Дэнни находит забавным.
— Ладно, — говорит он. — Что есть, то есть — ещё одна старая, но верная поговорка.
Из полицейского участка выходит Элла Дэвис.
— Дэнни, если не хочешь прокатиться до Грейт-Бенда, до которого два часа езды, и отвечать на наши вопросы там, давай уже начинать.
Болл улыбается ей.
— А вы кто?
— Инспектор Дэвис из КБР, и у меня заканчивается терпение. У Фрэнка тоже.
— Ну, мы этого точно не хотим, так же? — говорит Болл. — И поскольку ваше драгоценное время является также драгоценным временем моего клиента, то я уверен, Дэниел с радостью ответит на все ваши вопросы, чтобы поскорее вернуться к своим субботним делам.
 
22
В комнате отдыха в полицейском участке Маниту стоит дребезжащий автомат с прохладительными напитками. На стойке с кофеваркой лежит выпечка, над ней висит табличка "ПОЖЕРТВУЙ ДОЛЛАР". На одной из стен висит табличка с надписью "МЫ СЛУЖИМ И ЗАЩИЩАЕМ". На другой стене — плакат с изображением О.Дж. Симпсона [24] и Джонни Кокрана [25] с подписью "ЭТО НИЧЕГО НЕ СТОИТ, ЕСЛИ ПЕРЧАТКА НЕ ПОДХОДИТ". В центре комнаты стоит стол с двумя стульями с каждой из сторон и микрофоном посередине. Между автоматом с напитками и стойкой с выпечкой мигает красный глаз камеры на штативе.
Жальбер указывает руками на два стула. Дэнни и его новоиспеченный адвокат занимают их. Элла Дэвис садится напротив них и достает блокнот. Жальбер пока стоит. Он объявляет дату, время и имена присутствующих. Затем снова зачитывает Дэнни его права по Миранде и спрашивает, понимает ли он их.
— Понимаю, — отвечает Дэнни.
— Небольшое предупреждение, инспекторы, я в основном юрист по недвижимости, — говорит Болл. — Я занимаюсь землей, работаю с местными банками, координирую покупателей и продавцов, составляю контракты, иногда — завещания. Я не Перри Мейсон [26] и не Сол Гудман [27]. Я здесь для того, чтобы удостовериться в вашем уважении к допрашиваемому и непредвзятости.
— Кто такой Сол Гудман? — спрашивает Жальбер с подозрением.
Болл вздыхает.
— Вымышленный персонаж из телесериала. Забудьте. Задавайте свои вопросы.
Жальбер говорит:
— Говоря об уважении, хочу напомнить, кто его действительно заслуживал — Ивонн Уикер. Вместо этого её изнасиловали, нанесли множество ножевых ранений и убили.
Впервые за всё время Болл хмурится.
— Вы не прокурор в этом деле, сэр. Вы ведете расследование. Оставьте свои пламенные речи и задавайте вопросы, чтобы мы могли покончить с этим и разойтись.
Жальбер снова показывает свои зубья, видимо, это была улыбка.
— Просто чтоб вы понимали, мистер Болл. Поняли и запомнили. Мы говорим о хладнокровном убийстве беззащитной молодой женщины.
— Понял. — Болла таким не запугаешь (по крайней мере, так думает Дэнни), но его приятная улыбка исчезла.
Жальбер кивает своей напарнице. Элла Дэвис спрашивает:
— Как ты сегодня, Дэнни? Всё в порядке?
Дэнни думает: "Значит, всё-таки старая добрая игра в "хорошего" и "плохого" полицейского".
— Всё в порядке, кроме того, что все в "Оук-Гроув" теперь знают, что у меня неприятности с полицией. А у вас?
— У меня всё хорошо.
— Но скоро они узнают, какого рода у меня неприятности, не так ли?
— Не от нас, — отвечает она. — Мы не распространяемся о ходе расследования, пока оно не завершено.
"Но Бекки узнает", — думает Дэнни. — "И как только она поведает об этом Синтии Бэбсон, это разлетится повсюду".
— Мы хотели бы взглянуть на твой телефон, — говорит Дэвис. — Просто рутинная проверка. Ты ведь не против? — Она смотрит ему прямо в глаза и улыбается. — Просмотрев твою геолокацию, мы, возможно, исключим тебя из числа подозреваемых. Сэкономим время и избавим тебя от хлопот.
— Не самая лучшая мысль, — говорит Болл Дэнни. — Думаю, им нужен специальный ордер на обыск твоего телефона, иначе они давно бы уже его забрали.
Не обращая на него внимания и продолжая улыбаться лучезарной улыбкой, Дэвис продолжает:
— И тебе, конечно же, придется разблокировать его. "Эпл" очень трепетно относится к вопросу конфиденциальности.